Страница 50 из 279
– Но почему вы воюете? – затаила я дыхание, чувствуя, как шаг за шагом подбираюсь к тайне.
Ридд выразительно вскинул брови.
– Воюем? Громко сказано. Нет. Мы защищаем себя. Свои земли. И своих граждан. Тёмные помешались на легенде о том, что кровь, напитанная магией, дарует им несокрушимую силу.
– А людская кровь вызывает у них... особый интерес?
– Возможно, – задумался Ридд. – Во всяком случае, люди всегда были в большей опасности, чем эльфы или нимфы. Людская кровь – особое наслаждение для тёмных. Так уж сложилось и причины неясны. А уж кровь тех, кто принял свою магию... – неутешительно намурился советник. – Поэтому чем ярче разгорается Искра – магические задатки – тем вероятнее, что однажды проснёшься в кандалах где-нибудь под Нур-Асера. Поверь, Елизавета, это не шутка, – понизил голос Ридд. – Я знаю, о чём говорю. Кровопийцы безжалостны и опасны. В стремлении получить желаемое они несокрушимы. Мой отец – командир городской стражи – на волоске от смерти висел. Еле выходили. Я был в те времена совсем юнцом, но помню, как его кожу у горла по лоскутам сшивали. Вот так. До самой смерти немым ходил. А ведь он лишь выполнял свой долг – защищал честь моей матери от кровопийцы, перепившего мёда в Порту.
Я потупила взгляд. Приставания, нападения... Всё это на образ Дракулы не ложилось.
А на образ белобрысого кровопийцы Мариса? На образ Эдмонда или Виктора?
– Не бойся, – вдруг подался вперёд Ридд, расценив моё молчание по-своему. – Мы больше полувека не ведём с тёмными дел. Расторгли все торговые и политические соглашения. Хода в наши земли им нет. И не будет. И уж точно проникнуть сюда даже у самого вёрткого кровопийцы не выйдет. Я слово даю. Ты в безопасности.
– Так вы посадили меня под замок, чтобы защитить? – засмеялась я неловко.
Льдистые глаза советника лукаво блеснули.
– Возможно, – отстранился Ридд и вновь откинулся на спинку стула. – В любом случае, это государственная тайна. И вопросы тут...
– Задаёте вы? – подсказала я, не сдержав улыбку.
Советник неуловимо птеплел. Даже строгие брови чуточку распрямились, и я думала, вот-вот «медведь» улыбнется!
Не решился.
– Так вот почему люди остерегаются магии, – заговорила я первой, когда пауза затянулась. – Поэтому навели запрёт. Чтобы лишить тёмных... соблазна нападать?
– Не только, – охотно ответил Ридд. – Магия даёт силу, Елизавета. Неестественную. Силу, сравнимую с силой богов. А теперь представь, что каждый третий в мире наделён подобной силой. Как думаешь, такое к добру?
Я смешалась и с надеждой глянула на Юджина. Может, подскажет? Он же местный всезнайка.
– Настанет кавардак, – перехватил мой взгляд Ксандер Ридд и назидательно кивнул. – Каждый, кто наделён силой, стремится к власти. А в борьбе за власть всегда страдают невинные. Потому я, как человек, радеющий о безопасности, делаю всё, чтобы сохранить жизни. Это мой долг.
Я кивнула. Благое дело, не поспоришь. А память уже подтолкнула на поверхность образ чокнутой ведьмы. Натана обещала Велору титул бога. Обещала власть. И скольких при этом придётся принести в жертву её ни капли не заботило.
– Поэтому, – вернул меня из задумчивости Ридд, – лучше загодя прижечь такую заразу, как магия. Выжечь, прежде чем она укоренится в сознании людей. Потому мы и проверяли тебя, – кивнул мужчина на мои запястья. – Не могли рисковать. Это обязательная процедура для всех, кто живёт в Людских землях.
– Вы что же, всех на магию проверяете? – невольно потёрла я ранки от проколов, что по ночам ещё зудели.
– Всех.
– И детей?! – ахнула я.
– Да, – кивнул Ридд. – Но камни инициации применяем лишь в крайнем случае. Для всех прочих есть тесты Барбуса. Они безопасны.
Я повела бровями и отвела взгляд. Верилось с трудом.
Советник это понял.
– Нет, Елизавета, ты неправа. Опасны лишь те, кто осознанно использует магию. И мы не мучим невинных, которых постигла неудача родиться проклятыми Искрой. Ведь иначе... чем бы мы отличались от тёмных? Ничем. А так не пойдёт.
Я отчаянно вздохнула.
– Но разве магия всегда во зло? Ведь если магами рождаются...
– Рождаются, – кивнул Ридд, не отводя глаз. – Но далеко не каждый. Редко проклятие одарённости мешает жить с пелёнок. Порой магия никак себя не проявляет.
Я стиснула зубы.
А если проявляет? Сразу на плаху?
– Но если магия с рождения сильна? – не сдавалась я. – Если человек таким родился?
– Тогда мы помогаем, – отвечал Ридд на удивление трепливо. – Учим жить честным трудом. В конце концов, соблюдать закон или нет – это выбор каждого. А магия, если её не пестовать, как это делают в школе, рано или поздно сойдёт на нет.
– На Иппоре есть школа магии? – удивилась я, а Ридд отчего-то насупился.
– Есть. Академия. Но если вам интересно, что я о ней думаю... – потер подбородок советник, и Юджин тотчас с жаром закивал. – Скажу вам так: дурное это место. Гиблое. А жить можно и по-другому. Не хуже. Федерация вторая по процветанию страна после Эльфии. А те, кто взращивают в себе магию попросту не видят лучшего пути. Пути развития без магии. И наша задача – задача людского рода – показать этот путь на собственном примере. Поделиться знанием. И отрадно знать, что наши чаяния не пустой звук, а где-то там, за Пеленой есть мир, который понял эту простую истину куда раньше, – кивнул мне Ридд будто с благодарностью, и я ответила улыбкой. – Но мы отвлеклись! – нахмурился мужчина, будто собственной откровенности смутился. – Юджин, будь добр, продолжай конспект.