Стажер

Руднев тоже помолчал, играя желваками на скулах. Побуравил упрямо отворачивающегося Илью взглядом.

— Что, благодарности ждал? Типа ты молодец, наставника спас, а я ору на тебя почем зря, да? Несправедливо, ай-яй! А если б ты сдох, справедливо бы было?!

Илья подолгу злиться не умел, и, если бы Руднев отчитал его и заткнулся, конфликт был бы исчерпан. Но наставник, будто вознамерившись довести его до срыва, все распалялся и распалялся.

— Королевский, быть полицейским не так весело, как ты себе придумал в своих влажных розовых мечтах! Все, что показывают в кино — это корка сверху, сечешь? А внутри грязь, уроды и гора тупых предписаний, которым приходится следовать! Мы сами на это подписываемся, когда присягу даем, но тебе-то это на хрена? В киборга не наигрался?!

Зря Илья все-таки позволил системе уничтожить свое хорошее настроение. Через тот уровень эндорфинов наставник не пробился бы.

— Чего молчишь? Стыдно? — неправильно расценил тот молчание стажера. — Вот и молчи. Молчи и приказы выполняй! Ты же этого хотел, Королевский! Аж в академии учился! Только хреново учился, как посмотрю! Не запомнил, что если старший по званию тебе приказал не высовываться, надо на глотку себе наступить и не высовываться! Потому что ему потом за это отвечать, не тебе!

Нервничающая система подчеркнула строку работоспособности и предложила готовить имплантаты, чтобы гибкое оборудование было проще вывернуть из-под удара. Илья спрятал подмигнувшие красным зрачки под тенью от длинных ресниц и волевым усилием ее заткнул. Даже Максу со всеми закидонами не удавалось довести неконфликтного Irien’а до боевого режима, так что обойдется Руднев! Зато теперь ясно, к какой линейке относится наставник: кибердерево он! Дубовой породы!

— Ты меня слушаешь вообще? — Руднева молчание стажера бесило не меньше, чем Илью — обидные слова. — Или о голых девках думаешь, а?!

— Я внимательно слушаю, господин капитан, — выдавил сквозь зубы Илья.

— Так отвечай!

— Мне нечего сказать.

— А ты постарайся, — прошипел Руднев не хуже змеи. — Постарайся, Королевский! Ты ж Irien! Как там в рекламе? «Идеальный собеседник, любовник и друг!». Ну и где твой язык ва-а-алшебный?! — последнее слово он пропел с придыханием, довольно точно скопировав интонацию диктора в той самой рекламе.

Илья правда не понимал, зачем так делать. Ради чего? Почему нельзя нормально поговорить? Он бы понял. Нет, честно, понял бы! И что наставник за него, стажера зеленого, испугался, и что не знает, как бы потом Самохину в глаза смотрел, и что работа у них — далеко не праздник, и неплохо бы Илье как следует подумать, прежде чем на это подписываться. Все это междустрочье не считал бы только полный… DEX, но это не значит, что нужно доносить информацию настолько завуалированно!

Илья готов был признать, что Руднев в чем-то прав. Но в академии не только приказов слушаться учили. Основная задача полицейских — защитить! Даже рискуя собственной жизнью. Даже ее ценой! И если бы Руднева сегодня убили, Илья бы себе этого не простил. Потому что наставник, сам того не понимая и не осознавая, тоже его закрыл. На DEX’а за него бросился! На рефлексах.

— Отвечай, когда к тебе обращаются!

— Я не понял вопроса, господин капитан.

— Да ты нарываешься! — почти восхищенно присвистнул Руднев и толкнулся еще раз. Илья переступил с ноги на ногу, избегая прикосновения, на этот раз уже без помощи системы. Несправедливо же! Да, человек старше и опытнее, но это не дает ему права переходить границы! И это не только к тычкам относится, между прочим. — Я тебя спрашиваю: подвешен у тебя язык или брешут в рекламе! Отвечай!

— Не могу знать, господин капитан.

Руднев сделал выпад, Илья снова уклонился и почувствовал за спиной стену. Дальше отступать было некуда. Может, позволить ему спустить пар? Разок пихнет и очнется, не будет же он всерьез бить, в конце концов!

— Зато я знаю! Я знаю, слышишь, Королевский! И ты, и язык твой долбанный не для полиции делались!

Вот опять. Опять Irien плохой! Несправедливо. Чем он хуже людей? Почему люди могут служить в полиции, а он — нет?! Руднев просто не понимает. Зациклился и упрямо талдычит одно и то же. Несправедливо!

Несправедливо…

— И если ты не хочешь приказы выполнять, то не хрен тебе тут делать! Иди займись тем, что умеешь… — Руднев половил воздух ртом, будто пытаясь удержать собственные слова, но не удержал и зло выпалил: — Игр-р-рушка!

Коронная Илюшина подсечка, за годы отточенная и отрепетированная до полного автоматизма, повалила Руднева быстрее, чем тот успел что-то предпринять. Илья, если честно, тоже от себя такого не ожидал. Просто в башке что-то щелкнуло, в саднящем горле клокотнуло, хоп — и вот он уже сидит сверху, вжимая наставника мордой в пол и фиксируя руки.

Повезло, что ему DEX в стажеры не достался. Можно сказать, жизнь спасло. Опять!

Если бы наставник промолчал или, хуже того, испугался, Илья бы точно его отпустил. Еще и извинился бы! Но Руднев, пару секунд ошарашенно помолчав, только тон чуть сбавить соизволил.

— Королевский, ты обалдел? — глухо уточнил он. — Ты соображаешь, что щас сделал?

Ну да, подумаешь, сорвался, это же не DEX, а так… игрушка. Илья прикрыл глаза, усмиряя вновь поднимавшуюся изнутри холодную волну бешенства. Так, спокойно, только не сорвись, Илюша. Все нормально, люди разные. Тебе вовсе не обязательно доказывать им что-то и всем нравиться. Это в тебе Irien говорит, вот его и души!

Одно было понятно: если и сейчас смолчать, Руднев его рано или поздно доведет. Пора наконец расставить точки над «ё». И либо наставник поймет, либо… ну и пошло оно к черту, это Управление!

— Да, я Irien, — буднично сообщил Илья, наклоняясь к самому уху наставника. — У меня волшебный язык, и я умею все, что должен уметь Irien. А еще я умею укладывать прославленных офицеров полиции на пол одним движением. Только в техпаспорте этого нет — я сам научился. Без программы. Потому что тренироваться мне нравится больше, чем игрушкой быть! Понятно объяснил?

— Королевский, ты своим наставником только что пол протер, — откликнулся Руднев и, помедлив, мягко повернул голову набок, стряхивая руку Irien’а. Илья не стал удерживать: разбирать, что он там бормочет в этот самый пол, было трудновато. Руднев шмыгнул и забавно повертел носом, прочищая пазухи после близкого знакомства со здешней пылью. — Знаешь, что за это бывает?

— Выговор с занесением… и досрочное прекращение стажировки.

Стажер — еще не полицейский, просто профильный студент. Человека он не повредил и не покалечил, так что это максимум за такой бунт. А Управление — не единственное на свете место, где работать можно.

— И как, нормально тебе?

— Переживу. Полицейским я все равно стану, с вами или без вас.

— Ну ты пси-и-их, — благоговейно протянул Руднев, усмехнулся и слегка подергал руками, убеждаясь, что вырваться из захвата, не переломав кости, затруднительно. — И долго мне так лежать?

— Пока до вас не дойдет.

Руднев серьезно кивнул и сообщил, что уже. Илья не поверил, но поднялся, одновременно вздернув на ноги наставника. Тот деловито отряхнулся, исподлобья поглядывая на стажера и явно подбирая в уме кару пострашнее, и…

— Прости.

— Что вы сказали?.. — не поверил своим ушам Илья.

— Оглох? Извини, говорю. Меня правда что-то занесло. Но это потому что ты бесишь!

Даже будучи профессионалом в смежной области, Илья понятия не имел, как можно трахнуть мозг. Зато Руднев при желании мог бы проводить по этому делу мастер-классы и мозг стажера сношал покруче любой системы.

— И энтузиазм твой меня выносит! — Наставник сжал кулаки и экспрессивно ими помахал. — Хочется с небес на землю спустить!

— А чуть менее самоубийственно это делать нельзя? — опасливо заикнулся Илья. — Я вам шею свернуть могу вообще-то!

— А силенок хватит?

— Хватит! Я киборг!

— Не ори, киборг, я про силу воли. Убить человека не так-то просто, Королевский. Очень сомневаюсь, что тебе хватит решимости. Впрочем, — Руднев остановил уже открывшего было рот Илью взмахом руки, — признаю: какой-то стержень в тебе все же есть. Тонюсенький, но есть. И подсечка ничего себе.