Страница 111 из 128
— Ты закрыл меня собой, — задумчиво говорит Серж, когда мы выезжаем на трассу. — Не ожидал.
Чувствую, как слегка дрожит его голос — наверное, не думал, что наша поездка так бесславно закончится. А кто думал, что Кир окажется настолько сумасшедшим, что отважится заминировать свой дом? Наверно, подозревал, гад, что кто–то решит прийти и проверить его жилище, вот и оставил подарок. И даже, если не рассчитывал на это, то решил уничтожить все, что может натолкнуть на его след, сжег за собой мосты. Хитрый придурок.
— Я не ведал, что творю, — пожимаю плечами, напряженно вглядываясь в темноту за окном. — Так что не обольщайся.
— Значит, ты не так плох, как я о тебе думал, — ухмыляется, бросая на меня быстрый взгляд.
— Скажи уже, почему ты на меня взъелся, не держи это в себе, — говорю, повернувшись к нему всем корпусом. — Чем я тебе не угодил?
— Это долгая история, — произносит после секундной паузы, во время которой внимательно на меня смотрит, словно изучает. Лучше бы за дорогой следил, а то хватит на сегодня угрожающих нашей жизни приключений.
— Я согласен найти свободное время для того, чтобы выслушать твои претензии к моей персоне, так что выкладывай.
Я не могу понять, что он за человек. С виду такой сильный, надежный, взвешенный и рассудительный, но что–то в нем есть такое, что не дает покоя. Наверное, его неприязнь взаимна — не могу сказать, что чувствую к нему симпатию. Мутный он какой–то.
— На сухую такие разговоры не ведутся, — усмехается Серж, — поэтому предлагаю выпить чего–нибудь покрепче газировки.
Киваю, потому что отчетливо понимаю: если сейчас не выпью, то сойду с ума.
***
В машине сумрачно и тихо, мы сидим друг напротив друга, а между нами бутылка коньяка и закуска: нарезанная колбаса, сыр, лимон. Мы выпили уже по два, наполненных на половину, пластиковых стаканчика темно–коричневой жидкости, остро пахнущей дубовой корой, шоколадом и солнцем. Хороший коньяк.
— Так и будем молчать? — не выдерживаю тягостной тишины, в которой грозовыми тучами нависли незаданные вопросы и неразгаданные тайны. — Коньяк, конечно, прекрасен, но выслушать тебя мне хотелось бы трезвым.
— Надо же придумать, с чего начать, — ухмыляется Серж, отправляя в рот тонкий кусочек жёлтого сыра.
— Рекомендую начать с самого начала, — следую его примеру и беру кусок колбасы.
Я уже и не помню, когда в последний раз нормально ел, хотя эту внеплановую трапезу сложно назвать ужином. В одном я благодарен своей непутевой матери: ее отношение ко мне и то безрадостное детство, что случилось из–за неё, научило не зависеть от материальных благ и не быть рабом желудка.
— Если бы это было так просто...
— Слушай, мы же оба — взрослые, состоявшиеся мужики. Зачем эти антимонии и долгие вступления? Что ты мнешься как юная дева? Говори как есть, без пространных размышлений. Поверь, так проще.
Он молчит, тянется к бутылке и, отвинтив крышку, разливает коньяк по стаканчикам. Наверное, собрался напиться в хлам.
— Эй, тормози, тебе ещё машину вести, — говорю, пытаясь воззвать к его здравому смыслу. — Только аварии нам не хватает.
— Не переживай, — машет рукой, убирая бутылку и хватаясь за стаканчик. — Мы недалеко от твоей "Банки", так что пешком пройдешься.
— А сам как добираться собираешься?
— Разберусь, сейчас не до этого.
И правда — как бы это ни звучало жестоко, мне все равно, как он ехать будет. Серж — взрослый мужик, пусть сам думает.
— Тебе Агния рассказывала, кем я служу? — задаёт неожиданный вопрос, а я пытаюсь вспомнить, обсуждали ли мы с Птичкой данный вопрос. И понимаю, что нет. Я, конечно, не дурак и с первого взгляда на этого бугая понял, что он — мент. Поэтому и не лез, когда он тщательно осматривал дом Кира. Но где конкретно он служит, не знаю.
— Вижу, что нет, — улыбается, делая большой глоток из стаканчика. — Моя сестра — молодец, что не болтает лишний раз. В общем, я — старший оперуполномоченный отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.
— А я — совладелец мастерской "Ржавая банка", мастер аэрографии и механик, — отвечаю, тоже сделав глоток коньяка. Терпкая жидкость обжигает и дарит ощущение тепла. — Теперь мы знакомы немного лучше. Только зачем мне информация о твоей должности? Какое это имеет отношение к делу?
— Возможно, что самое прямое, — со вздохом отвечает Серж. — Не перебивай меня.
Я делаю вид, что закрываю рот на замок и даже "ключ" в окошко выбрасываю, на что мой собутыльник морщится, но молчит. А потом продолжает:
— Несколько месяцев назад к нам поступил сигнал от поверенного информатора о том, что в «Бразерсе» раскинули свои сети наркоторговцы — люди в городе новые, по базам ни разу не проходившие. Действовали они умело и, в первое время, масштаб торговли был достаточно скромным: таблетки продавались людям надежным, которые умеют держать рот на замке и не злоупотребляют, расслабляясь лишь иногда в редкий субботний вечер. Все было довольно пристойно, хоть мы и пытались держать ситуацию на контроле. Но не получалось: с каждым днем дело принимало все более опасный оборот, а мы находились в стороне и не могли никак повлиять на ситуацию, которая грозила перерасти в настоящую катастрофу. В общем, чтобы не утомлять тебя всеми деталями, скажу, что перед нами была поставлена задача: поймать этих новоявленных наркобаронов и, желательно, на горячем, чтобы не могли отвертеться.
Я сижу, слушая его рассказ, и не могу понять, зачем он все это мне рассказывает.