Страница 276 из 279
От злости и отчаяния я ударила кулаком о борт, и волна, как живая, нагнала дезертиров и смела с водной глади и лодку, и незадачливых пассажиров. Я опомниться не успела, как Ридд вновь заорал:
– Держись!
А затем остатки тонущего корабля обняли волны.
***
Пальцы разжались, едва обезумевшая вода нанесла первый удар. Я болтала руками и ногами, но светлое пятно спасительной поверхности с каждым мгновением отдалялось. Обломки безмолвно скользили в мрачной, на удивление тёплой воде, а воздух в лёгких стремительно иссякал. В память непрошенными гостями хлынули образы всех, кого я знала и любила. Родные. Друзья. Семья Лайн-Этор. Дион, Ума, Окара… Мирна и Навин с острова Авэль. Источник…
«Ты выбрала путь, Лиза, – так явственно зашелестело в голове, точно сама вода обрела голос. – Теперь ты знаешь».
Будто в ответ на мой немой вопрос уйма призрачно сияющих крохотных воздушных пузырьков осветила мрачные глубины и облепила меня с ног до головы. Тело легче воды стало. Миг, другой... Тёмные пятна перед глазами, непреодолимое желание хлебнуть воды, и я с тяжёлым вздохом, кашляя и отплёвываясь, вынырнула на поверхность.
Рассуждать о том, что вытянуло меня из морских глубин, сил не было. Воздух оказался куда холоднее воды, мокрые пряди тотчас обросли инеем. Я ухватилась за первый попавшийся обломок и суматошно огляделась. Берег, хоть и скрыт обрывками тумана, но недалеко, значит, если море не взбесится, доплыву. Вот только... белоснежной макушки советника и след простыл.
– Ри-идд! – заорала я что было мочи.
Тишина. Поборов страх, я нырнула. Но корабль, а вместе с ним наверняка и советник, уже исчез в темноте. Нырять глубже бессмысленно и опасно. Вынырнув, я хватанула холодного воздуха и снова закашлялась.
– Ксандер! – в угоду чувствам, а не разуму, я в который раз с головой ушла в воду. С морем вновь начинало твориться неладное, гладь покрылась рябью, грозясь вскипеть, а значит, нужно спешить.
Я нырнула снова и по памяти толкнула воду ладонями, сплела связку. Слабые огненные искры вырвались на волю. Осветили пространство, но пронеслись пару метров и растаяли. И опять ни зги не видно. Я всплыла и ухватилась за обломок. Обречённо упёрлась лбом в деревяшку. Яснее ясного – советнику конец. Ушёл на дно. Я уже ринулась на обломке к берегу, как вдруг над гладью Единого моря раздалось:
– Лиза-а!
Я вскинулась. Завертела головой. Почудилось? Чайки?
– Ли-за-а! – раздалось снова, и я вдохнула поглубже.
– Ксандер, я здесь!
Послышался далёкий всплеск. Ридд, то и дело уходя под воду, неловко перебирался от обломка к обломку. Мельтеша ногами, я бросилась навстречу.
– Скорее! Волна! – прокричала, хлебая горькую от соли воду, и нырнула вслед за советником.
Ридд тонул. Повезло мне оказаться в море босой, в одной рубашке и штанах, атяжёлый сюртук советника вымок и упорно тянул хозяина на дно. Сам же мужчина в борьбе со стихией обессилел. Всё реже всплывал, а держать его на плаву не было сил и у меня.
Море недобро заколыхалось, доплыть до берега мы не успеем, если только моторная лодка с небес не ухнет. Ридд в который раз скрылся под пеленой чёрной воды, и я решилась. Захватила воздуха столько, сколько в лёгкие вместилось, нырнула вслед за мужчиной и вцепилась в рукав сюртука. Советник в благородном порыве дёрнулся, чтобы и меня на дно не утянуть, но я уже закрыла глаза. Так было легче призвать магию. Вспомнить прочитанную утром главу магического учебника труда не составило:
«Вода – не стихия разрушения. Вода – это жизнь. Она, как и жизнь, может быть в постоянном движении, а может замирать. Наполняться мудростью и спокойствием».
Я расслабилась, позволяя коже сродниться с водой. Под рёбрами отчётливо жгло. Моё пламя не любило воду, но сейчас вода – единственное спасение. И мой огонь это будто понял. Жжение унялось.
Когда страшно – магичить сложно. Страх ломает волю, но на краю гибели до судорог хочется хоть ещё раз сделать вдох! Хочется жить.
Я повела рукой...
Море яростно забурлило. Волна подхватила нас с Риддом вместе с обломками, но ни ломаные доски, ни сама вода навредить нам больше не могли. Тонкая плёнка моей магии, словно мыльный пузырь, окутала нас. Море в нашем «пузыре» сгустилось, если не до желе, как проповедовал учебник, то определённо текучего киселя. Мгновение, и мы с советником, словно гигантская выброшенная прибоем медуза, оказались на мелководье.
Тяжело дыша, я на четвереньках выползла на берег. Ридд тащился следом. Нахлебавшись солёной воды, советник кашлял и сипел, как старый побитый пёс.
– Дышите? – прохрипела я, собравшись, если придётся, магией тянуть воду из его горла.
Советник, сплюнув, выставил ладонь и сделал глубокий вдох. Я расслабленно повалилась рядом. От холода зуб на зуб не попадал, а прилипшая к телу одежда встала колом, однако от мысли, что всё позади, улыбка тронула онемевшие губы.
«Если бы Ривел видел, что я только что сотворила, – лежала я, закрыв глаза, – наверняка гордился бы мной».
Звук ступающей в шаг и звенящей оружием гвардии пронзил холодный воздух, но у меня не было сил выяснять: друг вдали или враг.