Страница 38 из 53
- Ты чё, падла!? - Заорал лейтенант.
Как солдат в последнем бою, мужчина принялся палить во врага. Плечо, голова, живот, нога, сердце: целая куча разных ранений. Замызганный кабинет и чернота всюду. Монстр покосился на бок. Его шея склонилась в сторону. Но падать окончательно не хотел. Патроны закончились. И Гаранский отбросил ненужный «Макаров».
- Сдохни, сука! Я сказал, сдохни!
- Человек-Смола. Там где много боли. Ты сильно попытался.
- Что ты несёшь, сволочь!? Башку проломлю!
- Да.
С огромной осторожностью Гаранский сделал шаг в сторону. Он взял дубинку с небольшой тумбочки. Впервые за многие годы парень тщательно думал, прежде чем ударить.
Если это не галлюцинация, то противник намного сильнее. Страшно предполагать, но возможно, это даже не человек.
В такой ситуации гнев не желал показаться наружу, уступив место опасению. Похоже, что смоляной монстр читал мысли. Потому он знал, как растормошить полицейского.
- Я приду за твоей семьей, - произнесла неживая плоть.
Желая, наконец, поставить точку, лейтенант кинулся в решительную атаку.
Мерзкое, перекошенное существо казалось хорошей целью. Ещё немного, и оно свалится на пол. Можно будет пересчитать ему ребра, расплющить недоноска. За такое явно орден дадут. Ведь, скорее всего, смоляной монстр был маньяком. Тот мерзкий толстяк, убитый сегодня, на эту роль не тянул.
Теряя человеческий облик, Александр пронесся по кабинету. Со всего маха он саданул дубинкой противника. Пнул его ногой, врезал по передней плоскости, где у человека должно быть лицо.
Довольно мягкий, но слегка упругий гад. Напоминает подтаявшего снеговика. Правда, не спешит разрушаться. Хрипит, дёргается, но стоит неподвижно.
Выкрикивая маты, лейтенант продолжил. Он лупил незнакомца дубинкой, пытался разбить ему коленные чашечки форменными туфлями, ударял в шею, в пах. Повторял одни и те же действия по нескольку раз, тщательно прорабатывая каждый участок.
На теле противника появлялись лишь незначительные вмятины. Он клонился в сторону, затем выпрямлялся, как ни в чем не бывало.
Спустя пару минут интенсивного прессинга, боец в испачканной форме отошёл в сторону.
- Кто ты на хер? Что за гадость... Этого не бывает... Я же тебе башку отбил, - выплюнул, задыхаясь, лейтенант.
- Я Человек-Смола. Много дряни для меня хорошо, - раздался приглушённый ответ.
- И что теперь... Теперь то что, сука!? Ты у нас в отделе. Тебе все равно жопа!
- Теперь ничего. Ты умрёшь медленно.
У Александра побелело лицо. На висках выступил пот. Парень взглянул на закрытую дверь, беспомощно выставляя дубинку.
- Нет... Ннн-ет! Не подходи! Не подходи ко мне, тварь! Я тебя... Тебя, - голос ослаб, будто у связок сели батарейки.
Чудовище сделало шаг. Потом ещё один. Все ближе оно подходило к человеку. Комната стала меньше. Скрываться некуда, прятаться негде.
Схватив палку двумя руками, Александр из последних сил ударил монстра. Тот отвернул голову. Потом довольно резко выхватил оружие у лейтенанта.
Последний что-то пискнул, округлив глаза. Тяжёлый удар грязной штуковиной пришелся по щеке. Гаранский отпрянул, врезавшись головой о дверь.
- Не надо, Господи! Не надо, пожалуйста...
Кричать не было смысла. Смоляная нога заехала под колено. Следом кулак монстра разбил Александру челюсть.
Самое страшное, что Человек-Смола не издавал звуков. Ни гневных вскриков, ни тяжёлого дыхания. Ничего, что могло бы выдать в нем человеческое начало.
Он методично молотил жертву с машинным прагматизмом. Старался сделать так, чтобы человек не терял сознание, испытывая максимальное количество мучений.
Вскоре, Гаранский был отброшен в середину комнаты. Его били головой о стол, стучали по спине увесистым стулом. Лейтенант получил град оплеух всеми конечностями чудовища и половиной подручных предметов.
Мужчина пытался звать на помощь, плакать, вырываться. Даже пару раз решался укусить мучителя. Но тот был адски силен. Словно лёгкую щепку, бросал человека, лупил и душил его.
Тело полицейского покрылось синяками. Лицо напоминало ужасный салат. Руки и ноги были напрочь отбиты, внутренности разрывало. И казалось, даже смерть сейчас будет не страшной. Кстати, ее не пришлось долго ждать. В какой-то момент, после очередной серии ударов, Гаранский осознал - все. Странный датчик в душе показал, что жизненный цикл подошёл к завершению.
Человек валялся на полу. Над ним стояло грязное чудовище. Из глаз и носа избитого лейтенанта обильно текло.Он с трудом выдавил:
- Ты убьешь меня, да?
- Через десять секунд.
- Семью не... тронешь?
- Пока нет.
Не спеша, будто играя в мини гольф с друзьями, Человек-Смола замахнулся дубинкой. В последний удар он вложил всю свою дьявольскую мощь. От чудовищного воздействия череп мужчины треснул. Гаранского не стало. И его мучитель решил не задерживаться.
Выломав часть окна вместе с рамой, Человек-Смола скрылся в неизвестном направлении. Он и сейчас бродит по нашему миру. Ему нет дела до бумеранга судьбы или высшей справедливости.
Просто, где слишком много человеческой грязи, там появляется он. И каждый, кто сеет ту самую грязь, становится добычей для монстра.
Кабинет Гаранского был похож на поле боя. Когда искалеченный труп нашли, не могли понять, что именно тут случилось. Дело попытались замять. Родственники долго судились, но так и не услышали внятного объяснения.
А жизнь суетливого городка продолжала идти своим ходом.
Глава 16
- Здоровый дом, как в американском кино. Заброшенный только. Вон дерево гнилое, кусты капец какие, - задумчиво произнесла Лариса, поправляя короткий плащ, купленный накануне.
Сегодня небо относительно прояснилось. Но девушка все равно решила похвастать обновой. Вера была одета в плотную водолазку и серое подобие делового пиджака. Так она пыталась подчеркнуть серьезность настроя и важность миссии.
- Да, - сказала Никитина. - Семья Савина была не совсем бедной. Хотя, этот дом не такой уж и дорогой. Десять лет назад здесь был отшиб. И если смотреть на материалы, он явно построен не из белого мрамора.
- Отличная экспертная оценка. Еще раз скажи свою байку.
- Не свою, а нашу. Мы тупим уже пятнадцать минут. Надо скорее решать. Если не идти, то сосем. А стоять как дуры, точно не вариант.
- Сама знаю. Только мне страшно и еще… смешно. Я боюсь, что при встрече с ним стану дрожать как дура, или ржать как дура. Или ржать и дрожать одновременно.
- Господи, послали боги напарницу! Смотри в сотый раз. Мы разбираем все случаи необычных смертей, связанных с природными явлениями за последние пятнадцать лет. Наша команда работает от Российского народного фронта при поддержке Президента. И наша задача, снизить число подобных ситуаций, чтобы сократить смертность населения. Или как-то так, можно импровизировать. В меру!
- Ты уверена, что наши карточки прокатят? Как-то они хреново распечатаны.
- Они не напечатаны, а нарисованы на реликтовой бересте. Хватит, подруга! Либо мы премся вместе, либо я пру одна. Надеюсь, понятно.
- Еще бы… Меня заставляют идти в логово отца местного маньяка… Чего тут непонятного…
Осознавая, что спор может растянуться на неделю, Вера пошла к дому. Довольно большое строение с широкими окнами угрюмо смотрело вперёд. Левый угол постройки заплел дикий виноград, похожий на зелёный канат. Крыша была покрыта гнилью. Забор отсутствовал.
По своему обыкновению, выражая напускное возмущение, Лора плелась сзади. Они прошли по каменистой дорожке через сад и оказались возле высокого крыльца.
Звонок был рядом с дверью. Только провод от него оторвался. Пришлось громко стучать по прочному щиту из ободранных досок.
- Может, этот сарай давно забросили? Уверена, что его папка ещё здесь?
- Господи, Лор! Да я в своем имени уже не уверена.
Девушки несколько минут мялись у порога. В какой-то момент стало ясно, что никто не откроет. Решив в кои-то веки согласиться с Ларисой, Никитина спустилась с крыльца.