Страница 9 из 14
Действительно, с увеличением островного населения Сахалин стал нуждаться в новых приходах. По количественному выражению число церквей Сахалина уступало другим районам Дальневосточного региона. Так, например, в 1882 г. Православная Церковь в Северо-Сахалинском округе, объединявшем 11 населенных пунктов, была представлена только 3 церквями. Практически все сахалинские церковные здания появились с 1880 по 1898 г., в период самой активной фазы заселения островной территории. Без преувеличения можно назвать этот период временем активизации православной жизни на острове[130]. К концу XIX столетия на Сахалине было открыто свыше 100 поселений, которые объединялись в 10 церковных приходов. Сравнительный анализ показывает, что такое количество православных причтов было крайне недостаточно. Служащее на Сахалине духовенство (10 человек) не могло в полной мере обеспечить успешность своей деятельности. С учетом проживающего на острове населения (от 16 до 19 тыс. православных верующих), один священнослужитель должен был оказывать церковное окормление значительному количеству прихожан[131]. По сравнению с соседними регионами, в Амурской области у одного православного священника могло быть не более 430 прихожан, а в Приморском крае – не более 540[132].
2. Состав и деятельность духовных причтов острова Сахалин
2.1. Церковно-административное деление
Рассматриваемый период становления Православия на Сахалине (вторая половина XIX – начало ХХ в.) в истории Русской Православной Церкви носит название Синодальный. Он начался в 1721 г., когда жизнь Церкви стала строго регламентироваться коллегиальным органом – Святейшим Правительствующим Синодом. Именно он давал разрешения на открытие новых епархий, приходов и монастырей, был высшим административным и судебным органом по делам Российской Церкви[133].
В Синодальный период был проведен ряд важных государственных реформ: Крестьянская (1861 г.), Земская и Судебная (1864 г.), Военная (1874 г.) и др. Подвергался реформированию и такой общественный институт Российской империи, как Православная Церковь. Самой важной в жизни Церкви явилась реформа церковно-административного деления «по примеру Восточных Церквей»[134], чтобы «младшие епархии были в подчинении старшим»[135]. Характерной особенностью этого периода «является то, что существующее число епархий не успевало за ростом населения и отдельных территорий Российской империи»[136].
Реформа церковно-административного деления началась еще в 1682 г., когда на Собор, созванный по инициативе царя Федора Алексеевича, был представлен проект образования новых епархий[137]. В том же году открыты новые епархиальные центры в Великом Устюге и Тамбове, Холмогорах и Воронеже. Больше ничего в плане увеличения епархий Поместный Собор 1682 г. сделать не смог по причине недостатка денежных средств[138]. Необходимость проводимой реформы была вызвана, по справедливому утверждению А. В. Карташова, географической обширностью, а также «разрозненностью имеющихся епархий»[139].
Очередной Церковный Собор 1683 г. провозгласил 14 новых епархий, в том числе были учреждены три викариатства в Сибири, в Даурье и Енисейске, но они так и не были открыты по причине «малочисленности населения в этих регионах»[140]. Реформа протекала достаточно медленно, так как встречала некоторое сопротивление со стороны многих епископов, которые считали, что дробление церковных территорий приведет к ущемлению их власти и понижению статуса[141]. За 200 лет (с 1700 по 1900 г.) было образовано всего 46 епархий, из которых 3 – малороссийские, 4 действовали в составе Грузинского экзархата и одна – на территории США (Алеутская и Аляскинская) с резиденцией епископа в Сан-Франциско[142]. Нетрудно сосчитать, что на русской территории в течение указанных двух веков каждые 10 лет учреждалось в среднем две епархии.
Активное освоение и заселение Сибири и Дальнего Востока и признание их российскими неизбежно влекли за собой установление на них государственной власти и наведение порядка, поскольку долгое время эти территории находились вне досягаемости законов. Крутой нрав и своеволие русских поселенцев по отношению к коренному населению требовал их «укрощения». Важная роль в этом принадлежала Православной Церкви. Только она могла быть духовно-нравственным просветителем людей. Поэтому на повестку дня остро ставится вопрос христианизации народов Сибири и Дальнего Востока.
Функции христианизации народов, населявших присоединенные к России дальневосточные территории, возлагались на церковно-административные единицы – новообразованные епархии. Безусловно, новым территориям была необходима твердая епархиальная власть. Не являлся исключением и Сахалин, где зарождающаяся церковная жизнь нуждалась в «близкой епископской власти»[143].
Но новых епархий катастрофически не хватало. Как пишет в своих исследованиях И. К. Смолич, существенной проблемой для освоения территорий и их церковного окормления являлось недостаточное количество новообразованных епархий[144]. Они зачастую были обширными территориально, а количество служащего духовенства считалось недостаточным. Осложняли деятельность священнослужителей и объективные факторы: большие расстояния между населенными пунктами, отсутствие дорог, сложные климатические условия, не позволявшие одному священнослужителю окормлять всю паству своего прихода.
Например, созданная в 1640 г. Тобольская епархия почти до второй половины XVIII в. включала в себя территорию Урала, Сибири, Дальнего Востока, в том числе и остров Сахалин. Как отмечается в литературных источниках, она охватывала «300 000 кв. км, на которых действовало 160 приходов, простираясь от Урала до Лены и от Северного Ледовитого океана до границ с Китаем»[145]. Ярким примером влияния географического фактора на церковную жизнь Тобольской епархии может служить челобитная архиепископу Тобольскому и Сибирскому Симеону. Обращаясь с просьбой прислать священника, владыке писали: «…У одного попа в приходе разъезду по пятисот верст и болши. А имать их в Тоболеск, и того будет проезду им года по два и болши, а в то время православные христиане буду помирать без покаяния и без причастия, и роженицы без молитв»[146]. Несмотря на то, что челобитная была написана приблизительно в январе 1653 г., к началу XIX в. ситуация мало изменилась.
«Из-за невозможности посещения всех причтов своей обширной епархии» Тобольский митрополит Филофей (Лещинский) «созвал в 1702 году церковное совещание, на котором принята приходская инструкция духовенства», касавшаяся «деятельности пастырей, благочинных округов, Таинства исповеди, поведения клира и др.»[147]. К сожалению, это благое начинание митрополита в дальнейшем не нашло своих продолжателей.
Положение несколько улучшилось с образованием Иркутской епархии, к которой с 1733 г. и «до учреждения Камчатской епархии» (1840 г.) относились Удский и Охотский округа, Камчатский полуостров и остров Сахалин. Об этом же пишет в своих исследованиях А. Н. Смагин: «До учреждения Камчатской епархии территории Дальнего Востока входили в состав Иркутской епархии»[148].
130
Гридяева М. В. Демографические процессы, административное развитие и становление социальной сферы на острове Сахалин в середине XIX – начале ХХ века. С. 92.
131
Гридяева М. В. Демографические процессы, административное развитие и становление социальной сферы на острове Сахалин в середине XIX – начале ХХ века. С. 92.
132
Смагин А. Н. Роль православного духовенства в освоении юга Дальнего Востока России во второй половине XIX – начале ХХ веков. С. 134.
133
Иванов И., диакон. Взаимоотношения Церкви и государства во второй половине XVIII века. М.: Изд-во ПСТГУ, 2010. С. 3.
134
Маняхина М. Р. Отражение реформы Никона в деятельности Тобольской епархии и духовной жизни Сибири в XVII – первой половине XVIII вв. // Известия Российского государственного педагогического университета им. А. И. Герцена: Общественные и гуманитарные науки. 2003. № 3 (5). С. 259.
135
Карташов А. В. Очерки по истории Русской Церкви: в 2 т. М., 1997. С. 234.
136
Цыпин В., прот. Епархиальное управление // Православная энциклопедия. [Электронный ресурс] URL: http://www.pravenc.ru/text/189999.html.
137
Николаевский П. Ф. Патриаршая область и русские епархии в XVII веке // Христианское чтение. 1888. № 1. С. 150–189.
138
Покровский И. М. Русские епархии в XVI–XIX вв., их открытие, состав и пределы: Опыт церковно-исторического, статистического и географического исследования: в 2 т. Казань, 1913. Т. 1. С. 55, 275–279.
139
Карташов А. В. Очерки по истории русской церкви. С. 234.
140
Там же. С. 236.
141
Маняхина М. Р. Отражение реформы Никона в деятельности Тобольской епархии и духовной жизни Сибири в XVII – первой половине XVIII вв. С. 260.
142
Цыпин В., прот. Епархиальное управление. [Электронный ресурс] URL: http://www.pravenc.ru/text/189999.html.
143
РГИА Ф. 796. Оп. 170. Д. 916. Л. 69.
144
Смолич И. К. История Русской Церкви. С. 263.
145
Цыпин В., прот. Епархиальное управление. [Электронный ресурс] URL: http://www.sedmitza.ru/lib/text/439974.
146
Литературные памятники Тобольского архиерейского дома XVII в. / сост. Е. К. Ромодановская, О. Д. Журавель. Новосибирск: Сибирский хронограф, 2001. С. 300.
147
Мелетий (Якимов), архим. Церковный Собор в Тобольске при митрополите Филофее (1702 г.). М., 2001. С. 18.
148
Смагин А. Н. Роль православного духовенства в освоении юга Дальнего Востока России во второй половине XIX – начале ХХ вв. С. 43.