Страница 128 из 145
На сей раз гуканье звучит возмущенно.
- Я понимаю твое негодование, но боюсь, твоя мама вряд ли одобрит поедание насекомых. Во всяком случае, до тех пор, пока мы вконец не оголодали.
- Гу-гу, - серьезно отвечает девчушка и, за неимением многоножки, подносит ко рту кулачок.
Держа Линнию на плече, Креслин подходит поближе к саженцу и смотрит, как дрожат на ветру его еще реденькие листочки. И тут же непроизвольно ойкает: Линния запускает в его шевелюру обе ручонки и тянет изо всей мочи.
- Ну у тебя и хватка, - бормочет Креслин, высвобождая серебристые волосы.
- Смотреть на вас одно удовольствие, - с улыбкой заявляет появившаяся на террасе Мегера, - но, боюсь, тебе пора готовиться к встрече. Паруса "Звезды" уже видны.
- Да видишь, я взял подержать...
- Давай мне, а сам отправляйся умываться... если не хочешь встретить Фрейгра чумазым, как каменщик. Кстати, что ты тут вообще делал? Каменные работы вроде бы завершены.
- Да вот... дубок.
Покачав головой, Мегера протягивает руки, чтобы взять Линнию:
- Иди ко мне, малышка, иди сюда. Оставь дядю, дядя все равно весь в хлопотах, ни минуты без дела не сидит.
- Дядя?
- А чем не дядя? Слово не хуже всякого другого. А что ты не любишь бездельничать, с этим уж точно не поспоришь.
Воздержавшись от каких-либо комментариев, Креслин передает одну рыжеволосую другой и берется за полотенца.
К тому времени, когда он успевает умыться и одеться, оказывается, что Мегера уже вернула Линнию матери и седлает Касму. Креслин делает то же самое с Волой, и регенты вместе скачут в гостиницу, оставляют там лошадей и идут к пристани.
"Звезда Рассвета" выглядит потрепанной, но где ей досталось и почему пока сказать трудно.
- Видать, Фрейгру пришлось нелегко, - замечает Мегера, шагая к тому месту, куда Синдер и еще один матрос опускают трап. - Ты только взгляни на борт.
Фрейгр встречает регентов на мостике у штурвала.
- С кем это ты столкнулся? - спрашивает Креслин, перевешиваясь и указывая на вмятины в корпусе.
- С камнями, пущенными из девалонской катапульты.
- Это еще почему? - спрашивает Мегера.
- Потому что гильдия купцов Сутии наложила на торговлю с нами запрет. Лишь горстка мелких торговцев решилась иметь со мной дело, но впредь не приходится рассчитывать и на них.
- Почему?
- Потому что троих из них арестовали. Нам пришлось удирать из Армата.
- Вейндре связалась с Белыми?
- Я должен бы сообразить. Вот ведь идиот, - бормочет Креслин.
Мегера с Фрейгром смотрят на него в ожидании объяснений.
- Судя по тому, что удалось узнать Шиере у своей сестры, Вейндре претендует на титул... маршала Оплота. Она вступила в союз с Белыми, а они устроили те дьявольские взрывы, уничтожившие Ллиз и старших стражей.
- Ну что ж, это многое объясняет, но объяснениями сыт не будешь, говорит Фрейгр. - На сей раз у меня есть кое-какая выручка и небольшие приобретения, но - я уж прошу прощения, ежели мы ничего не придумаем, из следующего рейса мне и того не привезти.
- Что удалось раздобыть? - спрашивает Мегера.
- Провизии я хотел бы привезти больше, - говорит Фрейгр, делая жест в сторону готовящихся к разгрузке бочек. - Тут в основном кукурузная мука и ячмень из влажных уголков Сутии. Всего около пятидесяти бочонков. Белые маги скупают весь хлеб и за ценой не стоят.
- А что они с ним делают?
- Раздают пострадавшим от недорода в Монтгрене, Кифриене и Кертисе. А раздавая, по словам торговцев, повсюду рассказывают, что это ты загубил урожай во многих землях - в отместку за нежелание Белых покориться тебе и признать Предание.
- А что говорит на сей счет дражайшая сестрица? - спрашивает Мегера, переводя взгляд с груза на капитана.
- Дражайшая... кто?
- Риесса, - поясняет Креслин. - Тиран Сарроннина.
- Ничего, кроме того, что все толки о Западном Оплоте всегда служили для чародеев лишь предлогом.
- Надо думать, Белые и посейчас твердят, будто Западный Оплот намеревался силой обратить весь Кандар к Преданию.
- Еще как твердят, - кивает Фрейгр.
- А что еще ты раздобыл? - спрашивает Мегера.
- Малость золотишка. Больше, чем ожидал.
Мегера удивленно поднимает брови.
- Они что, отказываются продавать, но покупают? - высказывает предположение Креслин.
- Лишь некоторые. Те, с кем я сговорился прежде, чем гильдия вызнала, кто мы такие. Я же не орал на каждом углу, кто я и для кого торгую. Корабль ходил под флагом Монтгрена. Но у них самих на продажу мало что имелось, не было даже кифриенских сухофруктов, а уж этого добра всегда навалом. Я прикупил на свой страх и риск овсяных лепешек для лошадей - вы мне их не заказывали, но цену за них взяли невысокую, и мне показалось, что лучше везти фураж, чем пустые бочки. Ну а потом я все-таки откопал немного железа и кое-какую древесину. Правда, бревна короткие и в основном береза, она слишком ломкая и легко загнивает. Подвернулась парусина - взял и ее; небось пригодится. Тут еще на борт попросилась семья одного малого, который приходится кузеном Еритиллу. Он оплатил проезд золотом, к тому же сам искусный бочар. У нас таких ремесленников нет, но я честно предупредил его, что с древесиной на острове негусто. Но он сказал, что ежели потребуется, сможет плести корзины из тростника или даже морских водорослей. Его дочка начала проявлять способности Черной, и Белые уже взяли ее на заметку.
Креслин благодарит Фрейгра, но понимает, что хотя капитан сделал больше, чем можно было от него требовать, привезенного явно недостаточно. Прежде всего это относится к муке.
Уже по пути к гостинице, где они оставили лошадей, Мегера откидывает волосы назад и говорит:
- Могло быть и хуже.
- Могло, но ненамного.
- Ну почему ты всегда видишь происходящее только с Белой стороны? Ведь что ни говори, а сорок с лишним бочек маисовой муки - это не пустяк. На некоторое время их хватит.
- Но ненадолго. Из одной бочки муки можно выпечь примерно четыреста караваев, а у нас под началом уже больше пятисот человек. Это... что тут получается? Ага, если по полбарреля в день, то все про все на три-четыре восьмидневки.
- Повторю: могло быть хуже. И бывало.
- Знаю. Но это слова, а они не приносят ни денег, ни еды. Если все откажутся торговать с нами, куда мы денемся? Как раз сейчас нам позарез нужна помощь, обещанная твоей дорогой сестрой.