Страница 99 из 326
Вращаюсь вокруг своей оси, пытаюсь отыскать камеру, собираюсь передать пламенный привет.
— Не говори, что не смотрел такой мультик. Это ж классика, — медлю, удрученно качаю головой и проникновенно заявляю: — Хотя если учесть преклонный возраст, ты вполне мог пропустить все самое лучшее мимо. Вот угораздило замутить с древним стариканом. Но ничего, не волнуйся, я останусь рядом до последнего вздоха. Буду катать тебя в коляске по солнечным дорожкам нашего особняка, буду читать сказки на ночь, кормить с ложечки, менять памперсы, поправлять кислородную маску. А когда умрешь, отдам распоряжение кремировать твое тело и торжественно заключу пепел в очень красивую урну, ну, такую с фамильными вензелями, забавными цветочками, золотистой каемочкой. Разумеется, через год я выйду замуж за какого-нибудь франта, ибо негоже столь привлекательной и молодой особе коротать дни в одиночестве. Но ничего, не переживай, урне отведу почетное место, на тумбочке у кровати. Надеюсь, ты не возражаешь?
Бьюсь об заклад, просмотрев сей момент в режиме настоящего времени или немного позже, фон Вейганд по любому всплакнет, затоскует, пошлет конспирацию к чертям собачьим и ринется на Украину.
— It can’t rain all the time, (Дождь не может идти вечно,) — уверяю Дорика, подхватываю зонтик и устремляюсь на улицу.
***
Мне везло в карты чаще, чем полагается порядочному человеку.
Нет, я не выигрывала в лотерею, не угадывала призовые номера, не получала похвальные грамоты в конкурсах. Даже звание лучшей ученицы школы умудрилась закономерно просрать.
Однако в остальном…
Нон-стоп тусуюсь в обществе чокнутого садиста и до сих пор жива. Успешно отыграла баронессу пред светлым взором психопата-Мортона и до сих пор жива. Подверглась нападению озлобленных призраков в паре с алкоголичкой-Блэквелл и до сих пор жива. Удостоилась аудиенции с милым дедулей-нацистом и до сих пор жива.
Список достижений можно смело вешать на доску почета.
Эх, гордись, Подольская. Слава настигла своего героя.
Лавровый венок на чело, барабан на шею и перо в…
— Свободная касса!
Надо же так подгадить пронзительный момент.
— Маленький американо, — копаюсь в карманах, наощупь отсчитываю гривны.
— Хорошо, — радостно улыбается зомби. — Хотите сэндвич с тунцом или картошку-фри?
— Хочу маленький американо, — протягиваю требуемую сумму, как бы намекаю.
— Тогда, возможно, закажете маффин с черникой или пирожок с вишней? — нависает надо мной угроза апокалипсиса.
— Закажу маленький американо с кофе, — оглядываюсь в поисках пулемета.
Добраться сюда было далеко не просто. Пришлось долго петлять по городу, прыгать по лужам, втискиваться в забитую до отказа маршрутку. Короче, вспоминать босоногую юность, причем с корыстными намерениями.
Вдруг за мной «хвост? Вдруг повсюду ползают коварные шпионы фон Вейганда?
У психов мания преследования обостряется по весне, а вашу покорную слугу и вовсе никогда не отпускает. Поэтому я изо всех сил старалась запутать преследователей. Для приличия избороздила центр, потом прокатилась на шикарном автобусе, с пристрастием изучая угрюмые лица окружающих, улучила момент и выскочила обратно в дождь. Побродила кругами, посетила пару-тройку магазинов и, наконец, направилась в фешенебельный ресторан быстрого питания.
Думаете, соскучилась по вредному фаст-фуду? Или того проще — окончательно сбрендила, поигралась в Мата Хари, решила отдохнуть?
Обломитесь. Замысел куда любопытнее. Без пол литра не разобраться.
Еще пять дней назад я прогуливалась перед булочной, где исправно трудилась Анна, и размышляла, как беспалевно наградить предательницу хрустящими купюрами. В итоге столкнулась с маленьким попрошайкой и озарилась гениальной мыслью.
— Тетя, дай денег, тетя, пожалуйста, дай денег, — молил никчемный аматор.
— Во-первых, не «тетя», а «девушка», во-вторых, где положенные комплименты моим неоспоримым прелестям? Всех нужно учить, — печально вздыхаю. — Так, запоминай правильный вариант: «Девушка, простите, мне очень стыдно, правда, вот жутко стыдно, что не хватает денег на хлеб. Мне бы только рубль, больше не надо. Вы же такая красивая, а красивые люди всегда очень добрые. Простите, пожалуйста». И слезы, не забудь про слезы в глазах.
Мальчишка впадает в ступор.
Ну, не он первый, не он последний. Супротив подобной харизмы и велеречивости трудно устоять.
— Понял?
Кивает несмело.
— Допускается импровизация, не обязательно повторять слово в слово. Только «девушку» употребляй для всех особ женского пола, независимо от возраста, — протягиваю ему горсть монет. — Готов получить серьезную сумму за небольшую услугу?
И мы с новоиспеченным подельником проворачиваем хитрую авантюру.
Мальчишка передает ценную информацию Анне и приносит подтверждение в письменном виде, мол объект о встрече осведомлен, прибудет на место строго к назначенному сроку. Не питаю особого доверия к детям улицы, а каллиграфический почерк моей бывшей подруги фиг подделаешь.
— Привет, Лора.
Уже ожидает, восседает за самым уединенным столиком, который надежно закрыт вечно растущей очередью в туалет.
— Дубль три, — приземляюсь напротив.
Увязаю в приступе ностальгии. Типа все как раньше. Беззаботно зависаем тут, косим скучные лекции.
— Столько секретности, — осторожная подача от Анны.
— Никакой секретности, — обрываю резко. — Никаких вопросов, никаких ответов. Меня здесь не было, тебя здесь не было.
Извлекаю сложенный пополам конверт из кармана, кладу на стол.
— Этого тоже не было и нет.
— Лора, — нервно сглатывает. — Понимаешь…
— Понимаю, — намереваюсь подняться, но она снова удерживает от ухода, хватается за мою руку.
Господи, зачем?
— Не знаю, как такое произошло с нами, — фундамент заложен.
Речь продуманная, долгая и убедительная, всего в меру, ингредиенты смешаны идеально. Угрызения совести в купе со страхом за собственную семью, за будущее сестры. Причины звучат достаточно веско, следствия сдобрены искренней грустью.
Я в миллиметре от веры, потому что хочу верить.
Но я не верю, потому что не могу.
Разум услужливо выталкивает на поверхность кадры тех записей, отрывки фраз, отражение истинных эмоций. И это гадко, бьет под дых, стальным клинком вонзается под ребра.
У каждого из нас есть цена. Каждого реально купить и продать.
Некоторым хватает тридцати серебряников, некоторым необходимо подать престижную вакансию или переезд заграницу.
Я не святая, я не счастливое исключение. Вот только всему существует предел.
— Спасибо, круто, — прерываю оратора. — Теперь предлагаю перейти к настоящей версии.
Анна затыкается, не смеет возразить.
— Ты считала, что Лора Подольская мертва или же с ней произошло нечто похуже смерти, но если выпал шанс навариться на загадочном исчезновении, то… почему бы и нет? Кто бы отказался от выгодного предложения?
Радостно улыбаюсь, делаю глоток обжигающего американо.
— Не спорю, вполне естественно, очень искушает, поэтому без обид, никаких претензий. Тем более, ты не догадывалась, что я действительно работаю в Китае, причем подцепила крутого жениха, собираюсь выходить замуж и переезжать в Америку.
Ее глаза невольно округляются, рот приоткрыт, однако с уст не срывается ни единого звука. Миниатюра — жертва и фон Вейганд. Надеюсь, не надо пояснять ху из ху?
«Ниху*вое сравнение», — одобрительно присвистывает внутренний голос.
— Но фрагменты не склеиваются. Слишком запутанно — Лора преспокойно здравствует, готовится к свадьбе, а могущественная корпорация, подчищает следы, выбрасывает тебя на улицу, мешает в поиске работы. Странные дела творятся в Датском королевстве, — миг молчания и улыбка гаснет, тон становится ледяным: — Не пытайся сопоставлять факты.
Поднимаюсь, запахиваюсь в плащ плотнее, угрожающе сдвигаю брови.
— Иначе расследование завершится летально, — остается помахать на прощание и отдать последнее напутствие: — Береги себя.