Страница 11 из 131
- Трещин на костях и хрящах нет. На пятке много ран и посередине стопы одна очень глубокая, ты ещё и крови должна была потерять изрядно. Я парализую тебя, чтобы не кричала, - он коснулся моего лба, и мне показалось, что связь между мозгом и остальным организмом словно бы прервалась. Возникло гадкое ощущение окаменелости собственного тела. Но оно всё воспринимало. Элион прав - я бы не выдержала и закричала. Но не могла, поэтому вопила внутри себя.
Я почувствовала, как на лбу выступили крупные капли пота, потекли по щекам вместе со слезами. Мне показалось, ногу от кончика до колена пустили в мясорубку и медленно ее перемалывают. Жаль, что от боли нельзя потерять сознание, а у меня, к сожалению, и правда высокий болевой порог, могу долго терпеть до состояния шока.
Ему было нечем перевязать ногу. Когда я почувствовала первые признаки того, что способна двигаться, сделала судорожный вздох и закрыла себе рот руками. Длинные волосы скрывали лицо, пока я давилась слезами. Никогда в жизни мне не было так плохо. Меня затрясло, и я поняла, что сейчас стошнит. Элион быстро протянул мне какую-то кадку и убрал назад волосы.
“Не смотри на меня!”
Нога горела и ныла без возможности ею шевелить, и возникло чувство, что стало только хуже.
- Организм активно выбрасывает из себя мусор. Но после этого заклятия придётся хорошенько отдохнуть, иначе упадут защитные резервы тела, и ты опять заболеешь, а лечить такое магией уже нельзя.
Я ничего не ответила, едва воспринимая его слова. Отодвинулась к стене, закрыла лицо руками и притворилась, что меня не существует.
Утешала лишь одна мысль: ничто не вечно и когда-нибудь закончится. Только сон всё-таки странный. Может, это уже Лимб?
Через пару минут я поняла, что мне немного лучше. Вернее, нога ныла, но стремительно пропадала припухлость, а из раны сочился жидкий, водянистый гной вместе с тёмной кровью. Элион совершенно спокойно вытирал её чистым платком, рассматривая повреждения с интересом, лишённым всяких эмоций.
Для моего воспаленного сознания время имело смутные очертания и плохо ощутимый ход. Сквозь дрожащую дымку пелены слёз я различала силуэты неподвижных Клинков в их форменных, стальных латах. Бледное, круглое лицо императора, сидящего чинно с прямой спиной и сложив на коленях руки. На левой мерцал перстень с рубином - огонь факела превращал его в болезненно яркую звёздочку. В замкнутом помещении он чадил, и воняло жжёным маслом.
Неожиданно в кабинет вошла командир Клинков. Одна.
- Ваше величество, орденцы Рассвета обыскивают каждый угол подземелья и проникли в сеть канализаций. Нас пока не увидели. Я предлагаю укрываться здесь.
- А что подмога? - ровно поинтересовался Уриэль.
- Я велела одному Клинку проверить условленное место встречи с посланником. Через час прибудет боевой отряд. Отправлен клич и в Магический Университет. Как и предупредила пленница, в потайном проходе тюремной камеры обнаружены следы недавней засады. Нас ждали…
- Командир, разрешите сказать? - подал голос один из солдат. - Посланники от магов доложили, что пленницу и альтмера не приказывали посадить в темницу. Однако, ряд гвардейцев действовали самовольно. Мне известны имена вероятных изменников.
- Не горячитесь, Клинок, - спокойно перебил его Элион. - Я был резок с теми стражниками, и мотивы их нападения носят личный характер.
- Вы разберётесь с этим после, - произнес император весомо. - Подойди ко мне, юноша, - обратился он к Элиону. - Нас прервали, и я не успел сказать тебе всего, а между тем это важно. Судьбой и кровью мне даровано узреть дела святых девяти. Мне ведом час, когда придёт черёд покинуть мир, и сей час близок. Я помню именно тебя, выходящего из пылающих врат Обливиона, которые обращаются в горячую глину под твоими ногами. Ты закроешь их и остановишь зло, идущее на Тамриэль. Касаемо твоей натуры и деяний былых - сие значения не имеет, как и цели твои, потому что боги выбрали тебя щитом.
- Я не поклоняюсь божественному пантеону Тамриэля, ваше величество, - слегка прохладно отметил Элион, что вызвало гримасу гнева на лице командира Клинков, но Уриэль лишь печально усмехнулся.
- Как я и сказал, цели твои и помыслы резона не имеют…
Снаружи послышался шум, и в комнату вошел Баурус. Он швырнул на пол факел и торопливо потушил его, шепча:
- Предатель был среди Клинков. Он обрывал просьбы о помощи в университет магов и отряду у стен города, так что никто не знает, что происходит. Я остановил его, но теперь, возможно, в нашу сторону движутся вражеские силы. Их больше.
- В боевую позицию, Клинки, - приказала командир. - Ни шагу от императора.
Она встала непозволительно вплотную к Уриэлю, закрыв его щитом. В темноте было неспокойно. Элион сидел со мной в самом углу и молчал. В коридорах слышались торопливые шаги и крики, но неожиданно всё стихло. Две минуты было спокойно. Затем раздался тоненький звон, пространство всколыхнулось…
- Это телепортация, - предупредил Элион. Он в два счёта оказался подле императора и, взяв его за плечо, прочёл заклятие невидимости.
Тьма озарялась голубыми и кислотно-оранжевыми вспышками, на зубах гудело странное напряжение и в воздухе веяло сильной концентрацией озона, как после близкого удара молнией, дрожали стены, и я не знала, кто друг, кто враг и куда прятаться. Неизвестно, каким образом мне удалось забиться за кадку, укрывшись ею, словно довольно ненадёжным щитом. Выглянув из-за ее края, я уловила мельком, как всполох света озарил шлем, стилизованный под оскаленную пасть, из которой текла густая, тёмная кровь. Странно вздрогнув, человек пошатнулся, но кинжал в его руке ещё подрагивал, когда тело падало. Я успела увидеть Элиона - он производил большую часть вспышек, которые освещали застывшее, будто мёртвое, теперь уже не золотистое, а абсолютно белое лицо. Прямо рядом с кадкой что-то стонало и дёргалось, билось о стену локтем или коленкой. Наконец, оно встретилось со мной взглядом, и в долю секунды я заметила юное, почти мальчишеское лицо. Неожиданно оно исказилось гримасой странной, жестокой кровожадности. И он поднял на меня руку с кинжалом. Однако, он беспомощно хрипнул, распахнув рот, замер и упал на спину. Элион, хладнокровно в этом удостоверившись, покачнулся. Странно - я точно видела, что ему в грудь попали две стрелы, но они, толкнув его, отскочили от тонкой, тёмной накидки. Я вспомнила, как перед городом, когда находилась под прицелом гвардейца, я точно знала, что должна была умереть. Элион изловчился закрыть меня щитом, и удар пришелся слабым.
Выходит, он несколько раз успел спасти мне жизнь.
Вот только это не меняло того факта, что император на стуле был уже мёртв. Он сидел, склонив голову и всё так же сложив на коленях руки.
“Значит, этого не миновать - сотен жертв и воспалённых зевов врат ада…”.
Внезапно сделалось тихо. Элион зажег магическую свечу, и я увидела, что он ранен в плечо, откуда торчала небольшая, крепкая стрела арбалета - вероятно, зачарованная электричеством. Баурус, хромая, тяжело дыша и утирая с лица кровь, подошёл к императору. Он горестно упал перед ним на колени. Увидев эльфа, мрачно стоявшего подле него, он в замешательстве смотрел, как Элион бережно вытащил из внутреннего кармана мантии амулет с огромным рубином.
- Они, в том числе, и за этим охотились, иначе не продолжили бы драться, убив Уриэля.
- По какому праву он у тебя? - настороженно прошептал Клинок.
- Его величество велел мне отнести эту штуку в приорат Вейнон. Кто такой Джоффри и почему ему можно вверить амулет?
Баурус прислушался и пробормотал:
- Это наш командир в отставке. Рено была его преемницей… Если Уриэль верил тебе, я покоряюсь. Выбирайтесь из города по канализации и поспешите. Я со всем разберусь здесь сам. Твои вещи найдешь в тюремном хранилище. Мы проходили мимо него, когда шли к камере этой заключённой.
Элион не ответил ничего, подошёл ко мне.
- Не ранена?