Страница 22 из 146
— Искандер! Мальчик мой! Ты!..
Следующие полчаса можно охарактеризовать двумя словами — бешеный переполох. Вопросы, восклицания изумления, слезы, улыбки, смех, снова вопросы. Подходили все новые обитатели дома и все начиналось сначала. Его дергали, тискали, жали руки, хлопали по плечам, обнимали, из всего этого хаоса юношу вырвал голос дяди.
— Искандер, пойдем со мной — тебя хочет видеть отец.
Отец лежал в постели, несколько подложенных под спину и голову подушек придавало его телу полусидящее положение. От крупной фигуры которой когда-то могли позавидовать рыночные борцы остался обтянутый кожей скелет. Искандер встал на колени и низко поклонился, он хотел поздороваться с отцом но в горле стоял ком а из глаз выступили предательские слезы.
— Встань, сын мой. Подойди ближе. — Голос отца ничуть не изменился, разве что звучал тише обычного. — Напрасно ты плачешь — ты видишь дряхлое умирающие тело, но разум мой торжествует. Правду сказал Гуфар — мне как отцу позавидовал бы сам халиф. У меня было в жизни немало счастливых дней, но так счастлив как сегодня я был лишь раз — в тот день когда ты появился на свет. За все эти годы я ни на миг не усомнился что ты вернешься, ни кто нибудь найдет и приведет тебя — а ты сам придешь, такой красивый и сильный. И все что я ежедневно просил у Аллаха — чтоб он позволил мне увидеть это своими глазами. — Было видно что длинный монолог утомил отца, но он продолжил. — Присядь, я хочу услышать твою историю. Я думаю это будет интересно — тебя случайно не усыновил какой ни будь раджа? — мягкая улыбка коснулась губ старика.
— Нет отец, бери выше — меня усыновила богиня.
После того как юноша закончил свой рассказ, непродолжительную паузу вновь прервал голос Али Аббаса.
— Гуфар, иди распорядись насчет праздничного достархана а я еще немного пообщаюсь с сыном. — Когда они остались наедине, продолжил. — А теперь расскажи отцу всё что не должны были услышать уши Гуфара.
Искандер по понятной причине скрыл информацию о своем владении гипнозом а также такие факты биографии как «практика» и убийство раджи. Запинаясь на каждом слове, делая длинные паузы, он снова начал свой рассказ. Отец славился своим умением даже самые сложные вопросы переводить в простой разговор. Так вышло и на этот раз — парень не заметил как разговорился и выложил все как было ничего не утаив. Пауза после рассказа на этот раз была куда как длиннее. Но вот отец заговорил.
— Я не буду тебя упрекать за это, возможно на твоем месте я сделал бы точно так же. Но ты должен мне дать клятву ни при каких обстоятельствах не использовать это свое умение и пусть все что ты мне рассказал останется тайной.
На следующий день отца не стало. Он ушел из этого мира со спокойным лицом и едва заметной улыбкой на устах, как человек выполнивший с честью все возложенные на него земные обязательства. И теперь его ждет джаннат аль-фирдаус (райский сад) где ему уготована еда, питье, прохлада, покой и вечно молодые супруги из райских дев.
В наследство Искандеру досталась верфь и вилла в Александрии и еще пара мореходных судов — самбук «Саффана» и шебека «Амира» (принцесса) приписанная к Александрийской верфи. На недоуменный вопрос» — почему так мало» дядюшка поведал историю краха «империи» Али Аббаса.
После полуторамесячных безуспешных поисков Искандера и остальных пропавших с печальной вестью в Багдад отправился Рашид, а Гуфар винивший во всем себя остался в Индии продолжать поиски которые затянутся на три долгих года. От полученных известий Али слег в постель вставая только на намазы. У него не было никаких желаний, он никого не замечал, ни с кем не разговаривал, ел и пил то что ему принесут. Рашид в это время не покидал своего тестя ни на минуту. Когда критический уровень возникших по всем факториям вопросов требовавших немедленного решения хозяина превысил все допустимые рамки, этим хозяином был назначен первый кто попался под руку — Рашид. Так было положено начало конца. Получив новую должность, Рашид в разы превысил порог своей компетенции. Лизоблюды которых новый хозяин искренне считал умными и уважающими своего начальника людьми, что доказывали их дорогие подарки, вытеснили из его окружения истинных специалистов. В итоге недостоверные сведения и двойная бухгалтерия порождали неверные решения. Убытки, разгильдяйство и повальное воровство поставило компанию на грань полного разорения. И лишь вмешательство, вернувшегося из Индии Гуфара позволило сохранить пару торговых факторий, пять судов и сеть лавок в Багдаде и Басре приносивших мизерный по сравнению с бывшим но стабильный доход семье. К Александрийской верфи отец запретил прикасаться кому бы то ни было, сразу определив ее как главный объект в завещании сыну и которая бы напоминала потомкам о подвигах Али Аббаса.
Александрия являлась один из старейших портов средиземноморья и была не только крупнейшим перевалочным пунктом товаров со всего света, но и своеобразными морскими воротами между восточными и западными государствами. Конгломерат, переплетенный из представителей всех земных культур и религий создавал уникальный колорит города где любой гражданин не отягощенный излишней моралью мог найти занятие и развлечение по душе. А истинные почитатели шариата считали Александрию гнездом порока.
Александрийская вилла построенная в византийском стиле с садом, бассейном и тенистыми беседками сразу понравилась юноше. А сын садовника Касим стал для парня одновременно слугой, другом и гидом по злачным местам города.
Касим — третий сын садовника, добродушный словоохотливый и смешливый парень на год старше Искандера, сам вызвался сопровождать молодого купца во время прогулок по городу. Это занятие позволяло ему официально отлынивать от нудной и грязной работы по саду и в конюшне. С раннего детства не перегруженный вниманием родителей, он был предоставлен самому себе и его воспитателем стала улица. Казалось не было таких закоулков и злачных мест о которых Касим не знал и куда не затащил потом Искандера. Еще в самом начале знакомства с городом приятели стали свидетелями крупной потасовки в одной из харчевен и Касим даже немного поучаствовал — ловко отправив на пол подскочившего к ним драчуна. По дороге домой Касим предложил изнеженному барчуку за которого принимал Искандера научить его приемам уличной драки чтоб если что суметь постоять за себя. Но самоуверенный купец ответил что и так сможет постоять за себя и в ответ на недоверчивый смешок предложил гиду попробовать сбить его с ног. Более того, за каждое свое падение готов заплатить дирхем. Когда вернулись на виллу Касим уточнил что если он уронит купца десять раз то получит десять дирхем и причем без всяких обид. Получив утвердительный ответ он ринулся в атаку, но аккуратно — не зашибить бы барчука. В результате оказался на земле сам — как это получилось он не понял и снова едва вскочив, бросился в бой. В результате весь двор был подметен халатом Касима, а проклятый купец даже не запыхался. Единственным его утешением было то что он не предложил купцу пари на равных условиях, иначе был бы должен ему просто невероятную сумму денег. В очередной раз, поднявшись с земли и поняв наконец полную бесперспективность своих телодвижений, нехотя согласился что барчук не совсем пропащий боец, но только против безоружных. Размытое движение купца и в сантиметре от глаза Касима останавливается хищное острие необычного кинжала, а от самого барчука повело такой опасностью (а опасность дитя улиц чувствовал сразу и остро), что сбило дыхание и на миг останавливалось сердце. С купцами из Багдада надо дружить, понял Касим, иначе рано или поздно — и скорее рано — твой труп под ближайшей пристанью станет кормом для крабов. В результате проведенных спаррингов несостоявшийся учитель стал учеником.