Страница 12 из 131
Я покачала головой и не позволила ему себя нести, оттолкнув его руку:
- Мы оба не можем идти быстро, а если ты меня понесешь, ход замедлится сильнее.
- Меньше всего мне нужно, чтобы ты изображала умение соображать. Всего-лишь небольшой жар, но он пройдёт.
Это верно - странным образом его рана в плече не кровоточила. Элион обломал древко стрелы, самостоятельно ее вытащил, смахнул с пальцев стремительно густеющую кровь и поволок меня на выход.
- Что ты знаешь про амулет Королей?
- Очень многое, - осторожно изрекла я, прекрасно понимая - этот тип пытается извлечь из любой ситуации выгоду.
- Легенды о нём правдивы? - спросил эльф.
Я ответила, помолчав:
- Ты должен отнести его Джоффри.
- Уясни важную вещь, Деревяшка. Лучший способ испортить себе жизнь - говорить в отношении меня слово “должен”.
Я бы выругалась, обозвав Элиона последними матерными, но страдаю литературной брезгливостью. Помолчав, я холодно отчеканила:
- Придется смириться, так как я лучше знаю, что ты. должен. делать.
- Я скоро проведу допрос другими методами, - ровно пообещал эльф.
Я сотворила его мастером вивисекции, ибо некромантия имеет с ней много общего. Иногда Элион работал в своем форте с ещё живыми искателями приключений или просто заблудшими путешественниками. В его стиле попытаться сделать меня податливым полутрупом, дающим ему ответы на любой вопрос.
“Насколько я поняла, глобально историю менять крайне проблематично. Следовательно, независимо от того, что он со мной сделает - герой Кватча закроет врата Обливиона. А значит - наплевать… Я уже умерла”. Мысль о своей гибели по-прежнему служила самым большим утешением в сложившейся ситуации.
Полутёмные тоннели, валяющиеся у стен трупы, вонь жженого масла от факелов и смердение уличных туалетов заставляли меня мысленно молить о свежем воздухе. Однако, смена обстановки произошла не в лучшую сторону. В игре я даже не подозревала о том, как воняет в этих тоннелях под землёй. Мутновато-зелёная вода с маслянистыми разводами, островками гнилой соломы и досочек медленно колыхалась меж замшелыми, скользкими каменными тротуарами.
- К сожалению, у меня нет при себе инструментов, так что придется использовать подручные средства, - говорил Элион, деловито оглядываясь.
Мне стало смешно:
- Ты очень фигово разбираешься в людях, верно? Парень, я из тех, у кого страх почти мгновенно перерастает в злость, а когда я злюсь - начинаю вредничать. Ты ничего у меня таким образом не узнаешь.
- Однажды я слышал подобное, и из него вышел бесполезный зомби, а теперь закрой рот, если не намерена говорить ничего существенного, - я почувствовала, как он парализовал меня.
“Всегда было интересно, выдержала бы я пытки… На кону судьба мира, и это просто смешно, потому что мне наплевать. Чувак задел моё самолюбие”.
Он подтащил меня к мутной, гнилой воде. Понял ведь сразу, что я боюсь утонуть, умеет просекать слабые места людей. Я могла задержать дыхание на сорок секунд. Никогда не тренировалась в подобных вещах. Но гораздо хуже, что прямо в воде меня вырвало, и я стала захлебываться. Элион прекратил полоскать мою голову, снял заклятье паралича. Первым делом мой желудок стошнило ещё раз, потом я повела мутным взором в сторону альтмера и рассмеялась. Не понимаю, почему мне было смешно - наверное, истерическая реакция. Это совершенно не мешало реветь. Эльф посмотрел в моё лицо, вздохнул и снова схватил за шею, окуная в воду. Он что-то говорил - я плохо слышала - на тему его способности долго пытать. Всё верно - он умеет играться часами подобным образом…
На четвертый раз я просто надеялась на случайную смерть. Времени пытки прошло всего ничего - сейчас я думаю, что не больше семи минут, но это было невыносимо долго. “Так не честно, - мысленно вопила я. - Мне уже приходилось жить в мире, где неудобно и отвратительно. Дорогое провидение, просто скажи, за какую карму я страдаю, и я подумаю, как всё исправить”.
Возможно, мне повезло с нервной системой. Устроена она ужасно несбалансированно. Физические мучения, как правило. вызывают у меня только злость и трёхэтажный мысленный мат. С душевными куда хуже или видеть терзания других людей - почти невыносимо. Ситуация казалась мне прозаичной. Самовлюбленный, отвратительный альтмер выпытывает из меня информацию, которая нужна ему для его личного могущества - глупо, предсказуемо, нисколько не трогает душу.
Я лежала, выплевывая из себя тухлую, отвратительную воду, желудок дергался в бессмысленных, болезненных спазмах. Спустя десять секунд я поняла, что никто не пытает меня и немедленно сделала попытку удрать, опасливо покосившись на Элиона. Согнувшись в поясе, он выплевывал темную воду. Его лоб покрыла испарина. Альтмер посмотрел на меня со злостью и недоумением:
- Что ты со мной сделала?
Я хрипло протянула, улыбаясь:
- Возмездие небес не заставило себя долго ждать?
Некоторое время я почти с наслаждением смотрела, как Элион мучается, но длилось это несколько секунд. Я нахмурилась, убрала со лба волосы и спросила:
- Съел какую-нибудь гадость, милый?
- Моё тело думает, что у него температура, испытывает удушье…
“Если подумать - логично. Я сотворила Элиона, и он связан со мной. Возможно, как-то ритуал вызова повлиял, создавая между нами невидимую пуповину”.
Я откинулась на стену и рассмеялась.
Альтмер шагнул ко мне и сжал за плечи, с бешенством всматриваясь в глаза. Я ответила ему с процентами и прошипела, дрожа от злобы:
- Ты. Должен. Отнести. Амулет. Джоффри.
========== II ==========
У меня сломался плеер. Я поняла это, когда мы пробирались на поверхность, следуя стрелочным указателям, вбитым в стены для уборщиков и сантехников. Видимо, пока Элион осваивал роль Тургеньевского Герасима, мой импровизированный амулет тоже несколько раз окунулся в воду. Никакой надежды на то, что вернуть больше двух тысяч музыкальных треков возможно, не осталось. Сие событие только усугубило апатию. Я не опасалась более идти подле Элиона, так как он был вынужден теперь защищать мою жизнь. Наша с ним связь объясняла его выносливость к боли и ранениям. Зато мое собственное плечо нещадно ныло - я заметила это не сразу, и данное обстоятельство, если честно, мало прибавило к моим переживаниям.
Я не позволила Элиону себя нести. Альтмер вызывал во мне живое отвращение. Удивительно, что столь красивое создание может являться до такой степени уродливым. Вероятно, бог, ваяя нас, тоже не слишком задумывается, каково быть людьми и общаться с ними.
Иначе он еще более жесток, чем я полагала.
- Ты всё равно не можешь манипулировать мной этой связью, - заговорил Элион тихо, поразмыслив.
Хмыкнув, я осклабилась:
- Мне сейчас ничего не стоит покончить с собой.
- И умрет будущий спаситель мира, - в тон мне ответил он. - Нельзя себя калечить.
- А тебе лучше делать то, что я скажу, иначе никакие сведения ты не выбьешь. Можешь попытаться и без меня, но я заранее знаю - это ни к чему не приведет.
- Однажды я придумаю, как вытаскивать из твоей головы информацию, но сейчас я вынужден признать, что нет никакого смысла портить друг другу существование, раз уж наблюдается столь неприятная взаимозависимость. Это даэдрическая магия, и мне нужен в ней специалист.
- Мартин таковым и является, - безразлично процедила я.
- Внебрачный сын императора, которого я должен спасти? - нахмурился Элион.
- Да, но чтобы это имело смысл, отдай амулет Джоффри. Всё взаимосвязано в твоей судьбе, ты и не представляешь, насколько, - однако, я знала, что мои слова не возымеют над эльфом никакого действия.
- Уверен, есть и другие специалисты даэдрической магии, - пожал плечами альтмер.
“Моё дело - предупредить”, - равнодушно подумала я.
Когда мы выбрались из зловонной могилы канализации, солнце уже давно встало. Оказывается, воздух может быть сладким. Перед нами протекала полноводная, широкая река с золотистой каймой песчаных берегов.