Страница 32 из 61
Торговый полдень - время, когда идет самая бойкая торговля. До обычного полдня было еще далеко, но людей на базаре уже было не протолкнуться. В такой толпе легче легкого спрятаться и сбежать. Если придется.
Так раздумывала Мара. Мысли о том, что где-то поблизости может оказаться Странник, вызывали у нее тревогу. Она вместе с Птахой медленно шла по торговой площади в сторону южных ворот. Мальчик вел под уздцы груженого Тьму и с детским искренним любопытством разглядывал лавки чужестранных купцов.
Воришку было не узнать - прямо загляденье! Мара потратила все утро, приводя его в порядок. Птаха упирался и категорически не хотел лезть в воду - дескать она противная и холодная. И только после угрозы превратить его в таракана оборотнице удалось запихнуть мальчишку в бадью. Он ойкал и пищал, когда цепкие пальцы целительницы намыливали его голову.
- Фу, пакость какая! - брезгливо фыркнула Мара.
- Что там? - полюбопытничал Птаха.
- А вот что! - оборотница сунула ему под нос палец, выловив в воде барахтающуюся вошь.
Он скривился.
- Ото ж! А у тебя их полная башка. Сейчас репейником голову намажем, а потом клюквой смоем, горе ты луковое. Глядишь - чесаться перестанешь. И мыться теперь каждый день будешь. Я понятно объясняю?
- Понятно.
После того как воришку отмыли от грязи, оказалось, что волосы у него огненно-рыжие, с красноватым отливом, кожа - белее льна, а все лицо усыпано веснушками.
- Экий ты, солнечный мальчонка! - весело усмехнулась оборотница, расчесывая непослушные мокрые вихры. - Тебя как будто солнце целовало!
- Да? - чуть надуто протянул Птаха. - А вот тетка, сестра моей матери, говорила, что меня так тараканы пометили.
- Глупости! - смеясь, она кинула ему сверток с одеждой. - На вот, одевайся.
А сама спустилась вниз попросить хозяина, чтобы бадью убрали. Птаха быстро оделся, и, когда Мара вернулась, она с радостью заметила, что тот улыбается во весь свой широкий рот.
- Вот смотри! Прямо аннич какой! - оборотница подвела Птаху к медному зеркалу.
Он только и смог, что удивленно прошептать: «Ух ты!». Долго не мог налюбоваться собой. То волосы пригладит, то рубашку расправит, то штаны подтянет. То правым боком повернется, то левым. А потом уставил на Мару свои необычные глаза и словно выдохнул: «Вот это спасибо».
- Так это… что же получается? Я теперь…
- Племянник купца Старича, Маркуша. Прибыли мы с тобой из Восточного ксенства на праздник Уруш-Мая, - Мара задумчиво посмотрела на воришку. - Запомнишь?
Тот кивнул. И снова повернулся к зеркалу. Искренняя детская радость отозвалась чуть заметной улыбкой на губах оборотницы. Хорош получился мальчуган!
После быстрого завтрака Мара рассчиталась с хозяином и, передав мешок Птахе, вышла на крыльцо. Тьма недовольно рыл копытом землю в ожидании седоков - не нравился ему образ гнедой кобылы.
- Куда мы сейчас? - поинтересовался Птаха, закидывая мешок на спину коня.
- Сначала на базар. Надо провизией запастись, - отозвалась оборотница. - Путь неблизкий предстоит. А ближайших городов или деревень мы нескоро встретим.
Птаха хмыкнул и взял коня под уздцы.
Они молчаливо вышли на главную городскую улицу. Оборотница тревожно оглядывалась по сторонам. Она не любила, когда вокруг было много людей. Безотчетное чувство беспокойства шевельнулось в груди. Ей казалось, будто кто-то наблюдает за ней со стороны.
- Как думаете, это правда? - вопрос мальчонки вывел ее из задумчивости.
- Что правда?
- Ну то, что Уруш не нашел своей Нареченной, и теперь Аракана останется без защиты? И что из-за этого может начаться война?
Мара удивленно посмотрела на него.
- Где ты это услышал?
- Сегодня на кухне две служанки спорили. Дескать, Нареченной нет и Змеиный Володарь теперь затаит обиду на араканского. А это значит, что начнется война. И что паучьи люди из Гардиании нападут на Аракану. А может, и сам Уруш пойдет войной на нас. Как думаете, это правда?
Она усмехнулась. Шутливо щелкнула Птаху по носу и весело подмигнула.
- Не собирай чужие сплетни. Для мужчины негоже бабские пересуды слушать, а уж тем более передавать… - Она задумалась и медленно продолжила: - Змеиный Володарь, думаю, не станет из-за обиды на одну женщину воевать с целым володарством. Не володарское это дело - льву с собакой воевать. Ты лучше расскажи, что ты умеешь делать?
- Я-то? Сквозь мороки видеть. Когда человек правду али враки всякие говорит. А еще замки всякие открывать, незаметно между людьми пробираться. А еще с лошадками общий язык находить. Они меня любят, - он ласково погладил по морде Тьму, тот дружески фыркнул. - Ой, а это что за фрукт такой?
Он остановился возле фруктовой лавочки. Детские глаза удивленно распахнулись при виде гирлянд сушеных фиников.
- А, это… Это финики. Ты никогда фиников не видел?
- Нет, не видел. А можно мне этих… фуников… Пожалуйста.
- Фиников, - с улыбкой поправила она и обратилась к торговцу. - Свет дому вашему, господин. А можно нам две нитки фиников, пожалуйста.
Пестро одетый житель Восточной Ралии вскочил на ноги и тут же засуетился.
- Да хоть четыре, господин! У меня самые лучшие, самые сладкие финики… Вай! Не оторвешься! Кушать будешь и наслаждаться его сладким вкусом!.. - он торопливо снял нити сушеных фруктов. - А есть еще такой фрукт редкий, но очень вкусный, прямо волшебный. Вананас называется. Редкий фрукт, но очень вкусный!.. А еще персики душистые, яблочки наливные, вишни сладкие, виноград молодой, но пряный, восточный грип-фрукт…
- Будешь чудо-фрукт вананас? - с лукавой улыбкой подмигнула мальчишке оборотница. Тот сиял от радости.
- Да… - а потом, словно устыдившись, Птаха спросил: - А ты?
- И я буду. Дайте-ка нам еще и чудо-фрукт вананас.
Вананасом называли огромный овальный фрукт, похожий на переросшее яблоко зеленовато-желтого цвета, увенчанный пучком жестких листьев. Весил он килограмма два, а стоил как шесть килограммов яблок. Птаха засунул его в вещевой мешок. Нитки с финиками надел на шею и тут же начал их безжалостно терзать.