Страница 59 из 67
Оба Спендер и Диана замирают на месте, смотря на него с открытыми ртами. Диана первой справляется с потрясением.
- Но… конечно же, ты обещал, Фокс! – настаивает она. – Так было решено, еще когда мы были детьми!
- Ты можешь назвать точную дату, когда я попросил твоей руки? – спрашивает он. – Или же день, когда я попросил благословения у твоего отца? У тебя есть копия объявления о помолвке, отправленного в местные газеты?
- Ну, нет, разумеется, но… - Диана, кажется, не в силах подобрать нужные слова. Похоже, ей и в голову не приходило, что у него могут возникнуть возражения. – Это всегда подразумевалось, Фокс! Между обеими нашими семьями!
- Да, мне хорошо известны сделанные на этот счет предположения, - признает он. – Но я спрашиваю тебя о другом: когда я обещал жениться на тебе? Когда я вообще говорил, что намерен это сделать?
- Прекращай этот балаган, - гневно прерывает его Спендер. – Ты прекрасно знаешь, что мы с твоим отцом всегда планировали, что вы поженитесь и объедините наши состояния и деловые предприятия. Это был давний план, и твое внезапное желание изобразить удивление просто абсурдно.
- Я знаю, что вы с отцом планировали, - отвечает на это Малдер. – Но я также знаю, что со мной по этому поводу не советовались, и что я никогда не обещал осуществить этот план. Так что когда я говорю, Диана, что не намерен жениться на тебе, то не нарушаю никаких обещаний.
- Так твой драгоценный Скалли и до тебя добрался, да? – спрашивает Диана, довольно убедительно сумев выдавить из себя несколько слезинок. – Фокс, ты меня знаешь. Когда я вообще проявляла интерес к каким-то политическим темам? Что могло побудить меня подвергнуть мою честь – даже жизнь - опасности из-за того, до чего мне нет никакого дела?
- Ты никогда не интересовалась политикой, верно, - признает Малдер. – Но ты права: я действительно тебя знаю. И я знаю, как тебе ненавистна сама мысль об изменении твоего статус-кво. Тебе нравится, чтобы все в твоей жизни развивалось по определенному сценарию, и когда этому что-то угрожает, ты ни перед чем не остановишься, чтобы убедиться, что все останется именно так, как тебе этого хочется. Мое присоединение к армии Союза нанесло удар по твоему статус-кво. Вероятность того, что однажды тебе, возможно, придется платить слугам, которые делают все, чтобы тебе и пальцем не приходилось шевелить самой, еще больше повлияла бы на твою жизнь, верно? Так что прости, конечно, но у меня не возникает больших трудностей с тем, чтобы поверить, что ты могла заниматься легким шпионажем, чтобы сохранить существующий порядок вещей.
Спендер угрожающе наступает на Малдера.
- А теперь послушай меня, мальчик…
- Скажи мне, - не дав сбить себя с толку, продолжает Малдер, - сколько было твоему другу Алексу, когда родился его сын? – Спендер останавливается, тупо смотря на Малдера. – Его сын, Диана, тот, которого, как ты мне объяснила, он хочет пристроить в офис твоего отца в Калпепере. Сколько было Алексу, когда он стал отцом?
- Я не… что… я… - Диана опять не находит слов, и если бы Малдер не был так зол, то, вероятно, счел бы забавным то, как отчаянно она пытается придумать, что сказать. – Откуда мне знать, Фокс? И какое это имеет значение?
- Большое, - возражает Малдер, - потому что, как я понимаю, твой друг мистер Крайчек не старше меня. Так что я вижу тут только два объяснения: либо Алекс стал отцом этого ребенка, когда еще носил короткие штанишки и играл в «пни жестяную банку»… либо этот его сын вообще не существует, Диана, и ты лгала мне прямо в лицо о вашем разговоре у театра в тот вечер. – Он натянуто ей улыбается. – Ты без труда можешь понять, отчего я нахожу одно из этих объяснений немного более правдоподобным, чем другое.
- Что ты хочешь сказать, Фокс? – слезливо спрашивает Диана.
- Я хочу сказать, что какие бы слухи о тебе ни распространялись, Диана, я в них поверю без труда, - холодно отзывается Малдер. – Особенно, если люди говорят, что ты в течение года пыталась вытянуть из меня информацию о расположении и планах Союзной армии в надежде передать ее своему отцу.
Диана закрывает лицо руками, но это лишь притворство: у нее не получается изобразить фальшивые слезы, и ярость от разоблачения наверняка ее выдаст.
- Мальчик, если ты этого не сделаешь, - рычит Спендер, наступая на Малдера, - если не женишься на моей дочери, если откажешься защитить ее… я обещаю, что ты будешь жалеть об этом до конца своих дней. – Он жестоко усмехается. – Или того, что от них осталось, то есть, могу обещать, всего ничего.
- Я рискну, - холодно отвечает Малдер. – А сейчас, мне кажется, вам уже пора. Лейтенант Томас проводит вас до кордона, а дозорные отведут на безопасное расстояние от лагеря.
- Фокс, пожалуйста, - рыдает Диана. – Ты не можешь так со мной поступить. У меня нет шансов без твоей защиты.
Однако Малдер остается равнодушен к ее мольбам.
- Желаю удачи, Диана, - отвечает он. – Сомневаюсь, что мы еще встретимся.
Спендер выглядит так, словно готов придушить Малдера – его пальцы даже подергиваются, как будто ему отчаянно хочется достать револьвер, который наверняка спрятан у него под пальто – но в конце концов он предпочитает просто схватить Диану за руку и вытолкнуть из палатки. Малдер без сил опускается на раскладной стул и испускает тяжелый вздох.
Полог палатки шуршит, и он слышит тихие шаги, однако не поднимает голову. Нежная рука поглаживает его по голове, замирая на затылке, и, вслепую положив ладони на узкие бедра Скалли, Малдер привлекает ее к себе. Она обвивает его голову руками, прижимая ее к своему животу, и он обнимает ее за талию, делая глубокий вдох и наслаждаясь даруемым ею комфортом.
- Ты в порядке? – спрашивает она, поглаживая его по волосам. Он кивает в ответ.
- Думаю, да, - честно признает он. – Для меня стало облегчением разделаться со всем этим раз и навсегда. – Он чуть отстраняется и заглядывает ей в глаза. – Теперь я чувствую себя свободным. Я могу больше никогда о ней не вспоминать, если захочу.
Скалли не кажется убежденной.
- Ты не думаешь, что она попробует отомстить? – спрашивает она. – Или ее отец? Он выглядел весьма пугающе, когда уходил… и его угрозы были довольно серьезными.
Малдер выгибает бровь.
- Подслушивала, да? – спрашивает он, но явно не злится на нее за это.
- У меня было нехорошее предчувствие по поводу всей этой встречи, - отвечает она, пожимая плечами. – Если кто-то из них хотя бы попробовал напасть на тебя, я хотела быть рядом, чтобы не допустить этого.
Малдер усмехается ей.
- Ничто не помешает тебе броситься на мою защиту, да, Скалли? – спрашивает он, и она нежно ему улыбается.
- Разумеется, нет, - отвечает она и, оглянувшись, чтобы убедиться, что полог палатки опущен и их никто не увидит, наклоняется и целует его в лоб. – У меня личный интерес в том, чтобы сохранить вам жизнь до конца войны, полковник Малдер. И вне зависимости от того, как сильно вы можете пытаться помешать мне, я намерена любой ценой исполнить свой долг.
========== Глава 3 ==========
Март 1864 года
В окрестностях Вашингтона
День, когда в лагерь прибывает гонец, выдается первым по-весеннему теплым. Малдер как раз помогает Скалли и Йоргенсену организовать бейсбольный матч; они обсуждают, как разделить шестнадцать мужчин (ну, пятнадцать мужчин и одну женщину) на команды, когда Скалли внезапно хватает Малдера за руку и широко распахнутыми глазами смотрит на что-то поверх его плеча.
Малдер разворачивается и видит спешащего к ним полковника Скиннера… а позади него Джеймса с пугающе серьезным выражением на лице, выглядящего совершенно не в своей тарелке. Малдер готов поклясться, что его сердце на миг останавливается. Стоящие вокруг мужчины отдают честь Скиннеру, но Малдер едва удостаивает его взглядом, спеша навстречу Джеймсу.
- Что случилось? – спрашивает он у него. – Что происходит?
- Вам надо вернуться домой, мастер Фокс, - говорит Джеймс. – Вашей матери нужно, чтобы вы как можно скорее вернулись.