Страница 14 из 50
А раз жить дальше, значит, нужно начать день привычно, делать все обычное… Так легче.
Алиса сделала зарядку. Вот так, немного из йоги, немного динамических упражнений. Все как всегда. Нужно убедить себя, что она просто на курорте, и может заниматься, чем хочет, отдыхать.
Потом, немного помедлила у порога, вспоминая пушистого мишку, вышла из дома и нырнула в бассейн. В купальнике, найденном среди свои вещей — вдруг Доминик наблюдает за ней издалека или даже ходит тут невидимый. Не устраивать же ему стриптиз, хоть Алиса и была уверена, что он бы не отказался.
Вообще, воспоминания о его руках на ее плечах, шее, лице… были очень острыми. Даже плавая в теплой воде, смывающей послевкусие тревог и кошмарного странного сна, что видела в середине нони, казалось, что она все еще ощущает его прикосновения. Такие твердые, уверенные, жадные… восхищенные, овладевающие. Страшные и незабываемые. Никто никогда прежде к ней так не прикасался. Ни один парень. Никто не трогал ее с такой властью, уверенностью и, одновременно — с откровенным желанием. Причем не с желанием просто переспать, а с желанием именно обладать ее красотой, ее телом. «Или … не только телом?», — подумалось ей.
Стоп. Конечно, зря она так задиралась с ним вчера («не выживательно ведете себя, Алиса Юрьевна!» — вспомнились слова отчима). Но и придавать значение прикосновениям похитителя не стоит.
Стокгольмского синдрома не будет. Она себе не позволит.
Только в современных любовных романах любят описывать, как он похищает ее, потом они влюбляются друг в друга, и пройдя через множество сложностей, живут долго и счастливо.
В жизни по-другому. В жизни, когда тебя похищают и запирают в золотой клетке — страшно и противно. А притяжение к похитителю — патология, возникающая, чтобы защититься от невыносимой ситуации. От того, что похититель — привлекательный мужчина, он не перестает быть похитителем…
Только вот… Доминик ведь не похитил ее, подумалось Алисе. Он хотел спасти ее. Сам он явно считает себя спасителем. И да… он хотел ее благодарности.
Хватит размышлять о нем! Нужно жить, подумала Алиса. Вылезла из бассейна, вытерлась, оделась и отправилась на кухню в надежде найти что-то для завтрака. Такой «халявы», как вчера не ожидала, но все оказалось как раз точно также. На столе дымилась овсянка, горячее яйцо всмятку…
Прямо как дома.
Алиса запретила себе гадать, откуда еда. Ведь вряд ли Доминик приготовил. Хотя… если представить его, такого мускулистого, смуглого с обнаженным торсом у плиты поутру, то это, пожалуй, даже сексуально.
Нет, не нужно об этом думать. И если он ушел давно, то еда бы уже остыла бы. Значит, опять какие-то чудеса.
Алиса села за стол. И хихикнула. «Подумала и стала кушать…», — вспомнилась ей фраза из «Руслана и Людмилы», в детстве очень любила эту сказку. Вот и она, как Людмила. Окружена всякими приятными вещами, роскошью, красотой и комфортом. И если «подумать», то нет смысла от всего этого отказываться даже в плену у «Черномора».
Подумала и стала кушать.
После завтрака она ходила по дому, осматривалась. Множество комнат в стиле разных эпох. Примерно, начиная от эпохи ренессанса, насколько поняла Алиса. Ничего более раннего она не увидела. Хотя, откуда ей знать, какая обстановка была, например, в жилищах древних греков.
Нашла в холле бумажку с карандашом и стала для самой себя рисовать план особняка, чтобы в дальнейшем лучше ориентироваться, делала подписи в духе: «большой зал в стиле барокко, есть диван, кушетка, столик, можно сидеть читать…».
Только вот что читать?
Но с этим проблем тоже не оказалось. На третьем этаже Алиса нашла библиотеку. Огромные стеллажи с «лесами» и лестницами, на них — книги самых разных веков издания, на английском, французском, русском, с арабской вязью. Ну да, подумалось ей, наверняка Доминик полиглот. Он ведь «работает» не только в России, скорее всего так.
Тут же в библиотеке стоял экран вроде современного большого монитора. Ни к чему не подключенный, лишь один проводок тянулся к проигрывателю для дисков (тоже без шнура питания).
Один из стеллажей был наполнен не книгами, а CD и DVD дисками с фильмами. Фильмография в доме Доминика тоже восхищала. Алиса обнаружила диски с немым кино начала двадцатого века, фильмы военных лет, множество современных…
Уже неплохо. Часть времени она точно сможет не мучиться от безделья. Если уж так сложилось, посвятит себя изучению истории, литературы и кинематографии.
Только вот как включить этот «экран», если к нему нет питания? Она нажала кнопки на проигрывателе и экране. Удивительно, но все заработало…
В итоге, Алиса застряла в библиотеке. Посмотрела фильм «Призрак оперы», старинный, немой, по-своему интересный и забавный. Просто для расширения кругозора. Еще один фильм — современный, фантастический. Потом достала книжку по истории средних веков и зачиталась…
Очнулась она, когда на стене библиотеки пробили часы. Шесть раз. «Уже вечер!» — громко ударило сердце. Одновременно в животе заурчало от голода.
Вечер, и нужно попробовать связаться с Домиником. Хоть как они поговорят после вчерашнего…
Алиса выдохнула.
— Доминик, если ты здесь, я хотела бы увидеть тебя и поговорить! — твердо произнесла она.
Глава 12
Думая о том, что нужно позвать Доминика и поговорить с ним, Алиса была уверена, что он сразу появится. Как это нередко бывает, разум просто подбрасывал картинку, и она казалась единственно возможной.
Ей виделось, что он сразу войдет в комнату или «проявится» из воздуха, как тогда за столом. Но стоило позвать его — и ничего не произошло.
Ладно. Может, его еще нет дома. Или… выдерживает характер? И ведь, если выдерживает, то все козыри у него в рукаве. Это ей крайне необходимо поговорить с ним
Алиса пошарила глазами по библиотеке — его все также не было. Повторила призыв несколько раз с вариациями. Просила появиться, как только он вернется домой. Даже сказала вслух, что вчера они плохо поговорили, но сегодня ей обязательно нужно его увидеть.
Ничего.
Постепенно начала накатывать паника. А что, если он всерьез решил «повоспитывать» ее одиночеством? Хорошо, Доминик, я все поняла, подумала она. Я завишу от тебя, и волей-неволей мне нужно с тобой общаться. Только проявись, пожалуйста.
Ничего. Думай, говори вслух, делай, что хочешь, а она одна. Не слышно ни шагов, ни шорохов, полнейшее одиночество и тишина в огромном особняке.
Алиса поежилась. Хорошо. Будем считать, что он еще не пришел. Пока что нужно попробовать перекусить. Должна же на кухне быть хоть какая-то еще еда, может она плохо искала?
А еще, если она приготовит что-нибудь, то он закончит выдерживать характер? На примере отца и дяди Толи, Алиса хорошо знала, как на мужчин действует хороший обед… Добреют сразу. А готовить Алиса умела и любила.
Да будь он хоть тысячу раз не человек, а смерть, но от ее борща не откажется. Еще бабушка в детстве научила…
Алиса спустилась в кухню, принялась открывать шкафы, полочки. Нигде ничего. И холодильника — обычного источника продуктов в человеческих домах — нет. Только разная посуда стояла в красивых подставках и небольшой графин с водой на столике у раковины.
Наконец, когда она убедилась, что Доминик просто не хранит дома продукты, Алиса открыла последний необследованный шкафчик. Ей не приходило в голову заглянуть туда раньше, ведь именно там вчера обнаружила тарелки с готовыми блюдами, и точно знала, что теперь там ничего не должно быть.
Но там было. В шкафчике стоял горячий обед. Откуда взялся, оставалось только гадать. Суп, котлета с овощами и легкий салатик, стакан с какой-то красной жидкостью, по виду — клюквенный морс. Снова все очень красиво оформленное.
Алиса вздохнула. Еды было на одного человека. Значит, вероятно, Доминик задерживается, и обедать (или ужинать?) ей одной. Хорошо, что он позаботился… Это да.
Алиса извлекла все это из шкафа и села есть. Вздыхала, продолжая гадать, почему Доминик не откликнулся.