Страница 27 из 74
Так я говорю себе. Но слова кажутся пустыми.
По меньшей мере я подарила Полу сегодняшний вечер, один вечер, когда его мечты, кажется, сбываются.
Когда мы выходим из ресторана, я просовываю руку под локоть Пола, чтобы идти поближе к нему. Тишина на улицах Сан-Франциско почти жуткая, для меня, но Пол, кажется, ожидает тишины.
Хотя я многое поняла из беседы за обедом, я не получила информации о том, как попасть на базу. Тео вёл себя так, как будто для меня ничего не стоит украсть портмоне Пола посреди обеда. У меня не было спецкурса по краже мелких предметов и искусству изворачиваться.
Только одно решение приходит на ум: остаться с Полом. Пойти дальше, чем мы с Тео хотели бы говорить в открытую.
— С тобой всё в порядке? — говорит Пол. — Кажется, ты мыслями где-то далеко.
— Думаю, так и было, — сосредоточься, напоминаю я себе. У меня не будет второго шанса.
— Я рад сегодняшнему вечеру, — потом он медлит, пытаясь найти правильные слова. — Я имею в виду, что сожалею, что между тобой и рядовым Беком что-то произошло, но я рад, что ты позвонила мне. Что мы провели вечер вместе.
Может быть, он не умеет флиртовать, но по большей части простые слова работают лучше. Неловкое, искреннее удовольствие Пола от моей компании говорит больше, чем любые хорошо подобранные слова. Даже если бы мы встретились сегодня в первый раз, если бы я не была уже влюблена в него, я бы всё равно почувствовала, как по моему лицу расползается улыбка:
— Я тоже.
Пол всё ещё пытается подобрать правильные слова:
— Я не… я не часто так делаю это, выхожу в люди, развлекаюсь.
— С женщинами, ты имеешь в виду? — легко бросаю я, зная, насколько неопытен мой Пол. Потом я понимаю, что здесь это может быть неправдой. Что, если он расскажет о другой девушке, о других отношениях?
Но он говорит:
— Ни с женщинами, и вообще ни с кем. Нам приходится так много работать, что редко остаётся время на что-то ещё. Ты знаешь это так же хорошо, как и я.
Может быть и знаю. Однако, эта Маргарет, кажется, находит время для Тео между сменами на заводе.
Мысли о другом Тео отвлекают меня на секунду, но я рывком возвращаюсь к действительности, когда слышу слова Пола:
— Где ты остановилась?
Пол спрашивает, вероятно, думая, не должен ли он проводить меня или подождать со мной автобуса. От любого другого парня это был бы намёк, говорящий, что он не против приглашения в мой номер.
В моём номере Тео, так что это не вариант. Однако, если мы с Полом будем одни, если бы я могла совершенно отвлечь его, у меня было бы время, чтобы осмотреть его вещи, бумажник, и поиграть в Мату Хари, как мне советовал Тео.
Но я не пойду с ним в постель. Ни за что.
С лейтенантом Марковым я думала, что буду навечно заперта в теле Великой Княжны, и из-за этого я действовала по-своему, а не так, как должна была она. И я всегда знала, что Великая Княжна любила его, и, если бы у неё была возможность, она бы провела одну ночь с ним, и это был бы её выбор. Но эта Маргарет ещё не влюблена в Пола, и я не буду заниматься сексом с тем, с кем бы она не стала.
Даже поцелуй — это переход через грань. Этой Маргарет это бы не понравилось, и я поклялась, что никогда не украду первый поцелуй между Маргарет и её Полом. Но это не одно и то же, необходимость, а не только желание. Следуя этому плану, я могу убрать Жар-птицу в сумочку, чтобы он не заметил, целоваться с Полом до зари, а потом поискать информацию о лаборатории, когда он уснёт. Это умное решение, говорю я себе. Тактически верное.
Так и есть. Но я не могу отрицать, что так сильно хочу быть с Полом, что мне почти больно. Если бы я могла просто прижаться к нему, чувствовать его рядом со мной, то на какое-то время я бы не боялась за него. Рядом с Полом я чувствую себя сильной. Целостной.
И мой Пол внутри него — осколок его души.
— Мой отель не так далеко, — тихо говорю я. — Но думаю, что твоя квартира ближе.
Пол останавливается как вкопанный, явно поражённый.
— Я… — почти весело наблюдать, как он пытается подобрать слова. — Ты уверена?
— Я имею в виду… я не могу остаться на ночь. Пока нет. Но я бы хотела побыть с тобой ещё немного, если не возражаешь.
Бывают действительно неприятные парни, которые полагают, что девушка может пойти к парню домой ради чего-то кроме секса, и не постесняются воспользоваться ситуацией за закрытыми дверями. Но Пол не такой, ни в этом мире и ни в одном другом.
— Как пожелаешь.
Я смотрю в его глаза, и надежда, которую я там вижу, когтями раздирает меня. Если бы я только могла сделать так, чтобы он не узнал правду о сегодняшнем вечере.
Пол медлит, потом говорит:
— Это всё ради… мести?
— Мести? — я хочу отомстить Ватту Конли, но откуда Полу это известно?
Я понимаю, когда Пол продолжает:
— Рядовому Беку. За то, что оставил тебя одну в городе.
— Ох! Нет, дело не в этом, — поверит ли он в это? Поверила бы я? — Может быть, поэтому я позвонила тебе. Но я не из-за этого очень хорошо провела сегодня время и не из-за этого хочу остаться.
— Я бы не хотел, чтобы ты сделала что-то, о чём пожалеешь.
Пол, тебе точно нужно быть джентльменом именно сейчас?
— Не пожалею.
— Просто… — он делает глубокий вдох, взвешивая слова, которые собирается сказать. — Знаешь, когда ты мне начала нравиться?
Я не должна этого слышать. Это должна слышать только другая Маргарет. Пол не должен говорить это вслух тому, кто его обманывает. Но я не могу попросить его остановиться.
Он принимает моё молчание за разрешение продолжать.
— Помнишь ангар в Мирамаре, который мы использовали в качестве временной лаборатории? Цемент и голое железо. Я обычно не обращаю внимание на обстановку, но это место нагоняло на меня тоску.
— Это нагнало бы тоску на кого угодно, — говорю я, потому что это кажется правдой.
Пол улыбается.
— Но там было одно незакрашенное окно, помнишь? Где разбитые стёкла много раз заклеивали?
Я киваю, думая, почему Пол запомнил старое окно.
— Ты, наверное, не помнишь, но был день, в самом начале, когда мы убирали ангар и готовили его, вместе с тобой и Джози, в тот день я увидел тебя, стоящей и смотрящей вверх. Я спросил, на что ты смотришь, и ты сказала, на свет. Ты сказала мне понаблюдать за игрой света.
Выражение лица Пола совершенно изменилось, когда он рассказывал эту историю. Неловкость ушла, как будто что-то разгоралось внутри него.
Он продолжает:
— Лучи света проходили под крышей ангара. Ты сказала, что это было прекрасно, что ты хочешь однажды нарисовать это. Всё время, пока мы работали в ангаре, я не забывал смотреть на свет. Иногда мне казалось, что это просто единственный лучик радости, который был у меня. И я думал, если Маргарет смогла найти что-то прекрасное даже здесь, она сможет сделать прекрасным каждый день.
— Это совершенно поразительно.
— Я всегда думал, что если расскажу это тебе, то ты посмеёшься надо мной, — изогнутая улыбка Пола режет меня насквозь.
Наклоняясь ближе, я качаю головой.
— Я никогда бы не стала смеяться над такими прекрасными словами.
— Маргарет, — бормочет Пол благоговейным голосом, его пальцы скользят по моему подбородку, поднимая моё лицо к нему.
Его рот накрывает мой, сильный и тёплый. Все голоса внутри меня, виноватый, беспокойный, неуверенный, замолкают. В моей голове нет больше места ни для чего, кроме него.
Я так по тебе скучала. Мои руки сжимаются на лацканах его форменного пиджака. Он притягивает меня в свои объятия и поцелуй становится глубже, и я чувствую безопасность и успокоение, которое приходит ко мне только тогда, когда я в его объятиях. Вокруг нас ночь такая тихая, что я слышу, как у него перехватывает дыхание, тихий звук удовольствия, когда мы сплетаемся в объятиях. Он проводит рукой по моему плечу, пальцы скользят по моей шее. В любую секунду он прижмет меня спиной к ближайшему зданию, и я хочу этого.
Но вместо этого он продолжает ласкать мою шею, и это так благородно, и мило, и иронично, что от этого я только сильнее хочу его…