Дары эльфов

Непривычно и неприлично было Ниалу совершать поползновения по телу эльфа, даром что Ханиди лежал раздетым. Зато юноша быстро нашёл метку с головою барса. По словам Эйхола, к ней нужно было прикоснуться ладонью, что Ниал и сделал.

Ничего. Никаких особых ощущений, никакого слияния душ. Ханиди не просыпался, лишь заметался сильнее.

- О нет! Магистр… как вас там… Ханиди, Ханиди! – звал Ниал. Кажется, он понял, почему ничего не случилось. Эльф в беспамятстве, а как его пробудить, Ниал не знал.

В помещение вбежали два эльфа-целителя и на миг впали в ступор, завидев человека.

- Наконец-то! – обрадовался юноша. – Скорее, приготовьте ладиор! Ему хуже!

Целители переглянулись.

- Ты как сбежал? – грозно промолвил один. – А ну пошёл отсюда! Нам не до тебя!

- Ладиор, - покорно слезая с кровати, напомнил с мольбою Ниал. – Вы же знаете, он помогает при большинстве недугов!

- Ладиор погиб, - сердито ответил второй. – Вчера прошли дожди, и растение увяло одним из первых. Семян мы не сохранили.

- Не может быть! – в потрясении вымолвил Ниал. Выходит, эльфы повторили ошибку людей.

Здесь было окно, и юноша увидел кусочек долины и часть огромного луга. Земля была будто выжжена. Серо-коричневая масса простиралась до самого горизонта.

Всё кончено. Даже магия тут бессильна, ведь состав яда нездешний, а Вельмир мог усилить его токсичность многократно – так, что даже ладиор бы не помог.

И всё же Ниал решил вернуться к главной своей надежде.

- Приведите его в сознание! – потребовал он у эльфов. – Это очень важно!

- Идиот! – зарычал один из них и шагнул к юноше. – Убирайся, пока цел!

Ниал не придумал ничего лучше, кроме как снова вскочить на кровать. Он тряс Ханиди и умолял его очнуться, вцепившись в эльфа как можно крепче. Оба целителя схватили его и стали тянуть, Ниал же держался за кровать и за Ханиди, ругался и мотал головой, не переставая звать эльфа из небытия. Со стороны это выглядело комично и странно, и вскоре в дверях возник Луксион, только что освободившийся после экстренного совещания магов и посаженных.

- Что здесь происходит? – прогремел он своим сильным голосом.

Целители выпустили Ниала, и тот буквально вдавил Ханиди в койку. Неясно как, но это сработало, и эльф открыл глаза.

- Что он здесь делает? – оскалился Луксион, но ни он, ни целители уже не могли отвратить то, что случилось потом.

Глядя в глаза Ханиди и улыбаясь, Ниал дотронулся до его метки.

- Это ради вас, магистр-страж. Такие как я в долгу не остаются.

Помещение озарило голубое сияние. Луксиону и целителям пришлось зажмуриться. А дальше сон Ниала сбылся.

Из метки Ханиди выпрыгнул призрачный барс и исчез в татуировке юноши. Та вспыхнула, переливаясь, и стала ярко-голубой. В то же мгновение Ниалу поплохело так, что его вырвало водой, хотя он пил полтора часа назад. Парень взглянул на Ханиди. Зрачки его раскосых фиолетовых глаз исчезли, и теперь эти глаза источали яркий голубой свет.

- Ниал… - прошептал эльф.

Он показался юноше таким беспомощным, и пусть больше недуг не мучил его, следующая фраза опровергла кажущуюся идиллию.

- Твоя магия… Спаси меня…

«От наличия в эльфе-страже магии зависит его жизнь», - вспомнил Ниал. Помочь, но как? Ханиди разве забыл, что её у юноши нет?

И тут Ниала будто ударило изнутри – в буквальном смысле. Затем ещё и ещё. Он непроизвольно дёрнулся, не понимая, что с ним, и вдруг знакомое, но подзабытое чувство охватило всё его тело. Магия! Она вернулась! Он переполнен ею! Как ключ, она била через край, но не золотистая, а зеленоватая. Струилась по венам, бежала по нервным волокнам, приятно колола кончики пальцев. Ниал изнывал от этого чувства – магии было много, слишком много. И умирающий Ханиди, от слабой улыбки которого у парня потеплело на душе, был единственным, кому он эту силу жаждал подарить.

Эльф и человек сплелись в объятьях, окутанные голубым сиянием. Луксион прогнал целителей, что-то шипя сквозь зубы, затем быстро развернулся и вышел. Он знал, что это такое, но не из легенд. Связь с человеком он имел в юности и даже объединил с ним души, но вскоре партнёр, посмевший поставить себя выше эльфа, был убит. Никто об этом не знал – в ту пору Луксион был всего лишь кандидатом в ученики стража. Тем больше причин для ненависти к людям было у этого эльфа. И когда отец Вельмира вторгся к ним, эльфы ответили почти партизанской войной, длящейся до сих пор. Многие его подданные не желали убивать невинных, но Луксион правил железной рукой и быстро подавил любые протесты.

Так, крепко обняв друг друга, Ниал и Ханиди стали одним целым. Никакой интимности, лишь простая передача магии от человека к эльфу в завершившемся процессе объединения душ.

Когда свечение исчезло, оба долго не могли прийти в себя. Лишь когда в голове Ниала мелькнула неприятная ассоциация с сексом, он слез с Ханиди, сел и долго прислушивался то к его спокойному дыханию, то к своим ощущениям.

Эльф уснул, но теперь сон этот был здоровым, и Ниал мог не беспокоиться. Себя же он вновь ощущал сильным и уверенным, а главное – магия вернулась к нему. Такого подарка он не мог и пожелать.

Но что делать со страшной бедой, постигшей мир эльфов? Оба их государства не выживут без ладиора.

Пока Ниал бродил по лазарету в поисках Хисса, вспомнил про свою старую игрушку. В мир эльфов он попал вместе с тем самым спичечным коробком, в котором находились непонятные семена. Что, если это какая-то целебная трава, что поможет победить яд? Происхождение яда – человеческий мир, и растение тоже оттуда. Стоило попробовать. Можно усилить её рост и свойства магией – правда, земля отравлена дождём, но разве то, что он видел на одной из крыш дворца, все эти сады, разве они не защищены от природных стихий? Да хотя бы горшки из-под цветов, если эльфы во дворце их разводят, могли сгодиться.

Горшков с цветами он не нашёл и вернулся в свою келью за коробком. Хисс был там и спешно перебирал свои травы.

- Как успехи? – как можно бодрее поинтересовался Ниал.

В ответ кот зыркнул так, что у парня по спине побежали мурашки.

- А ты как думаешь? Ничего не помогает! Только ты один, как я погляжу, радостный и счастливый. Даже я, зверь немагический, почувствовал всплеск. Поздравляю. Вот только это нам не поможет. Уже больше сотни умерло, а будет… будут все, кто пил эту воду.

Раньше до Ниала как-то не доходил весь масштаб и ужас трагедии. Он передумал спрашивать у кота про землю и ужаснулся ещё больше, когда понял, что хоронить в такой земле нельзя.

- Хисс, а как теперь похоронить их всех? Сама земля ядовита, к ней нельзя прикасаться.

Кот фыркнул.

- Земля не ядовита – просто на ней больше ничего не вырастет. А эльфов не хоронят – они растворяются, когда умирают.

Мысль о том, что Ханиди мог исчезнуть у него на глазах час назад, заставила Ниала вздрогнуть.

- Как я могу помочь?

- Не путайся под ногами, вот и всё, - бросил Хисс, не оборачиваясь. – Твоя магия здесь не помощник. Ты добился, чего хотел – вот и иди сливаться с Ханиди хоть до потери сознания.

Ни от одной кошки – да что там от кошки – от человека – Ниал ни разу не слышал таких оскорблений. Сдержав себя, он просто молча встал и вышел, твёрдо вознамерившись всё же помочь эльфам, так или иначе. Пусть Ханиди отдыхает от сражений со смертью, бережёт силы и магию. Отныне они связаны неразрывными узами, и в целом это не так уж и плохо.

До него никому не было дела, и, отыскав лазейку на ту самую крышу, где, по его прикидкам, находился сад, Ниал попал в странное место.

Нет, сад не пострадал. Знакомый запах благоухающих цветов пьянил своим ароматом, разнося споры по воздуху. Тут точно не было места серьёзным целебным растениям – сад удовлетворял скорее эстетические потребности. Причудливые деревья и травы, великолепные ажурные скамьи и даже беседка, утопающая в разросшихся кронах гармонировали с лужайками и клумбами самых разнообразных цветов.