Миражи успеха

Анна громогласно фыркнула, выражая своё недовольство: её опять задвинули в тень гениального брата. То ли шовинисты, то ли просто идиоты. Вибрирующий, хриплый голос засмеялся.

— Какое милое своенравное создание, хи-хи-хи.

— Так ты покажешься или нет? — Миллер-младшая теряла терпение, оглядываясь. Амос тоже начинал нервничать, но пока не вступал в перепалку с Первородным Носферату, который прячется в тенях.

— Как ты можешь знать, что я вообще здесь? — Гэри с довольной интонацией растягивал гласные в последнем слове.

— Так может поговорим лицом к лицу?!

— Но я здесь! А может, за твоей спиной, подкрадываюсь в ночи, пряча нож в складках сюртука… И ты не спрячешь свой всепоглощающий страх в голосе, я чувствую его…

— Не ври, я не боюсь! — Анне оставалось только сжать кулаки и капризно топнуть ногой. — И к тому же, мы здесь, чтобы узнать об Анкарском саркофаге.

— О, ну, конечно. И я с самого вашего первого шага знал, что вы работаете на Князя. Кого ещё он мог отправить на подобное дело…

— О, чёрт, почему мы тогда вообще теряем время на разговоры?

— Но я люблю слушать, как звучит мой голос. К тому же, не всегда у меня есть возможность принять посетителей со всей, так сказать, любезностью.

Амос закатил глаза. Затем внимательно оглядел пещеру и проговорил, чуть повысив голос:

— Так покажись уже, у нас не так много времени.

— О, а ты уверен, что хочешь узреть моё отражение в своей подкорке? Хочешь, чтобы я стал твоим кошмаром?

Анна фыркнула ещё громче.

— Да ладно, мы тебя уже видели на заседании у Князя, хватит разыгрывать спектакль!

— Вот как… — Гэри чуть понизил тон. — Так будь осторожнее со своими желаниями, дорогая… Сзади!

Анна рывком разворачивается, а рука уже занесена для удара. Амос чудом успевает перехватить кулак сестры до того, как он бы впечатался в нос или скулу Голдена, а то и просто в камень. Первородный Носферату не может сдержать смешок, глядя на разворачивающуюся перед ним картину.

— Великолепный Гэри Голден? — саркастично вопрошает Амос, сжимая плечи сестры и прижимая её к груди.

— Именно! Так приятно общаться со знающей молодёжью, — Гэри склоняет голову в шуточном приветствии. — Однако, столько воды утекло с момента выхода, ну, например, «Tap Hotel», так что остался просто Гэри.

— Великолепно, — скалит зубы Анна, но не спешит вырываться из рук брата. Ей так спокойнее. — Так где саркофаг?

— О, где же, где же он спрятался, куда подевался? Суматоха вокруг него так утомляет. Но почему же я должен вам дать информацию?

— «Потому что я тебе нравлюсь», — чуть не ляпнула Анна. — Мы уничтожили созданий Цимисхи в канализации.

— О, мои герои! Не только вы… Но допустим, что это будет равноценный обмен, — интонация Гэри явно показывала, что он в курсе всего, что творится в его владениях, и засчитывает в копилку неонатов все их достижения вместе с помощью соклановцам. — Или почти равноценный.

Анна чувствовала нарастающее раздражение. Все окружающие вампиры считают их бесполезными, неопытными юнцами, которые годятся только для того, чтобы посылать на всякие, ничего не значащие миссии. А ещё для третьесортных шуточек, и прочих нелицеприятных действий. Её изнутри сжигало желание запрыгнуть на Голдена, обхватив за пояс ногами, и расцарапать всё лицо. Чтобы больше не…

— Небольшая просьба о помощи. Совсем крошечная, — Гэри обворожительно улыбнулся, демонстрируя ладонями «размер просьбы». — В Чайнатауне пропал один из моих подопечных, Баррабус. Вернете малыша на родину — и считайте, что саркофаг у вас в кармане.

Амос и Анна почти синхронно кивнули. В конце концов, что может быть проще, найти Носферату… А нет, поиски Носферату для них могут обернуться огромными проблемами. Поняв, что назад дороги нет, они через проход в комнате Гэри выбрались на Голливудское кладбище.

Месть. Отравляющее чувство мести заполняет всю душу, вытесняя любые другие эмоции. Всё ради неё, всё положить на её алтарь, лишь бы достичь конечной цели. Наблюдательная позиция, на которой пришлось оказаться в самом начале спектакля, больше не приносит выгоды. Пора брать кукол в свои руки, выворачивать их конечности, направлять по нужным дорожкам.

Тугой узел с шипами медленно ворочается в груди, с каждым движением причиняя сильную боль. Виновные должны быть наказаны. Те, кто нарушают мировой порядок и угрожают невинным, должны быть наказаны. Те, кто на ведьмину смерть отправляет невиновных ни в чем людей, являющихся мерзкой помехой, должен следом за ними отправиться на костёр! Но здесь случилась небольшая осечка в плане — куклы повели себя иначе. А восстановление контроля даётся всё труднее… Нельзя отвлекаться от великой миссии.

Что такое любовь? Слабость или сила? Слабость и сила одновременно? И считается, что она способна победить месть. Но нет, не в этом сценарии, и кажется, в целом миф о любви и её силе до неприличия неправдоподобен. Когда твоя душа утопает в мести, как в чёрной болотистой жиже, никакая любовь её не спасёт. Да и какая любовь у неживых существ? Только извращённая, пропитанная низменными чувствами, и только ими. Вряд ли их история станет исключением.

Однако же необходимо вмешаться, пока нить собственноручно созданного сценария не оборвалась и не превратила чётко организованный театр в хаос. Ещё не время дергать за этот рычаг, сумятица распространится, выйдет за установленные пределы. Нет, это то, чего нельзя допустить ни в коем случае. Если и возникнет неразбериха среди актеров-вампиров, то только та, которую она сможет контролировать.

Князь. Он самый первый почувствовал игру. Он начал выгодную игру. Но она перехватила фигуры. И князь утонет в собственной кипящей крови.

Получив от Митника камеры, которые были спрятаны в почтовом ящике их квартиры, Анна ознакомилась с приложенной запиской. В ней говорилось, что для нормальной работы сети необходимо активировать четыре сервера в четырех районах: Санта-Монике, Даунтауне, Голливуде и Чайнатауне. Посовещавшись, Миллеры решили, что быстрее всего будет привлечь к делу Мадлин и Ральфа, дабы каждый выбрал себе район и работал в нём. Крафт и Вернер, услышав о плане, его поддержали. К тому же для Бруха затянувшееся безделье было смерти подобно.

— Итак, Анна берёт на себя «Megahurtz Computing» в Санта-Монике, — Ральф, приняв позицию лидера, принялся распределять роли. — Я отправлюсь в Даунтаун в «Nocturne». Думаю, у Князя ко мне вопросов не возникнет. Мадди, тебе достаётся «Metalhead Industries» в Голливуде, держи ключ. И Амос, на тебе Чайнатаун, «Kamikazi Zen» соответственно. Вопросы, пожелания, возражения? Не имеются. Тогда после этого встречаемся в Чайнатауне.

Поначалу Анна была довольна выбором локации. В Санта-Монике выдалась спокойная ночь, по улицам гуляло, буквально, полтора человека, а почти все камеры находились на плановом ремонте. Не скрываясь, Миллер-младшая двинулась в «Megahurtz Computing», доставая из кармана кенгурушки ключ-карту. Проведя магнитной лентой, введя код, она беспрепятственно прошла в здание и даже разочарованно фыркнула.

— Ни тебе охраны, ни рассерженного сторожа. Так даже не интересно, — пробурчала девушка, проходя по длинному коридору. Однако сюрпризы ждали впереди. Ни одна из дверей не открывалась, и даже отмычки оказались бессильны. Чертыхаясь, Анна поднялась с корточек и огляделась. И заметила уходящие под потолок провода.

— Значит, нужно электричество…

Все провода вели в одну комнату, как и следовало ожидать, запертую.

— Интересно, хозяева сильно расстроятся, если одну из дверей я всё же выбью? Неужели все помещения заперли… Как же они тогда сами проходят?

Ругаясь, Анна облокотилась на одну из дверей, и в следующий момент, громко и грязно ругаясь, ввалилась в комнату, представлявшей собой комнату отдыха: холодильник, диванчики, стол и микроволновка с гарнитуром у стены.

— Прекрасно, — отряхнувшись, Анна поднялась на ноги. И её взгляд тут же уперся в вентиляционный проход под потолком. — А вот это уже гораздо лучше!