Миражи успеха

Глендейл. Примерно там же.

Ральф видел, как Аврора, накинув его куртку, двинулась на назначенную встречу, волоча за собой пленника. Сам он, оставшись в рубашке и футболке, с сопящей на плече Мадлин, сидел в переулке, прислонившись к стене. Он смертельно устал. Но ещё ничего не закончилось.

— Мадди, просыпайся, — прошептал он, тронув девушку за плечо. Крафт вцепилась в его предплечье и приподняла голову. — Нам нужно идти.

— Путь к Девятке тернист и труден…

— Знаю, знаю. Но больше прятаться нам негде.

Не сказать, что Ральф был в восторге, когда узнал, где прячется Найнс, но не преминул отметить, что подобного безрассудства можно было ожидать от их «семейки». За ним гоняются те, кто его скелет кинет к ногам Князя, а он прячется в логово тех, кто ненавидит всех вампиров без разбора. Среди оборотней. Великолепно. Вернер боялся, что в следующую ночь он услышит, как в Гриффитс парке разорвали одного вампира в синей рубашке. Но пока что-то оберегало Родригеза от столь бесславной кончины. И теперь ему и Мадлин придётся спрятаться там же.

— Блеск.

— Оставь меня и уходи, — тихо проговорила Мадлин, отпустив его руку. — Я лишь обуза, я утащу тебя за собой, ты погибнешь. Уходи…

— Что?.. — Ральф в недоумении повернулся к Крафт, но та лишь смотрела невидящим взглядом в стену перед собой. — Мадди, что за бред? Всё будет нормально, нам лишь пережить ещё пару ночей, и я уверен, всё сложится удачно.

Крафт бездумно качает головой в ответ на его слова. Тот внезапный проблеск уже тухнет в хитросплетениях безумия в её мыслях, Кардинал снова у руля. Он заставляет её встать и снова взять Вернера за руку. Она больше не управляет безумием. Безумие ведёт её по неустойчивой дорожке.

Ральф бережно перехватывает её за руку и ведёт к фуникулёру через дорогу. Это один из спусков из парка, обычно работающий при большом наплыве посетителей. Заведя девушку в кабинку и усадив на скамейку, Вернер спустился к пульту управления, спрятанном в небольшом домике и запустил электричество. Найдя на панели рычаг, отвечающий за отложенный запуск, он опустил его, затем выставил время на две минуты позже, проверил работу остальных механизмов и присоединился к Мадлин.

Небольшая кабинка бело-зелёного цвета со скрипом сдвинулась с места, когда за вампиром закрылись дверцы, и он сел напротив Крафт. Мимо в окошках проплывал ночной Лос-Анджелес, сверкающий ярко-ярко в безлунную ночь. Знали были люди, какая опасность прячется за этими огнями…

— Пусть они останутся слепы, страх, опутавший город, вскорости погубит его. Мир рухнет, — прошептала Мадлин, коснувшись руки Ральфа.

— Ты права, лучше им не знать всей картины. Знание вряд ли окажется спасительной силой.

В здании станции фуникулёра было пусто и тихо. Ральф с трудом раздвинул двери кабинки, выбрался сам и помог выбраться Мадлин. Обычное деревянное здание со свободным пространством в середине, где обычно находятся кабинки фуникулёра.

Снаружи вокзальчик окружали огромные деревья с густыми кронами. Повсеместно висели таблички, не позволяющие посетителям потеряться в этом буйстве зелени. Ральф лишь наделся, что там, где днём ходят люди, ночью не бродят оборотни. Стоявшая за его спиной Мадлин прикоснулась к дереву, а затем резко подскочила к Вернеру.

— Кто-то крадётся в чаще, я не вижу ни врага, ни друга…

— Прелестно, — проворчал Вернер, хватая вампиршу за руку и уволакивая за собой. Вокруг не было ни одного здания, где можно было спрятаться, не считая хлипкого вокзальчика, который оборотень разнесёт с одного удара. Ральф помнил, что где-то на противоположной стороне располагалась обсерватория… Вот только успеют ли они добраться до неё?

Когда вампиры оказались у небольшого склона, за которым по предположению Ральфа скрывалась обсерватория, их резко окликнули. Ральф был сбит с ног, а Мадлин врезалась в дерево и сползла по нему на землю.

— Охренели?! — шёпотом заорал на них Найнс, нервно сжимая кулаки. Лидер Анархов выглядел загнанным, измотанным и взбешённым. Последнее явно было из-за них, и Ральф, подняв руки в сдающемся жесте, свистящим шёпотом попросил возможности объясниться.

— На нашу квартиру напал Шабаш. Чудо то, что не пострадал никто из смертных, но это жилище теперь даже не жилище, а решето во плоти. Мы долго шли на случай слежки, встретили Ламонта, который тоже вскоре подастся в бега, и решили идти к тебе.

— В бар было бы безопаснее, — сквозь зубы процедил Родригез и, смерив Дитя мрачным взглядом, пошёл поднимать на ноги Мадлин.

— И следом они разнесли бы бар… А так, даже Шабаш сто раз подумает прежде, чем соваться во владения оборотней. Даже если за нами не было слежки…

Ральф с трудом поднялся на ноги и отряхнулся. Рана на плечо недавно затянулась и перестала причинять боль при каждом движении. Хотя голова всё равно немного гудела из-за практически чугунных ударов того бесславно почившего Бруха. Крафт опиралась на локоть Найнса и выглядела… задумчивой?

— Волки уходят, но не в небеса… Они идут бесцельно, тыкаясь носом в землю, что бесполезно… — проговаривает она, поднимая разноцветные глаза на держащего её Найнса. Он чуть приподнял брови, выражая удивление, но всё же хмыкнул.

— Вот оно что… Я слышал о подобном. Среди оборотней есть те, кого они называют метисы и презирают. Если это один из них, и у него проблемы с обонянием, то нам повезло… Если можно так выразиться в нашей ситуации.

Неподалёку послышался протяжный вой. Родригез чертыхнулся и потянул девушку и парня за собой.

— Здесь, совсем рядом, есть расщелина, укроемся в ней на время, а ближе к рассвету постараемся перебраться в обсерваторию. И нет Ральф, если он рядом, мы даже на Стремительности от него не уйдём. За мной.

Даунтаун

Анна сидела на лавке, на безлюдной остановке. Запоздалых прохожих и транспорта в ближайшее время не предвиделось, поэтому Носферату никуда не дёргалась, хотя капюшон не снимала. Фотографию, которую дала ей Лидия, Миллер-младшая спрятала во внутренний карман куртки, когда они перевозили саркофаг. Теперь же она снова вытащила карточку на свет и рассматривала, проводя пальцами по изображению. Несмотря на ту силу и те возможности, которые она получила после Обращения, образ старой жизни, пусть даже затворницы со шрамом, всё ещё терзал сердце. Хотелось вернуться. Возможно, сработай защитный механизм, стирающий память, так, как надо, этих метаний бы не было…

— Поцапалась с братом?

Калеб дружелюбно усмехался и буквально нависал над ней, одетый в безразмерную толстовку с огромным капюшоном. Анна прищурила левый глаз, задумчиво глядя на него сверху вниз, а затем хлопнула по скамейке рядом с собой.

— Я устала от Князя, я больше не хочу…

— Это понятно, сколько он гонял вас к чёрту на рога и в приёмную к самому Дьяволу… Что за фото? — тут же отвлёкся Калеб, перехватив её запястье и притянув руку к себе ближе. Анна попыталась было отдёрнуть, но вампир держал крепко. Она замотала головой, отказываясь говорить, но реакция её уже выдала.

— Это ты, — Калеб мягко улыбнулся. — Красивая. Но откуда фото? И почему ты помнишь?

— Ральф сказал, что это может быть последствие нашего с братом почти одновременного Обращения. Фото мне досталось внезапно, когда саркофаг доставляли. И ни к чему комплименты, я же такой уже не стану, — в конце голос предательски сорвался, и Миллер отворачивается, но Калеб свободной рукой всё равно легко треплет её по голове.

— Внешность — не всегда самое важное в жизни, порой, качества гораздо важнее.

— Тогда у меня провал по всем фронтам! — недовольно фыркнула Анна, с трудом сдерживая улыбку. И он всё ещё удерживает её руку.

— Это не так, — засмеялся Калеб, и Миллер-младшая снова повернулась к нему лицом. — Баррабус ещё пару дней доставал округу хвалебными одами тебе. Он был в полнейшем восторге от того, как ты вынесла дверь и тащила его на себе до выхода. Митник назвал тебя очень способной и талантливой, помнишь, за сколько ты вскрыла ту информационную сеть под его присмотром?