Страница 31 из 61
Странник вышел из терема Ранора, грязно ругаясь. Жадность и забота только о своих интересах выводили советника из себя. Война на носу, а ксенич лишь о собственных карманах думает.
Гура стоял у порога терема и отвязывал от жерди коней. Хмурый вид друга вызвал едва заметную усмешку на губах. Легче было договориться с водяным, чем образумить упрямого ксенича.
- Ну что? Удалось уговорить Ранора? – спросил он.
Странник забрал у него поводья. В душе кипел гнев. Упертость ксенича и безусловная вера в непоколебимость Тысячелетнего Мира затмевали все разумные доводы. Складывалось впечатление, что, окажись гардианцы сейчас во дворе у Ранора, тот все так же лепетал бы про договор о ненападении. Нежелание ксенича увидеть реальную ситуацию и начать готовиться к обороне злило разъездного советника.
- Глуп южный ксенич, - раздраженно произнес Странник. - За что только араканский володарь держит на службе этого пройдоху?!
- А то ты не знаешь? Ведь большая часть казны володарской за счет южных земель-то и пополняется. Ранор хоть и нечист на руку, но с властью делится. Одна только Варажья Впадина чего стоит! Город - настоящий притон для контрабандистов и сбытчиков краденого всех мастей. Раньше вроде как бороться пытались - ну там темницы, пытки, казни. А как Ранор пришел к власти, так обложил их всех неподъемными налогами: дескать, хотите торговать - пожалуйста. Но налоги платите.
- И контрабандисты на это согласились?
- Что лучше, - пожал плечами Гура, - в тюрьме на дыбе висеть или платить налоги? Вот и решили они, что легче откупиться, чем вздрагивать от каждого шороха. Казна резко стала пополняться. И володарству хорошо, и сбытчикам краденого неплохо. Одни воруют и продают, а другие за счет этих денег армию укрепляют. В общем, все заняты своим делом и никто никому не мешает.
- Интересно… - усмехнулся советник.
- И что теперь?
- Надо бы с Верховной Ведуньей переговорить. И, чем быстрее, тем лучше. Не нравится мне - слишком уж близко подошел Молох к араканским границам.
Они не спеша направлялись к южным воротам города. Из окон домов по-прежнему свешивались церемониальные флаги. А двери небольших глиняных и деревянных домов украшали гирлянды увядших цветов.
Людей на улицах было не очень много. Часть жителей предпочитала отлеживаться дома и пить рассол, чтобы после ночи гуляний здоровье поправить.
Но большинство валовцев устремилось на Торговую площадь, где проходил Большой Базарный День. Купцы в пестрых нарядах и ремесленники в домотканой одежде наперебой предлагали свои товары. Каждый уверял покупателей и зевак в их исключительности. Лавки пестрели различными тканями, коврами, украшениями, здесь предлагали одежду, обувь, а также горшки, блюда из серебра и золота и прочую кухонную утварь. Воздух был наполнен различными ароматами духов, пряностей и специй. Казалось, что вся площадь пропахла ими. От их насыщенности болела голова.
- Ни дать ни взять - торговый полдень в Шуморе, - задумчиво произнес Странник.
- И как там? - спросил Гура.
Они пробивались в тесном ряду между торговцами ралийским шелком и влакийскими специями.
- Золота побольше продают, чем в здешних землях. Да и люду разного встретить можно. И змеелюдов, и дивьих людей, и берендеев, и волколаков, и сирен, и обычных людей. А между лавками может сновать различная мелкая нечисть - будь то бесята, домовые или анчутки… И знаешь что? Все живут в мире. Нет, конечно, мелкие разборки бывают. Особенно друг друга не любят анчутки и домовые. Домовой-то - он какой, хозяйственный, ему порядок нужен. А анчутка безобразия различные учиняет. Иной раз такие разборки устраивают, что на весь квартал слышно, как они ругаются. А тут что? В основном - обычные люди. Изредка можно встретить ведьмака какого или ведунью. Оборотни и то редкость… Кстати, об оборотнях… - он вдруг замер, пристально глядя куда-то перед собой.
Гура, который с интересом слушал, остановился и проследил за взглядом друга.
На противоположной стороне улицы возле лавки со сладостями стояли пожилой купец и мальчонка с рыжими вихрами, в белой льняной рубашке, бежевых штанах и в коричневых кожаных поршнях, обмотанных ремешками. Малец держал под уздцы груженую гнедую кобылу. Он разглядывал висящие гирляндами сушенные фрукты и то и дело бросал на старика взгляд. Старик, улыбаясь, переговаривался с торговцем фруктов. Хозяин лавки размахивал руками, видимо, нахваливая свой товар.
- Ты чего? Ну, купец с мальчонкой сласти выбирают. Думаешь, что душегуб какой-то мальца решил сластями заманить?
- Купец? - изумленно переспросил Странник. Он сощурился: - А… Ну да… А тот ли он за кого себя выдает? Давай-ка подберемся к нему поближе. Что-то мне подсказывает, что мы сейчас очень удивимся.