Поверь

Третьим взялся за лук Алексиарес. Оставаясь в не самом хорошем расположении духа, он резко натянул тетиву, раздался тихий треск, по деревянной части лука поползла тоненькая трещина. Геракл нахмурился, наблюдая за сыном. Многим было заметно неудовольствие старшего брата по поводу использования арбалетов. Алексиарес прицелился, почти до упора натягивая тетиву, резко и мгновенно выпуская стрелу. До результата Эрика ему не хватило всего лишь сантиметра. Геракл нахмурился. Мрачный Алексиарес вернулся к брату и сестре.

- Алекс, - робко обратилась к нему Амая. – Все нормально, ты просто давно не стрелял из обычного лука, - она взяла его под руку, улыбаясь. – Ты все равно самый лучший.

- Поверь ей, она лучше знает, - хмыкнул Аникет, хлопнув брата по плечу. И старший усмехнулся, глядя на них.

Следующим в программе состязаний был спарринг на мечах. Амая нервничала, сплетая, расплетая пальцы. До этого момента она тренировалась только с отцом и братьями, а сейчас должна была выступить против незнакомого бойца. Девочка неуверенно вышла в центр круга, образованного собравшимися. Она успела сменить торжественный белоснежный хитон на боевой доспех, вместе с которыми одевались черные приталенные брюки и удобные, кожаные сапоги до середины голени, и сейчас нервно терла наручи на запястьях. Напротив нее стоял высокий парень с взлохмаченными каштановыми волосами и шрамами на лице. Он явно силен, а пара передних зубов выбита. Судя по татуировке на плече, он – сын Ареса из Лагеря полукровок.

- Не волнуйся, ты с ним справишься, - раздался мягкий женский голос над ухом; Геба покинула ряды зрителей, чтобы поддержать свою дочь. – Твой меч…

- Он со мной, - отозвалась Амая, показывая на кольцо на среднем пальце левой руки.

- Тогда удачи! – громче и звонче произнесла Геба, отходя к зрителям, к мужу. Геракл кивнул Амае.

Девочка подошла к корзине с оружием, стоящей в середине, принялась долго выбирать оружие. Ее противник засмеялся.

- Давай быстрее, мне все равно, с чем ты будешь, победа моя! – улыбнулся он кривыми зубами.

Амая, не замечая его реплик, склонилась над корзиной.

- Что она… - удивленно протянула Аннабет. Грянул гонг, означающий начало поединка. Сын Ареса бросился к Амае, замахнулся своим огромным мечом, направляя удар девочке в голову. Мелькнула белая вспышка, в ее руке материализовался меч, которым она парировала его атаку. Личное оружие Амаи. Она даже принимала участие в его ковке, помогая с охлаждением металла и раздуванием огня. Меч из небесной бронзы больше напоминал древнегреческий ксифос. Это прямой, обоюдоострый меч, лишь острие у него было выражено несильно, длиной чуть больше восьмидесяти сантиметров. Рукоятка обмотана лентами из черной ткани, чтобы на руках не было мозолей.

- Черт, - скрипнул зубами ее противник по имени Джо, отскакивая. Амая резко перешла в нападение, нанося рубящий удар сбоку. Мечи сошлись с резким ужасающим звоном, девочка взялась за свое оружие двумя руками, увеличивая силу. Сыну Ареса пришлось отойти. Его руки дрожали.

- Что за… - не успел он задать вопрос, как Амая вновь оказалась рядом с ним и нанесла удар сверху. Парень осел, держа меч над головой, пытаясь удержать атаку. Не получилось, и он откатился, едва не выронив меч. Джо подскочил, более-менее крепко держась на ногах. И на него обрушилась новая атака, Амая нанесла резкий и сильный удар по мечу. Она не надеялась пробить его доспех, но ей нужно было, чтобы он открыл грудь. И верно, рука с мечом отлетела, по всем суставам яркой вспышкой прошла колющая боль. Колющий удар в плечо – и противник временно нейтрализован, повержен на одно колено, изрыгает проклятия.

Амая отходит, переводя дух. Руку, которая держит меч, сводит от боли, а пальцы буквально немеют. Пост-эффект от ран, его не залечить амброзией или нектаром. Это проходит спустя несколько дней. А она сражается спустя несколько часов. Джо поднимается на ноги, встряхнув руку, держащую меч.

- Пора заканчивать, - тихо произносит Амая, удобнее перехватывая меч. Она молниеносно приближается к противнику, набалдашником рукояти наносит удар по ключице, ее же с разворота бьет в раненое плечо и пинает в живот. Джо падает на землю, меч вылетает из его руки.

Раздается второй удар гонга и аплодисменты. Победа за Амаей.

Девочка покидает круг и быстро стаскивает наручи, шевеля посиневшими пальцами. Там, в поединке, она не чувствовала ничего, кроме желания победить. Сейчас снова навалилось все то волнение и страх, что были до начала состязания. Геба подошла к дочери раньше, чем ее братья, обняла, успокаивая. Амая прижалась матери, повернув голову, она посмотрела на толпу ошарашенных полукровок. Парень, с которым она танцевала, Лука, выглядел менее удивленным. Похоже, ему понравилось «представление».

Амая пока не сменила доспехи на хитон и стояла рядом с матерью, провожая в патруль Геракла с сыновьями. Мрачный Алексиарес стоял в сторонке, о чем-то разговаривая с Эос. Богиня улыбалась парню, явно убеждая его в том, что его выступление было отменным. Наконец, они пришли к соглашению, Эос поцеловала его в щеку на прощание и отошла. Махнув присутствующим дамам рукой, патруль, в который взяли нескольких полукровок, направился к границам.

- Суть в том, - по дороге объяснил Геракл. – Что даже в защите Олимпа есть свои слабые места, так называемые черные дыры. И они каждый раз появляются в новых местах. Их надо искать. Это очень утомительно.

Лука и еще два человека из домика Афины кивнули. Они прошли по лесу к небольшой опушке.

- Пока не натыкались, - протянул Аникет, оглядывая лес. Его копья – одно длинное, другое чуть меньше – висели за спиной.

Они уже почти пересекли опушку, когда в воздухе проявилась трещина, и на опушке появились две адские гончие. Рыча, они бросились на патруль.

- Это уже что-то новенькое, - фыркнул Алексиарес, направляя на гончую оба арбалета и стреляя. Две стрелы попали ей в голову, куда следом вонзилось короткое копье. Гончая рассыпалась, но вместо нее залетела фурия, и Гераклу вместе с сыновьями пришлось ее взять на себя. Лука и два парня остались один на один с гончей. Пока Кастеллану удавалось отгонять ее от своих товарищей, но он понимал, что долго не продержится. Гончая оказалась слишком ловкой, он смог ранить только ее лапу вскользь. И эта псина не обращала на царапину никакого внимания. Лука оттолкнул парней, пытавшихся прицелиться из луков, за деревья и приготовился принять последнюю атаку. Но внезапно гончая рухнула на землю, словно кто-то подрубил задние ноги. А длинное копье, вонзившееся в хребет, ее добило. Лука осел на землю и только сейчас ощутил боль в плече.

- Вы целы? – Геба выдернула из земли копье, а Амая убрала меч. – Доченька, помоги ему, а я к Гераклу, - богиня юности бросилась в чащу, где раздавался визг фурии.

- Не шевелись, - Амая присела рядом с Лукой и, отняв его руки от раны, осмотрела ее. Глубокий рваный порез, тянущийся от шеи до плеча, какой могут оставить собачьи когти.

- Черт, когда же она успела… - проговорил Лука, морщась от боли, когда Амая проверяла, не осталось ли чего в ране.

- Отлично, все нормально… - пробурчала себе под нос Амая, доставая из небольшой сумки на поясе кусочек амброзии. Разломав его пополам, она вложила половинку в рот Луке. Тот с трудом проглотил его и расслабился. Тепло разлилось по телу, а рана медленно затянулась. Со стороны леса раздался последний короткий высокий взвизг фурии, и вспышка света мелькнула. Амая оглянулась, облегченно выдохнула и вернулась к Луке, помогла ему подняться.

- Идемте отсюда. Не самая приятная часть экскурсии, - девочка повела их обратно.

========== Глава 3. Память и встреча. ==========

Со дня зимнего солнцестояния прошло полгода. Амае исполнилось пятнадцать, она похорошела и немного изменилась. Формы округлились, и как-то сам взгляд изменился. А сейчас Амая собирала корзину, чтобы навестить одну свою подругу. Была подготовлена обычная одежда: легкое платье длиной до колена, с двумя широкими бретелями бежевого цвета и такая же накидка. В корзину ее мать положила несколько ветвей кипариса и маленький пузырек с водой из источника. К ручке корзинки был привязан тканевый мешочек с драхмами.