Страница 20 из 131
Минуту мы мчались в напряжённом молчании. Тропа перестала быть такой крутой, но всё равно поднималась в гору. Я услышала за собой рычание и хриплый лай. Элион никак это не прокомментировал.
Шпиль виднелся впереди за воротами. Я заметила стоящего у них высокого человека в длинном одеянии. Лай становился уже совсем близко, когда телега влетела во двор, и за нами закрылись ворота. Элион что-то прошептал, оборачиваясь на них, и вокруг изгороди поднялся ледяной, снежный вихрь.
Этот замок в стиле стим-панк вживую оказался намного больше. Здесь предусмотрительно была конюшня и колодец, например, не говоря об охране внутренней территории. Шпиль вырастал на самом гребне скалы. Двор крохотный, замок просто невероятно высокий в форме сильно удлиннённого треугольника, на вершине которого вертелись двемерские конструкции и лопасти неизвестного мне назначения. Как я позднее поняла, это генераторы магической энергии.
- Том, займись лошадью, затем проводи гостью в мои покои и покажи, как пользоваться порталами.
Почтенный старый альтмер с длинными, зачёсанными назад совершенно седыми волосами, вежливо мне поклонился:
- Доброе время, госпожа. Меня зовут Томас, я управляющий замка.
Я точно знала, что ему не нравится ни эльф, ни я. Прошлый хозяин содержал Шпиль в работе, он жил и функционировал, здесь были слуги. Элион же игнорировал замок, относился к нему, как к чужому месту. Но управитель, следуя завету своего прошлого хозяина - Растиери - был вынужден повиноваться новому владельцу.
- Меня зовут Шей, прошу прощения за вторжение.
Альтмер снова церемонно кивнул и перевёл всё свое внимание на лошадь. Я поднялась по скользким ступеням за Элионом. Он приложил ладонь к арочной, каменной двери, и та отъехала в сторону. В огромном, круглом зале ярко горело два камина. Три магических фонтана стихий, из которых появляются воины-атронахи, оберегающие замок, устремляли под потолок столбы света. Всё выглядело чужим, стерильным и торжественным. Элион, не обращая более на меня внимания, пошёл в алхимический кабинет. Я не знала, куда себя деть, потому что и люди здесь и само помещение казалось враждебным.
- Пожалуйста, следуйте за мной, - не удостоив меня взглядом. произнёс Томас, и я поднялась за ним к центру платформы, где находились порталы. Впрочем. они выглядели совсем не так, как игровые и оказались системой узких лифтов. Томас встал со мной на круглую площадку и нажал на рычаг, торчавший из неё. Из земли плавно выдвинулись стены, закрывающие платформу от остальной части зала, и она поехала вверх. Здесь было тесно, пару секунд я слышала щелчки и видела всполохи голубоватого света под потолком. Наконец, платформа замерла, стенки снова уехали под пол.
- По желанию моего господина, теперь ваши покои находятся здесь. Чтобы вызвать меня, дёрните за этот шнурок. Все необходимые для дамы удобства за дверью, - он подошел к дальней стене, и она отъехала, открывая мне комнату с высоченным фонтаном и алхимическим садом, а так же купальней и несколькими дверцами.
- Спасибо, Томас, я смогу разобраться сама, - сказала я.
- Ужин будет в течение часа в главном зале. Или, быть может, вам всё принести сюда?
- Я умею готовить. Просто покажите, как пользоваться кухонной утварью…
- Прошу прощения, это недопустимо. Никак нельзя, чтобы госпожа в замке занималась чёрной работой сама, пока у неё есть управляющий, - удивился и оскорбился Томас. - Быть может, вы сомневаетесь в моих способностях?
- Вовсе нет, я из людей простых и привыкла сама за собой ухаживать.
Томас оказался непреклонен. Я не захотела оставаться в комнате и спустилась с ним в зал. Меня сразу заинтересовала библиотека. Я встала у книжных шкафов, во все глаза их рассматривая. Нужно будет спросить, что из этого мне можно читать.
- Молодой господин перед уходом попросил меня передать вам нечто важное, - сказал Томас аккуратно.
“Перед уходом?”
- Он рекомендовал не ходить в хранилище, так как это сеть довольно запутанных пещерных проходов. Он к тому же сказал, чтобы вы лишний раз не выходили даже на балкон. Там нет парапетов и перил, а ветер чрезвычайно сильный.
Итак, я в тюрьме. Правда, весьма уютной и красивой, но абсолютно любое пространство, где находятся люди, которым ты не нравишься, покажется тесным…
- Прошлый владелец замка, похоже, собрал потрясающую библиотеку, - я решила смягчить обстановку вполне заслуженным комплиментом и заодно намекнуть, что мне многое известно о Шпиле.
- На это ушли годы трудов. Хотелось бы верить - не зря, - тонкие, желтые губы альтмера искривила грустная, саркастичная усмешка. Элион и глазом не окинул сокровища на этих полках - его ненависть к отцу столь велика, что даже в плохую погоду он отказался остановиться здесь и, едва покормили лошадь, отправился обратно.
- Могу я что-нибудь почитать?
- Госпожа делает это из вежливости? - с трудом скрывая холодность в улыбке, спросил Томас.
- Исключительно из личного интереса, - важно ответила я. - Элион отказался учить меня магии, и я попросту говоря, истосковалась по хоть какой-нибудь стоящей литературе на эту тему.
Мне таким образом разрешили трогать все книги, кроме тех рукописных фолиантов, что в закрытых витринах.
Мои наивные предположения относительно следующего времени жизни были примерно таковы: я тут пока спокойно посижу, магии поучусь, Элион быстренько найдет сведения о том, как меня отсюда вытащить, и я покину этот мир. Все оказалось, мягко говоря, немного не так.
Хорошая новость: я и впрямь одаренный иллюзионист, даром, что в остальных отраслях магии практически бездарь. Плохая новость: во снах я вижу Элиона, когда его нет рядом. Очень плохая новость: мне снится то, что реально происходило с ним. А наяву я порой ощущаю его боль и неудобства.
Сначала все виделось мне не таким уж ужасным. Я могла потерпеть и кофеиновую ломку и чужую бессонницу и натруженность в теле и боль в руках от использования магии разрушения. Что угодно, но во сне я порой словно бы прикасалась к его душе. Это проще увидеть самому, нежели описать, но ощущения не из приятных. А спустя неделю, когда он подъезжал к Кватчу (я во снах видела почти каждый день его передвижения), началось самое неприятное.
Элион ехал верхом. Меч за спиной был уже лишен позолоты, а рукоять обмотана темными лентами. Он успел обжиться неплохой, легкой броней и прочным рюкзаком, а на лошади красовалась защита из тонких, стальных пластин. Быстро с таким грузом животное бегать не сможет, но и риск схватить случайную стрелу меньше.
Примерно за километр от города небо вспухло алыми тучами, и полил кровавый ливень. В воздухе воняло скотным мором - словно стадо умерло и полежало какое-то время в поле на солнце. Приторно-сладкий, въедающийся в горло, запах смерти вызывал тошноту. Лошадь неожиданно фыркнула, заартачилась и дальше идти отказалась. Элион похлопал ее по шее, что-то прошептав утешительное. Он оставил ее у ближайшей таверны, на двери которой висела табличка: “Закрыто. (Дорогие воры, внутри ничего стоящего нет. И поглоти вас Обливион)”.
Двадцать минут неторопливого подъема в дорогу спустя, я увидела треугольники палаток, разбитые на обочинах. Правда, построены были, как попало. Кто-то сложил их из шкур, другие, не успев ничего с собой прихватить из дома, пользовались собственной верхней одеждой, натянутой на сучья. Кто-то изобретательный выстроил шалаш из тонких веток и сухой травы. Люди пытались спастись от дождя и жались друг к другу под парочкой кожаных тентов. Не уместившиеся мокли, стоя у стволов деревьев или укрываясь тканевыми крышами палаток. Элион приблизился к священнику в форменной мантии и спросил, остался ли Мартин в часовне. Ему, конечно, ответили утвердительно. Я увидела, как эльф почти обреченно кивнул и, молча, посмотрел с дороги на вершину холма, где давно уже расцвело чудовищное черно-багровое зарево.
Каждое движение его души было мне ведомо в тот момент. И я знала - впервые он испытывал страх - давно позабытое чувство. Ему не хотелось подниматься туда, но он, наверное, в ту секунду осознал, что, если Мартин погибнет и погаснут навсегда драконьи огни, ничто не остановит Обливион, вырывающийся через врата, которые будут открываться нарывами и опухолями по Киродиилу.