Страница 22 из 80
— Мне… нехорошо, — прошептала я.
— Так, кто-нибудь проводит Беллу в медпункт? — на весь класс поинтересовался учитель.
— Давайте я, — вымолвил Тайлер с готовностью.
— Можешь идти своими ногами? — спросил меня учитель.
— Да.
Тайлер обхватил меня за пояс одной рукой и, позволяя на себя опереться, вышел со мной из кабинета.
Он почти донес меня на себе до выхода из корпуса. На улице свежий ветер привел меня в чувство, хотя и ненамного. Меня всё еще подташнивало. Я глубоко вздохнула а потом присела на паребрик.
— Я тут немного побуду.
Тайлер внимательно смотрел мне в лицо:
— Кошмар. Ты вся зеленая.
Царевна-лягушка…
У меня не хватило сил на шутку, и я только глупо хихикнула.
— Ты очень хрупкая, — пробормотал неожиданно Тайлер. Я удивленно подняла брови, глядя в его лицо. Потом вздохнула и запоздало сообщила, нравоучительно подняв один палец:
— Между прочим, крови я не боюсь.
Он улыбнулся:
— Ладно.
— Правда, — рассердилась я. — Честное слово. Просто я не пообедала и перенервничала.
— Хорошо-хорошо.
Я сурово посмотрела на него, а потом устало опустила голову.
Что хуже всего, я услышала голос Эдварда, который звал меня по имени. «Вот чёрт! Он не должен знать, что я расклеилась из-за вида крови…» Но он был слишком близко, чтобы я успела предупредить Тайлера ничего не говорить Каллену.
— Она в порядке? Что случилось? — он быстрым, чеканным шагом подошел ко мне и требовательно склонился надо мной. — Смотри на меня.
Я мрачно на него воззрилась: «Принесла же тебя нелегкая». Тут еще Тайлер наябедничал:
— Она едва не упала в обморок на уроке. Не знаю, почему. Ей даже палец еще не укололи.
Каллен почему-то смеяться не стал, на мгновение лицо его будто окаменело.
— Сейчас ты в порядке? — негромко спросил он. — Голова больше не кружится?
— Убирайся, — простонала я. — Ты… не должен был… Просто уйди! — мой голос звенел от досады.
Что теперь обо мне будет думать человек, который должен посвятить меня в страшную государственную тайну? Я боюсь крови! Невыносимо.
Эдвард вздохнул:
— Пошли в медпункт.
— Я как раз туда ее вел, — неожиданно мрачно сказал Тайлер. — Но она захотела посидеть.
— Можешь идти в класс, я доведу ее, — сказал Эдвард.
— Это велели сделать мне, — тихо, но очень отчетливо сказал он.
— Забудь, с ним бесполезно спорить, — мягко сказала я Тайлеру. — Пусть уже тащит меня в этот медпункт, если ему так хочется. Возвращайся, хорошо?
Он со вздохом покачал головой и посмотрел на Эдварда с колючим вызовом во взгляде:
— Береги ее.
— Не сомневайся. Я уже привык ее спасать, — неожиданно отрезал Каллен.
Это был удар ниже пояса. Я посмотрела на Эдварда почти с ненавистью. Вот что ему сделал бедный парень? Он же и впрямь переживал за меня.
Странным образом любовь и даже влюбленность преображает даже самые простые лица. Тайлер взглянул на меня так, что на секунду перестал казаться мальчишкой, который недавно обещал запихать за шиворот Майка целый сугроб. На меня никто еще не смотрел так, как он. Я почувствовала, что краснею и добавила, немного запинаясь:
— В-всё будет х-хорошо.
Красивые люди всегда действуют на меня деморализующе, всегда так было.
— Ты уверена? — спросил Тайлер.
— Да, — кивнула я. — Увидимся на занятиях.
Эдвард закатил глаза, когда Тайлер ушёл.
— Что ты в нём нашла? — просил он скучающе.
— Ты был просто отвратителен, — сказала я ровно. — Зачем ты так с ним? Тайлер хороший парень, его и так ест чувство вины.
Он спокойно нес меня на руках и молчал.
— Он же тебе нравится? — спросил Эдвард.
— Нет… Не знаю. Я старалась не думать об этом, — я вздохнула. — Вроде бы и нет, просто он очень хороший, с ним весело, и он не навязчивый.
— То есть, нравится.
— В первый же урок физкультуры он стал пытаться страховать меня от моей же неуклюжести. Я не просила его об этом. Мы вообще не общались. И в те дни я вряд ли нравилась ему. Он сделал это не из-за какой-то причины, понимаешь? А просто потому что мог. Такой он человек, — я рассердилась из-за того что помимо воли разоткровенничалась и мрачно добавила: — Не переживай, я в курсе, что нормальных отношений мне не видать, так что всё в порядке. И отпусти меня, это бесит.
Он словно меня не услышал.
— Выглядишь кошмарно, — задумчиво констатировал он.
— Серьезно, Эдвард, отпусти, я могу идти сама.
Он опять меня проигнорировал.
— Выходит, ты не выносишь вида крови? — Каллен неожиданно тихо рассмеялся, но смех этот был каким-то сухим, странным.
Я попробовала ему возразить, но он добавил:
— При этом не выносишь вида именно чужой крови, — медленно, с расстановкой и странным удовольствием протянул он, после чего хмыкнул.
— Не боюсь я крови! — рявкнула я, наконец.
— Ну, разумеется, — снова протянул он. — Не боишься.
— Отпусти меня, — я задергалась в его руках.
Эдвард сначала резко опустил меня на землю. Снова пошел дождь. Он падал ему на лицо и шею. Я запоздало поняла, что он вышел на улицу без верхней одежды. Странное было у него лицо. Показалось, он воспринимает само моё существование, как способ бросить вызов чему-то. Он упрямо нахмурился.
— Противны мои прикосновения? — поинтересовался он с затаенной вкрадчивостью.
Я молчала.
— Тогда молчи и терпи, пока я несу тебя, — глаза полыхнули злостью. Он взял меня за руку и потащил в медпункт.
— Эдвард, — пробормотала я.
Он не отвечал.
— Если бы я не успела более-менее тебя узнать, решила бы, что я тебе нравлюсь.
— Ты поразительно тактична.
— Это же неправда?
Настала моя очередь холодно смотреть ему в глаза.
— Потому что если это так, перестань меня спасать. Меня интересует только…
— Замолчи, — вздохнул он, а потом покачал головой: — Господи… до чего ты наивная.
— Поясни.
— О, ты скоро меня поймешь, — беспечно ответил он. — Ты ведь так хотела знать правду.
В медпункте этот изверг зачем-то опять схватил меня на руки и таскал так, шагая из стороны в сторону. Я не могла слишком шумно ему сопротивляться, потому что в принципе не люблю вести себя шумно в общественных местах.
Эдвард явно наслаждался тем, как выглядит со стороны. Еще бы — красивый юноша беспечно держит на руках хрупкую девушку. Все медсестры смотрели на него такими… такими специальными взглядами восхищенных поклонниц. Оказывается, кто-то еще покупается на дешевую демонстрацию физических возможностей. Я проходила на биологии, как это работает.
Каллен с трогательной заботой положил меня на кушетку, и только я заметила дьявольский злорадный блеск в его глазах.
— У нее обычная тошнота, — сказал он покровительственно медсестре. — Они на уроке определяли друг другу группу крови.
— О, девушки часто боятся крови, — сказала с улыбкой медсестра и посмотрела на меня понимающе, так что мне убить ее захотелось. — Полежи минутку, дорогая, всё пройдет.
Как объяснить этим странным людям, что со мной всё в порядке?
Эдвард уже не скрывал злорадного оскала на своем лице, стоя позади медсестры. Как только она к нему обернулась, этот дьявол немедленно состроил на своем лице выражение самой трогательной заботы:
— С ней ведь всё будет хорошо, правда?
— Разумеется, — растаяла медсестра. — Скажи, милая, а часто с тобой такое?
На беременность намекает.
— Почти никогда не случается. Может, второй раз в жизни. Понимаете, я просто не пообедала и слегка перенервничала кое из-за кого, — я кинула на Эдварда испепеляющий взгляд, но он продолжал с выражением невинного неведения смотреть на меня.
— А вы можете возвращаться на урок, — сказала ему женщина.
— Мне велели с ней оставаться, — соврал Каллен. Он быстро посмотрел на меня, и я мрачно поджала губы. Он едва заметно покачал головой, а я скептически прищурилась.
— Правда? — приторно-мягко спросила я. — Что-то я не слышала, что учитель такое сказал.