Страница 26 из 32
- Тирза не поскупилась на всевозможные штучки. Вызвала дух - зовут его вроде Макэндал. Еще были притушенный свет и заклинания. Все это может, однако, производить впечатление, найдутся люди, которых этак можно и напугать
- А вы не испугались?
- Белла меня несколько ошарашила - у нее был такой огромный нож, я боялся, как бы не пойти по стопам петуха в качестве второго жертвоприношения
- А больше вас ничто не устрашило? - настаивала Джинджер
- На меня такие вещи не действуют.
- А почему у вас стал такой обрадованный голос, когда я сказала, что все в порядке?
- Потому что... - я замолчал.
- Да?
- Просто они, то есть Тирза, казалось, так уверены в результатах.
Джинджер издала недоверчивое восклицание и спросила
- Что же мы теперь будем делать? Мне надо здесь остаться еще на недельку-другую?
- Если вы хотите, чтобы я содрал сотню фунтов с мистера Брэдли, то да.
- Сдерете непременно. Вы поживете у Роуды?
- Немного. А потом поеду в Бориемут. Я звоню из дома пастора
- Как миссис Колтроп?
- Великолепно. Я ей, кстати, все рассказал.
- Я это поняла.
- Что думают у вас на работе?
- Что я поехала отдохнуть.
- Никакие подозрительные типы к вам не наведывались?
- Нет. Только фургонщик с молоком, электрик - снимал показания со счетчика, еще одна женщина - она спрашивала, какие патентованные лекарства и косметику я предпочитаю, еще меня просили подписать призыв о запрещении ядерного оружия, и одна женщина приходила за пожертвованиями на слепых.
- С виду все это весьма безобидно, - отметил я
- А чего вы ожидали?
- Сам не знаю.
- Да! Еще был один посетитель, - сказала Джинджер - Ваш приятель доктор Корриган. Очень мил.
- Наверно, его прислал Лежен.
- Он зашел подбодрить соплеменницу. Вперед, клан Корриганов!
Я повесил трубку, успокоенный. Когда я пришел домой, Роуда возилась около террасы со своей собакой - пичкала ее каким-то лекарством.
- Ветеринар только что ушел, - сказала Роуда. - Велел выводить у собаки глистов. Спокойно, Шейла, не вертись. От этого лекарства у них выпадает шерсть. Остаются проплешины, но потом они зарастут.
Я предложил Роуде помощь, получил отказ, обрадовался и снова отправился бродить.
Глава XIX
РАССКАЗЫВАЕТ МАРК ИСТЕРБРУК
1
На следующее утро я позвонил Джинджер и сказал, что переезжаю завтра в Борнемут.
- Я нашел чудесный маленький отель, называется почему-то "Олений Парк". В нем есть удобный выход, которым никто не пользуется. Я смогу через него незаметно прокрадываться и приезжать к вам в Лондон.
- Лучше не надо, по-моему. Но должна сказать, это было бы здорово. Так здесь тоскливо одной. Не представляете!
Неожиданно я почувствовал неладное.
- Джинджер! Что это у вас какой голос - не такой, как всегда...
- Да нет, я в полном порядке. Не волнуйтесь.
- А почему такой голос?
- Просто у меня начинается небольшая ангина.
- Джинджер!
- Слушайте, Марк, кто угодно может заболеть ангиной. Я, кажется, простудилась. Или легкий грипп.
- Грипп? Послушайте, скажите правду, что с вами?
- Да не волнуйтесь. Все прекрасно.
- А почему вы сказали про грипп?
- Понимаете: Ну, как-то всю меня ломит, и вообще...
- Температура?
- Ну, может, совсем невысокая...
Я сел, и меня охватило страшное леденящее чувство. Я испугался. И я понимал, что Джинджер ни за что не признается, ей тоже страшно.
Она снова заговорила простуженным голосом.
- Марк, без паники. Нет никаких причин.
- Может, и нет. Но мы должны срочно принять меры. Позовите своего врача. Сейчас же.
- Ладно. Только он будет недоволен, что я его тревожу по пустякам.
- Не важно. Позовите. И потом звоните мне.
Я положил трубку и долго сидел, уставившись на телефон. Только не поддаваться. В такое время года повсюду грипп. Может, это легкая простуда. Я вспоминал Сибил в ее павлиньем наряде. Повелительный голос Тирзы... Беллу с петушком в руках. Вздор, какой вздор... Конечно, это суеверный вздор. Но аппарат - я почему-то не мог отделаться от мысли об этом аппарате. Аппарат - это уже не суеверие, это наука. Но неужели такое возможно, неужели?
Миссис Колтроп нашла меня у телефона - я так и не мог сдвинуться с места.
- Что случилось? - тотчас же спросила она.
- Джинджер заболела.
Я хотел услышать, что все это ерунда. Я хотел, чтобы она меня разубедила. Но она только сказала:
- Дело скверное.
- Но ведь это невозможно.
- Они своего добиваются, - сказала миссис Колтроп. - И надо смотреть правде в глаза. В чем-то они и шарлатанят. Создают необходимую атмосферу. Но за этим шарлатанством прячется нечто реальное.
- Вроде радиоактивных лучей?
- Наверно. Все время делаются новые открытия, а у Тирзы отец был физик.
- Но в чем же все-таки дело? Наверно, этот чертов аппарат. Надо его осмотреть. Может, полиция?
- Полиция не будет делать обыск на таких основаниях.
- А что, если я проберусь к Тирзе и разобью этот чертов ящик?
Миссис Колтроп покачала головой.
- Вред уже причинен, и причинен, если это так, в тот самый вечер.
Я уронил голову на руки и застонал.
- Зачем я только ввязался в эту жуткую историю!
Миссис Колтроп ответила очень твердо:
- У вас были благородные побуждения. А что сделано, то сделано. Скоро, наверно, Джинджер позвонит Роуде и расскажет, что говорит доктор...
Я понял намек.
- Ну, тогда я пошел.
И вдруг миссис Колтроп воскликнула:
- Как мы глупо себя ведем! Шарлатанство! Верим в шарлатанство! Хочешь не хочешь, а мы воспринимаем его так, как это нужно им.
Возможно, она была права. Но я уже ничего не мог с собой поделать. Джинджер позвонила через два часа.
- Врач был, - сказала она. - Удивлялся чему-то, но потом решил грипп. Сейчас все кругом болеют. Велел мне лежать, сам пришлет лекарства. Температура поднялась. Но ведь при гриппе всегда температура?
Сквозь привычный задор в голосе Джинджер слышались тоскливые нотки.
- Вы скоро поправитесь, - отвечал я уныло. - Слышите? Скоро поправитесь! Очень вам плохо?
- Ну... лихорадит, всю ломит, все болит, ноги, руки. И такой жар...
- Это от температуры, дорогая моя. Слушайте, я сейчас приеду. Сейчас же. И не возражайте.