Страница 26 из 34
***
Видения всегда приходили неожиданно, накрывая, как огромная волна. Элронд умел их контролировать, вызывать в нужный момент, но иногда случалось и это — неожиданное и сбивающее столку показание будущего. И если такое случалось, значит надо было начинать действовать прямо сейчас.
В этот раз он сидел с Арвен в библиотеке Имладриса, когда книга выпала из его рук, и он схватился за ближайшее перо и бумагу, чтобы записать видение. Арвен подняла на отца недоуменный взгляд, но ничего не сказала — спокойно дожидалась, пока закончится видение. Элронда нельзя было отвлекать, иначе ведение могло сбиться и не дойти до конца, а это может угрожать кому-то. Особенно если отец хватался так резко его записывать.
Прошло минут десять, прежде чем лорд Элронд прекратил писать. Он помрачнел, смотря на написанное, и Арвен робко протянула руку, касаясь ладони отца.
— Ада? — позвала она. Лорд вздрогнул и посмотрел на дочь.
— Собирайся, Арвен, — вздохнул нолдор. — У меня для тебя будет одно поручение.
***
Передвигаться с гномами бесшумно — очень сложно. И если бы Бильбо взялся освобождать одну Дарси, то шансы на успех повышались, а так он вел по темным коридорам дворца Короля Трандуила четырнадцать гномов. Однако все прошло как по маслу – стражников они не встретили. Этой ночью эльфы устраивали большой осенний пир в лесу и верхних залах дворца. Поэтому в тот вечер почти все королевские слуги предавались веселью.
Приготовленные бочки рядами стояли посередине погреба. Многие были из-под вина, но они не годились, так как пришлось бы вышибать днища, а без шума при таком деле никак не обойдешься, и, кроме того, поди потом их закупори! К счастью, в погребе нашлись и другие бочки – в них доставлялись королю яблоки, масло и прочая снедь.
Вскоре удалось отобрать тринадцать бочек, достаточно емких, чтобы в каждой поместилось по гному. Некоторые бочки оказались даже великоваты, и, забираясь в них, гномы с опаской думали о том, как их растрясет и сколько шишек они себе понабивают, невзирая на то, что даже в такой спешке заботливый Бильбо ухитрился раздобыть соломы и разного тряпья для подстилки – он сделал все возможное, чтобы устроить гномов поудобнее. Наконец четырнадцать гномов были затарены. Бильбо тщательно заделал все дырки и щели в бочках и забил днища так крепко, как только смог. Оставшись в одиночестве, он бегал вокруг бочек, еще и еще раз проверяя, все ли в порядке, и с замиранием сердца ожидал дальнейшего развития событий.
Дарси сидела в своей бочке, прижав колени к груди. Как самая миниатюрная из их отряда, она без проблем поместилась в бочке, хотя от замкнутых пространств ей было неуютно. Грела мысль о том, что она выбрала бочку поближе к Торину и Двалину. Пользуясь спокойным моментам, Дарси прикрыла глаза и неуверенно позвала:
«Армитог?»
Прошло несколько минут, прежде чем сознание Дарси заполнило тяжелое медвежье пыхтение.
«Да, я здесь, Дарси».
Гномка облегченно выдохнула.
«Я так рада тебя слышать, — сказала она. Эсироу поведала план хоббита своему медведю, и, вполне ожидаемо, Армитог его не одобрил. Он ворчал, но Дарси слышала, как он прорывается сквозь деревья и недоуменно спросила. — Ты где?»
«Где-то в лесу, — раздраженно рыкнул медведь. Дарси иронично приподняла бровь, и хотя Армитог этого не видел, зато уловил внутреннее раздражение хозяйки. — У меня плохое предчувствие, а ты знаешь Бронированные медведи не могут это игнорировать».
«Думаешь, это связано со мной?» — спросила гномка. Армитог промолчал и для Дарси это было самым красноречивым ответом. По крайней мере, возможность того, что
Бронированный медведь скоро будет рядом ее успокаивала. Но тут эльфы покатили бочки, и пока у Дарси была возможность рассуждать зрело, она сообщила Армитогу, где они могут оказаться, и Армитог пообещал прийти как можно быстрее. И тут мир завертелся так быстро, что Дарси несколько раз в полете прикусила язык, щеку, и ее вообще неплохо помотало. Но это было меньшее, что сегодня могла испытать невеста Торина.
Когда Дарси смогла убрать крышку бочки и выглянуть наружу, она поняла, что бурное течение несет из вниз по реке. Одна за другой бочки проскакивали под каменной аркой и вырывались на волю. Бочки плыли по течению под нависавшими над водой ветвями деревьев, которые росли по обоим берегам реки. Рядом с ней так же проплывали бочки, из которых высовывались злые и недовольные гномы.
Их преследовал Азог со своими орками, и эльфы висели на хвосте — они сражались с орками, стараясь догнать гномов. Кое-кто из орков прыгал в воду, но тут же получал отпор от гномов в бочках — Дарси лично снесла голову одному из врагов. Правда, при этом она чуть не свалилась в воду, но смогла удержаться.
Раздался свист и Дарси дернулось, что-то с силой ударило ее в спину. Гномка открыла рот от шока, боли и схватилась за край бочки.
— Дарси! — крикнул проплывающий мимо Фили и попытался схватиться за бочку девушки, но его руки соскользнули. Торин развернулся на крик племянника и как во сне увидел, как вторая стрела, выпущенная орком, черная и длинная, вонзается в спину невесты. Эсироу в изумлении распахнула глаза.
— Дарси… — недоверчиво позвал Дубощит. И то ли Дарси его услышала, то ли просто искала его взгляд, но в ее расширенных глаза он увидел удивление, страх и вопрос, будто она спрашивала: «это то, о чем я думаю? Стрелы действительно попали мне в спину?» А потом она вздрогнула, руки ее расцепились, и она безвольно повисла на бочке. — Дарси! ДАРСИ!
Ори, пронесся мимо нее, смог уцепиться за мокрый край бочки, но тут раздался яростный рык. Преследующие их орки и эльфы вздрогнули. На берег выскочил Армитог, его дикие медвежьи глаза горели яростью. Он на ходу разорвал пополам двух орков, после чего прыгнул в воду. Медведь барахтался несколько секунд, потом выровнялся и схватился зубами за бочку Дарси и потянул ее к берегу, преодолевая сильное течение. Ори пришлось убрать руку.
— Нет, нет! — кричал Торин, но река неумолимо уносила его, да и Армитогу было все равно на крики узбада. Последнее, что увидел Дубощит — как медведь пытается вытащить хозяйку на берег. Потом река вильнула в сторону, медведь с гномкой скрылся за поворотом, и только Оин, плывущий последним, сказал, что к Дарси и Армитогу поспешили два эльфа — тот светловолосый, что обвинил Торина в краже, и рыжая эльфийка.
***
— Нам надо вернуться!
— Торин, — покачал головой Балин.
— Мы должны за ней вернуться! — прорычал Король-Под-Горой и явственно направился обратно. Гномы засуетились —с одной стороны, им надо было остановить своего предводителя, но и вставать на пути у рассерженного Короля они не рискнули.
— Торин стой! —Балин схватил Торина за плечо и узбад повернулся к нему. — Послушай меня! Даже если Дарси выжила, в чем я, прости меня, сомневаюсь, она в руках у эльфов. Они будут использовать ее для шантажа, и мы не знаем, что они попросят!
— Не имеет значение! — огрызнулся Дубощит, скидывая Ты думаешь, я оставлю ее в их руках?!
— Торин, оглядись! — старый гном простер рукой, указывая на долину, что открывалась впереди. Дальше темнел Эребор. —Мы как никогда близки к Горе! Мы почти победили, — в глазах узбада крепчал и рос спор с самим собой, он метался между любимой женщиной и своим священным долгом, поэтому Балин продолжи. — Ты любишь ее и хочешь вернуться за ней, я понимаю, но Дарси бы хотела, чтобы мы победили. Чтобы ты стал королем, которого она видела в тебе.
— Да и кроме того, — вступил в разговор Двалин. — Если мы вернем Эребор с его сокровищами, то сможем торговаться и вызволить ее. Если конечно, эльфы не дали ей умереть.
Торин не хотел оставлять Дарси. Не сейчас, когда он только-только обрел ее, когда она снова доверилась ему, была его. Он не знал, жива ли она, но даже если нет — Дарси Эсироу заслуживала быть похороненной со всеми почестями, ее тело не должно было быть в руках эльфов. Кроме того, ему хотелось верить, что Дарси все-таки была жива.