Миражи успеха

— Интересно, — Россен отложила телефон и присмотрелась к фотографиям. — А что, если открыли его снаружи и сымитировали эту сцену? Но кому это нужно и зачем? Посмотреть на мумию… Хотя, нет, это бред.

Анеса уже открыла следующую папку, когда телефон зазвонил. Она аж вскрикнула от волнения и едва не выронила его, пока нажимала на кнопку с зелёной трубкой.

— Слушаю!

— Анеса! — голос Князя раздражённо скрипел. — Зайди ко мне сейчас же, у нас проблемы с пожарной сигнализацией.

— А…

Анеса задрала голову к белоснежному потолку, удивлённо глядя на мигающую красную лампочку на устройстве. Похоже, сигнализация сработала, но не было звукового оповещения. Что-то с проводами?

— Иду, Князь.

Они столкнулись в коридоре: Князь буквально выбегал из кабинета одного из подчинённых без сопровождения Шерифа, Анеса только появилась из-за угла. Она успела подбежать к Князю, протягивая к нему руку, когда в вентиляционной шахте послышался стук, а затем прогремел взрыв. ЛаКруа мгновенно окутало ярко-голубое сияние, он подтянул Россен к себе, закрывая от ударной и огненной волны, вырвавшейся из шахты. Вентру-хозяина кабинета, бросившегося к начальнику, подпалило мгновенно, он пару секунд катался по ковру визжа, а затем замер, и со стоном рассыпался в пыль.

— Не успел… — сдавленно прошептала Анеса, прижатая к груди Князя. Но в этот момент у ЛаКруа разжались руки, и Тореадор рухнула на пол. Себастьян припал на одно колено, опираясь на обуглившуюся стену. Свечение Стойкости исчезло, и модный пиджак Князя начал дымиться. Вскрикнув, Россен тут же подскочила на ноги и стащила подпаленный предмет одежды, отшвырнув его в сторону и подхватив ЛаКруа под руку. Со стороны кабинета уже «летел» Шериф.

— Чёртовы смертные работнички, чтоб я ещё раз для их нужд кондиционер и вентиляцию установил, — прохрипел Князь, ослабляя галстук и расстёгивая верхние пуговички рубашки. — Выяснить, что произошло! Немедленно!

Россен кивнула и, отпустив ЛаКруа, бросилась к выходу на пожарную лестницу в противоположном конце коридора. Она чувствовала, что щит Стойкости не смог уберечь её от абсолютно всех повреждений: горела легко подпаленная щека, на слабо подрагивающих руках остались мелкие царапины, а на левом локте красовалась ссадина с ожогом. Ноги отзывались болью с каждым шагом, особенно щиколотки, когда она летела по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

Они встретились на восьмом этаже, в тёмном коридоре возле кафетерия. Один из шабашевской стаи, он утробно взвыл, едва заметив её. Пришли за саркофагом, значит. На секунду в её мыслях возник идеально сложенный паззл. Для Шабаша: в саркофаге — Патриарх, с открытием наступит Геенна, саркофаг надо уничтожить. Поэтому они напали. Ещё неизвестно, какой ад творился на нижних этажах.

Тряхнув головой, Анеса бросилась вперёд. Их разделял пострадавший от огня и пуль стол, явно вылетевший из кафетерия и чудом приземлившийся на четыре ножки аккурат поперёк коридора. Дисциплины она придержала до последнего удара: пусть дикарь думает, что она лишь очередная бесполезная Вентру в коротком сером платье. Перед самым препятствием по телу проходит жар, а окружающая обстановка чуть суживается и расплывается; движения шабашевца становятся медленными, почти размеренными, словно монтажёр фильма применил эффект слоу-мо. Используя руки как опору, Анеса заскочила на стол и тут же выбросила обе ноги вперёд, нанося мощный удар приблизившемуся противнику в грудь; со стороны приём напоминал способ передвижения обезьяны. Шабашита отшвырнуло на пару метров, на пол он упал с хрустом, говорящем о переломах. Анеса спокойно приблизилась к не шевелившемуся оппоненту и, заметив прикреплённые к поясу парные кинжалы, вытащила их, предварительно с брезгливым выражением лица вытерев о куртку. Щиколотки противно заныли, и Россен поняла, что нужно сменить обувь на высоком каблуке. Ещё пару приёмов на шпильках она выполнит, но нужна полная боевая готовность.

Перерезав противнику горло и оставив за собой пепел, Анеса прошла ко входу в кафетерий. В раскуроченном полукруглом помещении, с огромными следами крови на светло-серых стенах и полу, уже никого не было. Когда-то островок спокойствия, с искусственными и живыми цветами в горшках по периметру и бирюзовой барной стойкой с неоновой подсветкой, с вереницей круглых и прямоугольных столиков на подиуме со стойкой и внизу, теперь от былого дзена не осталось и следа. Шкафчики с едой навалились на барную стойку, создавая некоторое подобие укрытия. Использовав Прорицание, она обнаружила скрюченную фигуру, вокруг которой бушевала аура неподдельного ужаса. Выругавшись, Анеса прошла к временному укрытию и, присев на корточки, заглянула в него.

Напуганная до смерти секретарша, серая мышь, неизвестно как оставшаяся в живых. В сером брючном костюмчике и туфлях «Мэри Джейн» с круглыми носами и широким ремешком на подъёме. На небольшой платформе, но это подходило больше, чем самые устойчивые каблуки. Успокаивающе улыбнувшись, Анеса медленно протянула перепуганной женщине руку. Важна точность — замереть на мгновение, сконцентрироваться на рассеивании ауры смертельного ужаса, подавить остатки Присутствием. Женщина перестала дрожать и подалась навстречу Россен.

— Вот так, умничка… — осторожничая, словно с диким животным, Анеса выманивала её. — А теперь отдай мне свои туфли и возьми мои…

Поношенные «Мэри Джейн» с подтёршейся платформой (у кого-то, похоже, плоскостопие) смотрелись позорно убого с её модельным серым платьем. Выбирать, опять же, не приходилось. Оставив растерянную женщину натягивать обувную обновку на ноги, Анеса распрямилась и с сожалением посмотрела на платье. Снизу боковой шов начал расходиться. Ещё раз вздохнув, Анеса поддела пострадавший левый шов кинжалом и пропорола до уровня, где находились кости таза; то же самое она проделала и с правым. Теперь шабашиты ответят ещё за то, что ей пришлось испортить одно из любимых платьев. Оглянувшись на подоспевший вампирский отряд безопасности, Анеса коротко кивнула на выползающую из убежища женщину, а сама вышла из кафетерия.

Они не оставили трупы в кафетерии. Смертных, живых или уже нет, забрали с собой. Возможно, их свалят в кучу для ритуального костра, возможно, утащат в логово, чтобы использовать потом. Нужно выяснить, кто оставался на работе допоздна. Но это после битвы. Анеса раздражённо цокает языком и прокручивает кинжалы в руках. С помощью Прорицания она просматривает коридоры, но пока не видит никого из будущих противников. На пожарной лестнице по другую сторону здания она видит одного из охранников, в отличие от «мыши» он уже мёртв, вероятно, из-за полной потери крови. Закрыв мужчине глаза, Анеса стаскивает с него ремень, который закрепляет у себя на поясе, а к нему зацепляет кобуру с кольтом.

— Бедняга, даже защититься не успел…

Россен снова осматривается, благодаря Прорицанию. Этажом выше она засекает «наблюдательный пункт» охраны, в котором всегда всё наблюдаемое записывается. По лестнице Анеса почти взлетает, благодаря Стремительности и вихрем врывается в пустующее помещение охраны. Она наскоро просматривает камеры, и отмечает, что основная масса напавших сосредоточена на нижних этажах и там же заперта до полного уничтожения боевыми единицами Камарильи. Один из руководителей нападения эвакуировался через окно. Лысая женщина, ценой троих бойцов стаи, прорвалась на верхние этажи.

— Хитрые твари, — прорычала Анеса, переключаясь на верхние этажи. — Паскудник блохастый!

Симус, конечно, кто же ещё! Кто же ещё знал о строительном лифте с торца здания, на котором можно подняться до седьмого этажа. Вот они разбивают окно, вот пробираются в коридор и ловят вышедшую в коридор секретаршу, а сам руководитель убивает одного из охранников. Восьмой-девятый этаж. Нужно проверить.

Из помещения охраны Анеса вылетает также на Стремительности. Заткнув кинжалы за пояс, она меняет их на заряженный кольт. На восьмом этаже располагаются кабинеты, а также небольшой застеклённый балкончик, аккурат над кафетерием. Один из лифтов отсюда ведёт прямо на этаж, где располагается кабинет ЛаКруа.