Страница 27 из 50
Проснулась Алиса с ощущением тяжести и надежной защищенности одновременно. Ну да… конечно, понятно, откуда тяжесть. Голова ее покоилась на груди Доминика, а сильные тяжелые руки обнимали ее, да и нога (здоровая) запуталась где-то между его ног.
Но, как ни странно, было удобно. Ощущение счастья заливало изнутри и снаружи. Непривычного, незнакомого прежде счастья. Ни с кем из ее парней в прошлом не было и сотой доли тех умопомрачительных чувств, что переживала она с ним.
Алиса тихонько поерзала, приподняла одну его руку, другую, выскользнула и легла рядом на бок, погладила мощную грудь, наслаждаясь ощущением гладкой смуглой кожи. Доминик чуть улыбнулся, не открывая глаз. Он еще спал…
Крепко, сладко, глубоко, без вздрагиваний и метаний, без криков и стонов. Просто спал. И откуда-то Алиса точно знала, что когда она рядом — ему можно спать. Он не увидит кошмар своего прошлого, если подле него она.
«Буду охранять его своей любовью!» — с улыбкой подумала она.
В глубине души она понимала и сейчас, что его воспоминания, загнанные в неведомые глубины подсознания, еще дадут о себе знать. Что ее жизнь с тем, кто, вероятно, стал смертью в наказание за былую жестокость, не может быть безоблачной. Он не хочет, вернее не может, расследовать это. Наверно, им просто запрещено, это может сделать их «нетрудоспособными» или что-нибудь в этом духе. Но сама Алиса собиралась тихонечко продолжать изыскания на этот счет. Она, как минимум должна разобраться, кем он был. Нужно лишний раз прошерстить в библиотеке литературу о пятнадцатых-шеснадцатых веках…
Она вздохнула.
Нет, потом. Все эти мысли прочь. Сегодня — их первое утро. Неожиданное, потому что ей и в голову не приходило, что именно сейчас все так обернется.
… Он был нежным и страстным. И в моменты особой страсти, порой, напротив — немного грубым. Но эта грубость тут же сменялась еще большей нежностью. Он был неутомим, неукротим. Он шептал ей слова, которые не говорил никто прежде, и овладевал ею снова и снова так глубокого, так сладко. Как-то просто немыслимо. Он не был человеком, но этой ночью казался ей самым лучшим человеком в мире. Он поглощал ее без остатка — и отдавал себя до последний ниточки, до последней искорки в глубине его мрачноватой загадочной души… Отдавал себя до ее счастливых слез и нежности, сладкой и горькой, тонкой и всепоглощающей…
Алиса потянулась, потом нависла над ним и легко поцеловала в губы, погладила по щеке.
Этого Доминик уже не выдержал. Проснулся.
Открыв глаза, он несколько мгновений смотрел на нее, словно не верил. Потом обхватил ее и уложил на себя.
— Я боялся, что утром тебя не будет, — признался он.
— А вот она я! — рассмеялась Алиса. — Счастливая и голодная!
— Голодная?! — улыбнулся он, перевернул ее и поцеловал. — Ах да… вы ведь завтракаете по утрам!
— Пока ты отдыхаешь тут со мной в своей физической форме, будешь питаться, как человек! — назидательно сообщила Алиса. — В общем, кто идет за завтраком?
— У меня не болит нога, — усмехнулся Доминик и явно собрался встать.
Вот кайф-то, подумала Алиса… В том, что твой мужчина — не человек, есть своя прелесть. Ему никогда не лень что-нибудь сделать, он почти не устает, не бывает больным и слабым. Еще и любовник неутомимый, и никогда не упрекнет в недостатке инициативы, если самой тебе хочется просто расслабиться.
Да, в этом определенно что-то есть.
— Ну да! Мне и вообще сегодня ходить будет сложно! — рассмеялась она.
Доминик тут же вздрогнул и обернулся к ней, резко став серьезным.
— Я сделал тебе плохо? — спросил он напряженно.
— Не-е-т! — вновь рассмеялась Алиса и сладко потянулась. — Ты сделал мне хорошо!
Доминик сам не верил своему счастью. Пока бойко готовил завтрак — Алиса научила его варить овсянку и попросила заодно принести вареное яйцо — вспоминал прошедшую ночь, и не верил, что все случилось.
Когда он увидел Алису впервые, в его странной жизни мелькнул лучик. Страшный, непривычный луч. Теперь же он разгорелся, стал огромным солнцем, и залил сияющим светом его пустую равнодушную жизнь.
Теперь он понял. Именно такой была его жизнь до встречи с ней.
Когда он забрал ее, когда рассчитывал со временем привязать девушку к себе и получить свою «награду», не верил до конца, что все получится. И действительно не получилось. Потому что все вышло по-другому. Она стала не его питомцем-человеком, к которому он хотел относиться хорошо, но не на равных. Она стала его женщиной по-настоящему.
Его парой.
Разве у смерти может быть пара, подумалось ему. Выходит, может. Они и так нарушили уже несколько непреложных законов мироздания. Или… Это не законы мироздания, а ненужные правила, позиционируемые Карлом?
Всего два полных дня и одна невероятная ночь с ней — и он уже не представляет себя без нее. Алиса — его продолжение, хоть у них разная природа, а у него даже тела нет в привычном понимании. Только вот ей похоже все равно… И от этой мысли его заливало непередаваемым счастьем на грани. Таким, что было и сладко, и больно терпеть.
Незнакомые чувства, без которых он уже не сможет существовать.
Существовать… Нет, теперь он будет жить. Это прежде было существование — спокойное и равнодушное. Теперь же он понял, что значит «жить».
Жить- это когда ты все время что-то чувствуешь и ощущаешь. И когда у тебя есть смысл действовать ради чего-то отличного от работы и привычного долга.
А Карл… В конце года он, Доминик, пройдет проверку. Сможет. Его работа останется безупречной, и Карлу придется признать, что совершенно Домиником — допустимо. Карл не сможет уничтожить их с Алисой рай, родившийся в равнодушном аду смерти.
В те счастливые мгновения Доминик верил в это всем сердцем.
Глава 22
Спустя неделю…
За окном уже темнело, вот-вот должен был появиться Доминик, а Алиса так ничего и не нашла. Второй день, с тех пор, как Доминик снова начал ходить на работу, она проводила свое расследование. Просто не выходила из библиотеки. И … только теперь по-настоящему начала жалеть, что интернет ей недоступен.
Насколько проще было бы ввести поисковый запрос и получить возможность быстро прочитать короткие статьи на нужные темы! Ей же приходилось приставлять лестницу, постоянно залезать к верхним полкам огромных стеллажей, выискивать среди бесконечного числа исторических книг те, где могло рассказываться об известным палачах средневековья и эпохи Возрождения.
Алиса делала выписки, выискивала малейшие ниточки, способные пролить свет на историю Доминика, открывшуюся в его сне.
Но так ничего не нашла. Вернее, она узнала много интересного и страшного о профессии палача от средневековья до наших дней. Например, что существовали целые династии палачей, и нередко молодой профессионал приступал к работе лет в шестнадцать. Причем, подобные случая были даже в весьма цивилизованных девятнадцатом и двадцатом веках. Узнала, что до определенного времени, палачи действительно могли не расплачиваться за еду, просто выбирать все на рынке бесплатно. Ведь никто не хотел брать у них «кровавые деньги», да и заработная плата у них, оказывается была не столь большой… А вот никаких масок, скрывающих лицо, подобных тому, что нам показывают в фильмах, они не носили до восемнадцатого столетия…
Много всего. Прочитала и про разнообразные пытки и способы казни, которыми прославились былые века. От этой информации холодок бежал по спине, и очень не хотелось думать, что Доминик — пусть не сейчас, пусть «в другой жизни», но творил нечто подобное.
Но она не нашла на страницах книг ни одного особенного именитого палача по имени Доминик (ведь если он появился в образе смерти с этим именем, то скорее всего при жизни его звали именно так). И не было ни одной истории о палаче, похожей на увиденное Домиником во сне.