Страница 25 из 90
— А обещания вызвать на дуэль?
— Сам я никого вызвать не собираюсь.
Здесь вмешался ещё один человек, держащийся в стороне, до этого я его не замечал:
— Рекомендую отправить молодого человека к врачу.
— Хорошо. — Отреагировал на реплику следователь и обратился ко мне:
— Я полностью удовлетворён Вашими ответами и благодарю за сотрудничество.
Безопасник проводил меня к Арефли до самой медкапсулы.
То, что я пропустил. Следователь и Габрбили.
— Значит то, что эти дальнобойщики захотели воспользоваться беспомощным состоянием Вашего сотрудника и поживиться собранными им трофеями можно считать установленным.
— Я так и думал. Возможно ли наказать их пожёстче?
— Ли ничего не заметил и в показаниях не за что ухватиться.
— Да. Он бывает излишне наивен.
— Судя по Вашим словам, Вы к нему хорошо относитесь.
— Да.
— Почему?
— Он делает дело и не ворует.
— А то, что он наркоман?
— Он в завязке.
— Большая часть наркоманов срывается.
— Если сорвётся, тогда и посмотрим.
— Я подумаю, что можно сделать.
После медкапсулы меня ждало сообщение от Габрбили:
"Ли! Срочной работы пока нет. Отлежись, спокойно отдохни сколько нужно и подходи."
Около медкапсулы меня ждал мой скафандр. Арефли мне подтвердил, что здоровье моё медленно улучшается и подтвердил все свои рекомендации. Счёт у меня дорос до 473 тысяч — очень не плохо! Сходил в баню, спать не пошёл, подвернулся удобный рейс и я долетел до станции. Лулу была свободна и рекомендацию Арефли, можно и так сказать, я выполнил. Отклик нейросети я сменил ещё на подлёте к Алатезу, так что эксцессов не произошло. Прошёл по торговому сектору станции, перекусил, купил новый планетарный комбинезон, посмотрел кулоны, но ничего не глянулось. Подремал в полёте на планету, оставил скафандр в камере хранения космодрома и отправился на судно занять спокойное место. На острове сразу отправился в сотовую гостиницу, зарезервировал её на трое суток и уснул.
Волонтёры мне сообщили, что задание с предсказанием цветовых пятен известно, но как с ним справиться и что оно даёт — не ясно. Я пообещал, что если справлюсь — им сообщу. За шесть попыток продвинуться в понимании мне не удалось. Попытка сложить картину ни к чему не привела. Потом я пытался выделять пятна только какого-то одного цвета и следить только за ними. Потом выделял какие-то места и отслеживал, как меняется их цвет. Потом просто созерцал, пытаясь уловить хоть что-нибудь.
Во время отдыха мне удалось справиться с выбором кулона. После тренировок первого дня я решил прогуляться перед сном. На планете было утро. Мне попалась на глаза вывеска "Антиквариат Галифата", и я решил зайти. Посетителей пока не было. Утренний продавец выслушал меня, вытащил коробку и предложил выбирать. Кулонов было под сотню. Я брал каждый в руки и прислушивался к себе и к кулону. Откладывал и брал следующий. Ничего не подошло. Когда я начал прощаться, продавец спросил у меня:
— Хотите, можно пройтись по другим антикварным?
— А где они находятся.
— Здесь на далеко, но объяснить не так просто. Лучше возьмите сопровождающего. Пять кредитов и потом по два кредита в час — и Вам покажут всё, до последнего закоулка.
Я согласился. Быстро прибежал подросток с коммуникатором и мы пошли. Подросток попытался повести меня в одну сторону, но я увидел через перекрёсток ещё один антикварный и ткнул в него пальцем.
— А туда что не ведёшь? Или хочешь меня кругами водить?
— Нет! — Отчаянно начал отрицать мальчишка. — Просто владелец того магазина — плохой торговец!
— Всё равно — заглянем.
Мой сопровождающий в магазин заходить не стал, дожидаясь меня у входа. В магазине оказалось две коробки с разной бижутерией и недорогой ювелиркой. Некоторые давали какой-то отклик, но не подходили по смыслу. Неожиданно откликнулась небольшая тускло-серебристая пятиугольная звёздочка со скруглёнными углами.
— Сколько? — Спросил я у продавца.
— О! Это древний экспонат, не понятно как попавший в эту коробку! Я накажу своего помощника, не правильно разложившего товар. Эта звёздочка помнит ещё древних! Только ради такого милостивого и могущественного псиона я уступлю её всего лишь за символические двадцать тысяч кредитов!
— Нет, уважаемый, ты очень любезен, но преувеличиваешь мою милость и могущество. Я, конечно, псион, но очень-очень слабый. — Здесь я ему высветил нужную строчку своей учётки. — К тому же не так уж и нужен мне кулон вообще и эта звезда в частности.
— Не преуменьшай свои достоинства! Они светятся в мудрых глазах! Я проникся всем сердцем и готов отдать эту прекраснейшую звезду всего за пятнадцать тысяч кредитов! Пусть она послужит началом великолепной коллекции!
— Благодарю, но это значительно больше того, что я готов потратить.
— О, достойнейший из достойных! Назови свою цену, и, клянусь, если она будет достойной, ты обретешь своё счастье!
— Сотню кредитов я заплатить готов.
— Сотню кредитов? Я в самом деле услышал про сотню кредитов? Нет! Мне наверно послышалось! Не мог благороднейший произнести такие слова. Я готов отдать её за тринадцать тысяч, или, ладно уж, так и быть, в убыток себе, за двенадцать! Пусть будет двенадцать тысяч кредитов, и только потому, что она нужна благородному человеку!
Я немного поторговался и поднял свою цену до тысячи кредитов, торговец спустился до четырёх с половиной. Судя по всему он рассчитывал сойтись где-то на двух тысячах. Неожиданно я почувствовал разочарование.
— Извини, о величайший из торговцев, я совершенно забыл о времени! Извини!
Я положил звезду на прилавок и пошёл на выход.
— Ладно, так и быть, четыре тысячи! — Попытался остановить меня торговец.
— Три! Всего лишь три тысячи! — Кричал он, когда я сделал шаг в открытую дверь.
— Две тысячи! Только для тебя! — Кричал он, когда я подошёл к своему проводнику.
— Пойдём, куда ты хотел повести меня дальше? — Сказал я мальчишке.
— Полторы! Всего полторы тысячи! Я разорюсь с такими скидками! Кричал он мне в спину, когда мы прошли полквартала.
— Эх! Будь по твоему, аратанец! Ты меня обторговал! Бери за тысячу, как хотел! — Кричал он, когда мы были на повороте.
— Извини, уважаемый! — Ответил я. — Если получится, я загляну позже.
Мальчишка провёл меня по другим магазинам и магазинчикам. Их было с пару десятков. Их хозяева с удовольствием бы со мной поторговались, но пальцы и взгляд у меня ни за что в их товаре не зацепились. Да уж, два часа — оторви и брось! Я расплатился с подростком и пошёл назад. Подросток шёл рядом, ему было просто по пути. По дороге мне снова встретился магазинчик, где я торговался за звезду, и я в него снова зашёл, но проходить не стал, остановился в дверях.
— О благороднейший из мудрейших! Ты вернулся за великолепной звездой!
— Да, честнейший из торговцев. Я готов заплатить за неё ровным счётом 144 кредита.
— Мы же договорились на тысячу!
— Нет. Ты не согласился.
— Я согласен сейчас!
— Сейчас речь о ста сорока четырех кредитах. Если скажешь "да" — я сразу заплачу. Не скажешь — пойду спать.
— Но ведь…
Я повернулся в дверях и сделал шаг от двери.
— Да! Я согласен!
Я перевёл ему кредиты, забрал звезду и вышел.
— Дядь, а дядь! — Догнал меня мой юный гид.
— Что тебе?
— А если бы он сразу согласился на тысячу?
— Я бы заплатил.
— А сейчас?
— Если бы не согласился на 144 — я бы просто ушёл.
— Это всё равно больше, чем она стоит.
— Я знаю.
— А если бы он сейчас не продал, ты бы потом вернулся?
— Не думаю. Мне потом на Спутник — там бы что-нибудь ещё поискал.
Подросток от меня отстал и убежал не прощаясь.
На следующий день я зашёл в культурный центр и показал звезду Арэмэздли, благо он был один.