Страница 80 из 223
______________
* Опытных воров, атаманов (жарг.).
** За и против (лат.).
Мое тело - тело бело
Разгуляться захотело...
- отхватывали сиплые детские голосенки в отдельной, непроходной комнате, когда за порог ее ступили Пров Викулыч и компания Фомушки.
Опрокинутые стулья, чайный прибор, пивные бутылки и водка служили признаками оргии, происходившей в этом уголке. С десяток мальчишек, от десяти до пятнадцатилетнего возраста, в разнокалиберных костюмах, наполняли небольшую горницу. Некоторые из них были положительно пьяны. Посредине происходила пляска. Двенадцатилетний мальчик отхватывал вприсядку трепака перед женщиной, еще молодой и даже недурной когда-то, на которой однако уже неизгладимо лежало отталкивающее клеймо разврата. Ее испитое, горящее хмельным румянцем лицо вполне гармонировало с такими же испитыми лицами мальчишек. Подле танцующей пары ухарски восседал на табурете один взрослый и своими восклицаниями поощрял безобразную пляску.
- Цыц, вы, чертенята! Брысь под печку! - топнул на них Пров Викулыч. У добрых людей пятница, а они срамные песни орут!
- Беса плясовицею и скаканием тешат! - промолвил от себя богобоязненный Фомушка.
Ребятишки немного притихли, взрослый почтительно привстал с табурета, плясунья удалилась за двери даже с некоторой робостью, потому что Пров Викулыч баб не любил.
- Что у вас за кагал тут жидовский? - несколько благосклоннее спросил он, с достоинством рассевшись на диване.
- А вот - звонков* обучаю... Хотите - икзамет можно сделать? - с улыбкой отозвался взрослый, красивый парень лет двадцати пяти, в камлотовом пиджаке.
______________
* Учеников мошенников (жарг.).
- Не "икзамет", а экзамен, слово греческое, - докторально-педантически и совсем уже благосклонно поправил патриарх, любивший иногда щегольнуть своим знанием и начитанностью.
Камлотовый пиджак, сознавая ученое превосходство патриарха, скромно ухмыльнулся и провел рукой под носом.
- Ну, делай, пожалуй; а я погляжу, да вот с добрыми людьми покалякаю, согласился старик, приглашая компанию Фомушки подсесть к дивану.
Фомушка "сделал уважение" ему рюмкой мадеры, которою всегда эти господа угощают таких сановитых людей и которую очень любил Викулыч, хотя сначала и отказывался пригубить по случаю пятницы. Затем, представя ему Зеленькова, Фомушка вполголоса приступил к изложению задуманного дела с Морденкой, а камлотовый пиджак начал экзамен.
Он поставил табурет посредине комнаты и вынул из кармана ременный жгут.
- Вы, новички, слушай! - обратился он к трем мальчикам, из которых один, бледный, худощавый ребенок лет десяти, стоял позади всех у окна и не то со страхом, не то с удивлением глядел на все происходившее в этой комнате.
Видно было, что он дичился, что все это казалось ему странным и чем-то новым, невиданным.
- Слушай! - повторил камлотовый пиджак. - Вот Сенька будет у меня форточничать, а вы - чур! - глядеть да учиться! Когда, значит, пойдем на работу и случится при эфтим деле в форточку пролезть, так надо, чтоб было аккуратно и без шуму. А коли нашумим, ребятки, так березовой каши в части похлебаем! Ну, Сенька, полезай! - скомандовал он плясавшему мальчишке. - Да гляди у меня, пострел: буде чуточку только сдвинешь табурет - жгут!
Сенька скинул сюртучонок и ловко полез между ножками и нижней перекладиной табурета. Камлотовый пиджак - жгут наготове - в наблюдательной позе стал над мальчишкой.
Сдвинул.
Раздался удар по спине и крик, слившийся со смехом мальчишек.
- Ах ты, девчонка!.. Он еще голосить тут вздумал!
- Да ведь больно... не приноровишься сразу... - простонал со слезами на глазах пролаза, вскочив на ноги.
- Затем и бьют, чтоб было больно, - пояснил ментор. - Даст бог, на Конной попадешься к Кирюшке* в лапы - еще больнее будет - значит, с младости приучаться надо.
______________
* Кирюшка - палач, некогда бывший в Петербурге. Его имя вделалось синонимом палача.
Мальчик, убежденный этим аргументом, полез опять и опять сдвинул на полвершка табуретку. Новый, еще сильнейший удар, но на этот раз уже ни малейшего крика.
- Молодец!.. Валяй сызнова, да делай начистоту! - ободряет ментор - и ученик его с изумительною ловкостью пролезает наконец между ножек - туда головой, а потом обратно ногами - ни на одну линию не сдвинув табуретки.
- Молодец, Сенька! ай да молодец! - восклицает ментор, приходя в истинный восторг. - Пошел, налей себе стакан водки в награду.
Пров Викулыч слушает Фомушку с компанией и в то же время, самодовольно поглаживая свою прекрасную бороду, с благоволивой улыбкой смотрит на искусство юного Сеньки. Одно только не совсем-то нравится ему: "Зачем мальчуга водку дует? - потому: пятница, и опять же нравственности ущерб, хотя, с другой стороны, трудно и не испивать в этаком положении". Так рассуждает Пров Викулыч, а камлотовый пиджак уже представляет на его благоусмотрение новые плоды своей ланкастерско-педагогической деятельности. Он сел на табурет, положил к себе в карман довольно узких панталон кошелек с деньгами и кликнул нового мальчишку.
- Начинаю! - сказал мальчишка и, немного засучив рукав, осторожно запустил пальцы в карман учителя.
Через минуту он подал ему кошелек.
- Ну, брат, чистота!.. Вот уж подлинно, можно сказать, золотая тырка*, - изумился ментор, - гляди-ко, корт, без ошмалашу**, прямо полез, да еще говорит: "Начинаю", и хошь бы чуточку трекнул***... И знаю ведь, что тащит, бестия, а хошь убей - ничего не слыхал!..
______________
* Очень удачное воровство (жарг.).
** Ощупки (жарг.).
*** Неосторожно толкнул жертву во время кражи (жарг.).
- Чисто! очень чисто! - похвалил Пров Викулыч, который успел уже выслушать план задуманного дела и дать надлежащий добрый совет, сущность которого читатели узнают в надлежащем месте.
- Первый хороший праздник, - сказал камлотовый пиджак молодому воришке, - я тебя беру с собой в Казанский. Это - словно бы уж и не жулик, а целый маз выходит. П-шел, собака, выпей водки!
- Клугин! - обратился Сенька к своему ментору. - Скажи Прову Викулычу, что мы нынче новичка привели.
Клугин вывел из толпы бледного ребенка в пестрядинном халате, того самого, который озирался на все с робким изумлением, и подвел его к патриарху.