Страница 203 из 279
Я промолчала. Внутреннее «я», то, что принято называть тёмной стороной души, ликовало. Светлое же «я» всячески пыталось эти злые ликования погасить.
– Ирита преподала хороший урок нам всем, – глядя на волны, продолжала Ума. – В каждом нужно попытаться разглядеть добро. Даже если делать это совсем не хочется.
– Иначе рискуешь попасть впросак, – тихо подбавила я.
– Точно, – усмехнулась нимфа. – Надеюсь, больше я впросак не попаду.
– И я надеюсь.
Помолчали. Мне впервые почему-то хотелось поговорить обо всём, что свалилось на меня. Может потому, что Ума девушка и мне говорить с ней заведомо проще, чем с Дионом?
– Так ты думаешь, ваша богиня увидела во мне добро и потому наделила способностью исцелять?
– Не знаю, – пожала плечами Ума. – Может, да. А может, через тебя боги хотят показать, как мы несправедливы друг к другу.
Я с сомнением прикусила губу. Если верить Соресу, Великим до лампочки, что творится в мире. Но говорить об этом и огорчать юную, полную надежд нимфу я не стала.
А Ума продолжала:
– Или, может, мы должны понять, что неважно на каком континенте ты родился. Важно только то, что у тебя внутри, – приложила нимфа к груди ладонь. – Что движет тобой: свет или тьма? Что ты станешь делать: строить или ломать?
Я пораженно выдохнула.
– Хорошо сказано…
– Спасибо, – заулыбалась Ума. – Но я не для красного словца. Я правда так думаю. А Ирита дала лишь повод пошире открыть глаза. Ты человек, – пристально поглядела на меня нимфа. – Таких, как ты, я всю жизнь презирала. Мне говорили, вы злые и беспринципные, – я огорчённо хмыкнула. – Но теперь я вижу, нельзя судить народ лишь по слухам. Ирита даровала тебе силу. Тебе, а не кому-то из нимф. Значит, ты достойный человек. А раз так... может, и другие достойные в Людских землях найдутся?
– Тебе бы в правители податься, – протянула я, со смехом качая головой. – На Иппоре тогда точно бы мир воцарился.
– Спасибо, – зарделась от похвалы нимфа. – Но у тебя тоже душа добрая. Ты ведь через боль исцелила Ассаро тогда, в тренировочном зале.
– Думаешь, я это от избытка доброты сделала? – хмыкнула я.
– А разве нет? – одарила меня Ума снисходительным взглядом. – Я была там и видела. Ты без раздумий призвала дар. И если бы Ривел не заблокировал твою магию, и жизнь отдала бы.
Я поёжилась.
– Что-то моя доброта всё чаще напоминает глупость. Меня жизнь ничему не учит, ведь даже вчера Ассаро чуть мою жизнь не забра…
Я рывком зажала рот ладонью. За беседами не заметила, как лишнего взболтнула. Но слово не воробей, и чуть желтоватые глаза у Умы уже стали размерами с блюдца.
– Ты исцелила его? Исцелила Ассаро?! Ирита-заступница!
– Тише! – взмолилась я. – Никто не должен знать, Ума! Особенно Дион!
– Почему? – удивилась девушка.
– Он будет психовать и… – вспомнила я, как Ассаро стыдился неумения самоисцеляться. – Просто не хочу, чтобы кто-то знал и всё тут, – нахмурилась я. – Пообещай, что никому не скажешь! Прошу!
Нимфа без промедления кивнула.
– Слово даю. Ирита мне свидетель.
Мы обе молча уставились на воду. Окара уже приземлилась, подняв в воздух тучу песка, и теперь, неловко передвигаясь и заставляя землю дрожать, заползала в воду. Блаженно прикрыла глаза. Дион плавал неподалёку.
– Пойдём искупаемся, – поднялась я и отряхнула с подола синего платья вездесущую песчаную пыль. – Последние тёплые деньки надо с толком провести. Да и с настоящим драконом я никогда не купалась.
– Как по мне, так от такого «удовольствия» я бы ещё пару сотен смен монов воздержалась, – с опаской глядела Ума, как Окара задорно рычит и бьёт по воде шипастым хвостом.
Я улыбнулась. Вопреки выводам, сделанным нимфой о народах Иппора, побороть страх перед грозными крылатыми ящерами ей пока оазалось сложно. Но она пыталась. Честно пыталась! Ведь как иначе растолковать то, что она сейчас здесь с нами. В компании лесной нимфы, человека и дракона, а не на побережье собирает сплетни с Белоснежкой-Габриэль?
***
Обе нимфы и Окара ещё развлекались на мелководье, но для меня сегодня воды Уноэссо оказались холодными. Потому я стояла на берегу в своём единственном выходном синем платьице, пыталась хоть немного обсохнуть на тёплом ветру и смотрела, как дракон с вишнёвой чешуёй извергал пламя, и оно, встречаясь с водной гладью, превращалось в пар.
Я улыбнулась, глядя на Уму, спешащую понежиться в сизых клубах. У нимф сегодня банный день.
– И тебе не страшно? Ты так... близко, – у самого виска раздался голос.
Как всегда спокойный, размеренный. Чуть ниже, чем мне могло бы нравиться и чересчур мягкий для истинного обличия громадного огнедышащего ящера.
– Шарар! – схватилась я за сердце. – Не ждала увидеть тебя в…
Я мельком оглядела дракона. Как сама на горьком опыте убедилась, чешуйчатые творения богини Сотэи совсем не стеснялись наготы.