Страница 23 из 146
При наличии денег — а у Искандера они водились — приятелям открылись двери караван-сараев, постоялых дворов и частных вилл, где проводились петушиные и псовые бои со ставками и даже бои гладиаторов. Азартные игры также стали частью их развлечений, шеш-беш и игральные кости изрядно опустошали его карман. Грехопадение юноши достигло даже того что он испробовал вино из виноградной лозы и вне брака познал женское тело.
Когда Касим узнал что у его друга не было женщин то предпринял все усилия чтобы решить этот вопрос. Несмотря на слабое сопротивление юноши, он затащил его в караван-сарай где танцовщицы за деньги предоставляли подобные услуги. Хозяин борделя — грек полукровка, в приватной беседе затребовал с богатого девственника аж десять динаров. На удивленного такой непомерной суммой чуть подвыпившего «для храбрости» парня посыпался шквал аргументов. Выходило, что это почти беспорочная дева чья красота могла затмить любую из гарема халифа — да что там мелочится, даже райские гурии ей не соперницы — готова себе в убыток скрасить вечер молодого господина, а он еще ломается. У молодого господина требуемая сумма имелась и он уступил уговорам опытного сутенера. «Красавица «оказалась поперек себя шире. Ее увесистая грудь могла без труда вскормить десяток богатырей, вислый живот скрывал причинное место, а спину от подмышек до впечатляющей размерами попы покрывали жировые складки придающие схожесть со спиной гусеницы. Картину завершали сильно подведенные глаза, черные косы до пояса и большой крючковатый нос. Но все это было полбеды — вал исходящих от «красавицы» запахов просто сшибал с ног. Ароматы дешевых благовоний дополнялись густым запахом пота и кислятиной перебродившей простокваши (Вместо тоника для волос женщины востока использовали скисшее верблюжье молоко) Но бурлящие гормоны Искандера дополнительно подогретые вином затуманили его взгляд и напрочь заблокировали обоняние. То что было дальше парень помнил плохо — но то что было хорошо и это хорошо повторялось и повторялось, он помнил отлично. Окрыленный успехом в приподнятом настроении юноша под утро покинул заведение. Не испортило настроение даже то что при расставании Маида за свое старание потребовала подарок и не сумев отказать, ему пришлось отдариться одним из оставшихся у него самоцветов.
От таких воспоминаний — особенно обонятельных — Краснова едва не стошнило, а тот факт что за это безобразие Искандер отвалил такую кучу денег глубоко возмутил Саню. Сразу вспомнился курьезный случай из своей жизни.
На следующий день после сдачи вступительных экзаменов в медучилище Краснов рассматривая стенд на котором вывесили списки поступивших и другую полезную информацию, увидел приближавшуюся к нему будущею одногруппницу — Алену. На самом деле Алена была монголкой и имя у нее было такое, что его запомнить можно было разве только на спор. Девушка поприветствовала его улыбкой и заглядывая в глаза, спросила.
— Деньги дашь? Сколько дашь?
Придирчиво осмотрев Алену, Александр подумал «» — Вот сколько бы ты мне не предлагала денег — все равно бы было слишком мало»».
Коротенькие ножки, сравнительно длинное туловище и руки, большая голова. Попы, талии и груди нет, зато есть непомерно большие щеки, которые своим размером могли с успехом заменить попу или грудь. Портрет завершал маленький носик-пуговка, губки-ниточки и небольшие раскосые глазки. Саня был парнем воспитанным и поэтому ответил не то что ему хотелось.
— К сожалению, денег с собой нет, только на проезд до дома. — И торопливо добавил. — Извини, я тороплюсь, на улице меня девушка ждет. — А то вдруг Алена передумает и решит что на первый раз можно и бесплатно.
Как позже выяснилось, с этим вопросом она приставала ко многим а означал он всего лишь будут ли выдавать стипендию и какая она будет.
Через день посещение борделя повторилось, а потом еще и еще. Маида каждый раз выпрашивала деньги и подарки, юноша не в силах был отказать и карман «Ромео» стремительно пустел. После очередного посещения «гурии» он как всегда под утро вместе с Касимом отправился домой. Когда они уже выходили из квартала увеселительных заведений, им перегородили дорогу четверо вооруженных мужчин, еще трое вынырнули из проулка сзади и лишили их возможности отступления. До восхода оставалось не менее часа, но предрассветные сумерки позволили разглядеть лихую семерку. Ничего особенного — обычные городские отбросы, вооруженные дубинками и плотницкими топориками. За главного у них был вооруженный саблей вышибала из борделя и по совместительству брат Маиды. Касим сделал вид что испугался и шагнул назад и в сторону стены, показывая, что собирается ускользнуть в этом направление. Оскалившееся рожи бандитов заслона были ему ответом и сигналом что все внимание троицы сосредоточено на нем. И тут заговорил главарь.
— Искандер мне сестра пожаловалась на тебя — сказала, что ты ее обесчестил. Ты сам знаешь, что за это полагается. Но если ты отдашь свой кулон, я постараюсь забыть обиду.
Подарить бриллиант отцу юноша не успел, поэтому заказал изготовить из него кулон и стал носить его на шее в память о нем. Когда Маида категорически потребовала подарить его ей — парень рассказал что этот камень для него значит и сколько он вообще стоит. Раад — ее брат — конечно же не собирался оставлять друзей в живых, самое малое что ему полагалось за такое преступление — отсечение правой руки и он это прекрасно понимал. А такой аргумент как поруганная честь проститутки мог рассмешить судью до колик.
— Раад, прошу тебя, не трогай мою память об отце. — Голос парня испуганно дрожал. — А за твою обиду можешь забрать себе мой дом.
Когда шестеренки в голове вышибалы щелкнули и начали свой первый оборот над обдумыванием такой заманчивой перспективы — он умер даже этого и не заметив. Его сабля, оказавшаяся в руке Искандера, тут же глубоко врезается в бок стоящего рядом бандита. Рывок вправо — пытающийся защитится дубинкой налетчик роняет ее вместе с рукой отсеченной по локоть, а стилет вошедший под ребра завершает дело. Четвертый бандит не дожидаясь расправы, отбросил в сторону свой топорик и перемахнул через ближайший забор. Но видимо на этом его удача закончилась. Судя по громким крикам переходящим в визг и по басовитому рыку бойцовых псов, жить ему осталось недолго. У Касима дела обстояли ненамного хуже. Уловив начало атаки друга, он тоже не мешкая перебил своим кистенем гортань ближайшего громилы (Искандер научил). Этим же кистенем обвил дубинку второго, отвел ее в сторону и впечатал тяжелый бронзовый кастет ему в висок. Когда подоспел купец, Касим пытался подобраться к третьему налетчику, который бестолково, но отчаянно отмахивался топором…. Приятели еще не скрылись из виду, как подоспевшие «трофейщики» принялись за работу — после снятия с трупов всего более-менее ценного их тела перекочуют под ближайшую пристань где и растворятся в желудках прожорливых крабов.
Проснулся Искандер после полудня от какой-то суеты. Спустившегося в гостиную парня ожидал сюрприз — приехал дядя Гуфар. Сюрприз оказался неприятным — первое что сделал дядюшка это влепил своему племяннику звонкую пощечину. Как выяснилось позже, мажордом виллы Салех, бывший военный на пенсии и человек глубоко набожный, не в силах был терпеть грехопадения юноши. Но распекать лично своего прямого начальника не посмел, поэтому накатал Гуфару письмо, где сдал парня по всем пунктам и по полной программе. Гуфар естественно бросил все свои дела в Багдаде и немедля выехал в Александрию, постоянно накручивая себя всю дорогу. Разговор точнее обвинения и упреки со стороны дяди продолжались до глубокого вечера. После чего прозвучал жестокий приговор — домашний арест на месяц, выходы в город только в мечеть и только с дядей. Касиму тоже досталось на орехи — отец обломал об него свою палку, а Салех так загрузил работой, что единственной мечтой парня было желание выспаться. Через неделю неукоснительного соблюдения режима племянником дядя сменил гнев на милость и вновь нормально с ним заговорил. Согласно здравым рассуждениям выходило что только безделье послужило отправной точкой к грехопадению Искандера, поэтому дядя решил под своим чутким руководством нагрузить его работой. «Амира» как раз должна была в течение недели закончить свои обязательства по фрахту. На этом и было построено задание Гуфара. Дав юноше все отправные точки по ценам на товары, стоимостью фрахтов, процентам на кредиты и политической ситуацией в Средиземноморье, он предложил юноше выбрать самостоятельно наиболее выгодный проект. Предоставленный проект Искандера поразил дядю своей продуманностью. По расчетам юноши самым выгодным являлся рейс с полностью своим товаром и с привлечением кредитов на ультракороткий срок. Так что объектом торговли стал Кипр. Свежий урожай зерновых уже обрушил Александрийские рынки, но если поспешить, то на Кипре ещё можно получить старую цену. Возобновившиеся боевые действия с Византией заставят раскошелиться местные гарнизоны — за стрелы, наконечники к ним и другое оружие, военный флот должен с руками оторвать канаты из кокосового волокна а предстоящий зимний сезон поднимет цены на шерстяные ткани. С обратным рейсом надо брать шерсть, оливковое масло, молодое вино и предметы византийской роскоши завезенные на Кипр греками-контрабандистами. С небольшими поправками Гуфара план был принят и разрешен к реализации.