Страница 125 из 128
— Ничего, — хрипит, потирая шею, за которую его держал Роджер. Не удивлюсь, если в итоге у него окажутся сломаными пара позвонков. — Я просто запутался.
— Запутался? Надеюсь, менты тебя распутают, потому что о такую мразь мне руки марать не хочется.
Ястреб смотрит на Матильду, рыдающую в объятиях Брэйна. Смотрит осуждающе, с укоризной. Она вытирает слезы и одними губами произносит: «Прости», а потом отворачивается. Наверное, в этот момент их история, длиной в десяток трудных лет, окончательно завершилась.
Мне надоедают их рожи, отворачиваюсь и снова подхожу к Птичке. Присаживаюсь рядом с ней прямо на пол. Мне наплевать, какая здесь кругом грязь, какая атмосфера царит, главное, я ее нашел и она жива, а все остальное до синей лампочки.
— Больно? — спрашиваю, поглаживая ее по голове, осторожно и бережно, словно она может сломаться от любого неосторожного движения. Где же эта скорая, когда она так нужна?!
— Терпимо. — Пытается улыбаться, но с такими побоями особенно не повеселишься. Вижу, как она морщится, но старается не показать виду, насколько ей на самом деле. Моя смелая маленькая Птичка. — Побудь со мной, пожалуйста. Не уходи больше, мне страшно одной.
— Побуду, конечно. — Пододвигаюсь к ней как можно ближе, при этом стараясь не задеть то, что в пылу атаки мог повредить Кир. — Захочешь прогнать, не получится. После этого вообще и шагу одной ступить не дам, не надейся. Я еще тот тиран, ты меня просто плохо знаешь.
— Тиран? — задумчиво спрашивает и хитро смотрит. — Может, мне только это и нужно было? Может, я такого и искала, чтобы ходил за мной с плеткой и дорогу указывал?
— Значит, тебе очень повезло. — Целую ее в лоб, губами ощутив, насколько он горячий. Наверное, у нее температура. — Я именно такой и даже хуже.
— Помоги мне сесть, пожалуйста.
— Не дождешься. Тирания начинается с этой самой секунды, поэтому запрещаю тебе двигаться — мало ли, какие у тебя повреждения, так что лучше не шевелиться.
Она кивает, а я чувствую, как внутри разливается тепло. Это облегчение, смешанное с радостью от того, что все–таки смог найти ее — живую. Все эти синяки, ссадины, ушибы пройдут. Стресс тоже пройдет — помогу ей справиться. Но она здесь, рядом и большего мне не нужно.
Сквозь разбитое окно проникает ветер, приносящий с собой запах новой весны, которая будет не такой как обычно. Потому что впервые не чувствую себя изломанным, искалеченным и пустым. Сейчас рядом со мной та, которую так долго искал — та, которая сможет меня понять и принять. Та, ради которой я хочу стать лучше.
— Филин. — Ее тихий голос выводит из задумчивости.
— Птичка. — Ухмыляюсь и ложусь на бок, оперевшись на локоть, и наматывая темно–каштановый локон на палец. — Ты что–то хотела?
Она смотрит на меня огромными глазами невероятного шоколадного оттенка и молчит. Не мешаю собраться с мыслями, потому что чувствую — то, что скажет сейчас, может изменить нас полностью.