Страница 7 из 47
Клэр хмыкнула:
— Скоро в этом пруду будет слишком много дам. Но я понимаю, что вы имеете в виду, граф. Меня сочтут умершей и не станут преследовать. Но как же мой отец?
— Конечно, он сперва будет думать точно так же, но уверяю вас, мадемуазель, очень недолго. Я непременно сообщу ему о том, что вы живы, обещаю. Но некоторое время все должны думать, что вы утонули. Так что, на это время вы будете находиться под моей защитой. И я могу вам обещать, что сумею позаботиться о вас. Но мне нужны гарантии.
Девушка пару раз моргнула. Ему нужны гарантии. Гарантии чего?
В самом деле, странно. Поступок герцога, о котором граф прожужжал ей уши, не вызывал в ней никакого возмущения, потому что в глубине души она просто не верила в это. Она прекрасно помнила прием и герцога, который действительно оказывал ей внимание. Но похищение! Ради всего святого, зачем? Ведь он считается другом ее отца!
А вот, слова и поведение графа глубоко возмущали девушку, вызывали в ней неприязнь и отторжение.
— Вы говорите о гарантиях? — спросила Клэр вслух, — что за гарантии?
— Я сделаю все это лишь в одном случае, мадемуазель. Вы станете моей женой. Тогда я смогу с полным правом вас оберегать и защищать.
Клэр показалось, что она ослышалась. Он сказал, стать его женой? Она станет его женой? Да ведь это же просто немыслимо! Она станет женой человека, которому вот-вот стукнет пятьдесят, который старше ее отца? Замуж за него?!
— Сударь, — с трудом проговорила Клэр, — что вы сказали? Я должна выйти за вас замуж?
— Да, мадемуазель.
— Но…
— Вы должны были догадаться, что с самого начала возбудили во мне нежную страсть. Я никогда не скрывал этого. Как только я вас увидел, то сразу понял, что это любовь с первого взгляда.
Клэр молчала, не сводя с него глаз и почти не моргая.
— Я помогу вам выбраться отсюда, мадемуазель, я спасу вас от домогательств моего господина, но только при условии, что вы станете моей женой. В противном случае…, - граф не договорил и развел руками.
— Сударь, — выдавила из себя девушка, — то, что вы говорите, столь же отвратительно, что и пресловутые домогательства вашего господина. Вы собираетесь вынудить меня…
— Я не вынуждаю вас, мадемуазель, я всего лишь прошу.
— Просите?!
— Да, прошу. Вы должны понимать, мадемуазель, что став вашим мужем, я сумею оградить вас от любых неприятностей даже в случае, если обман раскроется. Вы будете под защитой бога и церкви, и никто не сумеет принудить вас к чему-либо подобному тому, что происходит сейчас. Это единственный возможный выход из создавшейся ситуации.
Клэр раскрыла рот и снова закрыла его. У нее не было слов. Однако, граф был по-прежнему невозмутим. Он поднялся со своего места и заметил;
— Я не прошу вас ответить мне немедленно, мадемуазель. Я понимаю, что для такого решения вам требуется время и размышления. Только прошу не раздумывать слишком долго. Помните, что мой господин скоро вернется и тогда вас уже ничто не спасет. Подумайте, что замужество со мной принесет вам только выгоду и никакого вреда. Обещаю, что сделаю все возможное, чтобы вы были счастливы.
"Тогда убирайтесь вон и никогда сюда не приходите", — хотелось сказать Клэр, но сказала она совсем другое.
— О, я подумаю.
Он поклонился и повернулся к двери. Собираясь закрыть ее за собой, приостановился и проговорил:
— Ваша служанка может ходить по дому беспрепятственно, мадемуазель. К тому же, я не считаю нужным запирать дверь. Но около нее будет находиться безотлучно человек. Помните, что мне велели как следует вас охранять.
В самом деле, замок на сей раз не щелкнул. Клэр некоторое время смотрела на дверь, потом обернулась к Франсин с неописуемым выражением лица и сказала:
— Делай что хочешь, но найди какой-нибудь выход отсюда. И чем скорее, тем лучше.
Служанка вышла из-за кресла. Выражение лица у нее при этом было ничем не лучше, чем у самой Клэр. На нем застыло изумление и возмущение.
— Не знаю, кто из них хуже, — в сердцах заметила Клэр, — один велел меня похитить и принудить стать его любовницей, а второй вынуждает выйти за него замуж.
— По крайней мере, это законный брак, госпожа, — отозвалась Франсин.
— Хочешь сказать, что это более благородно?
— Нет. Но это более пристойно.
— Это отвратительно. Он меня шантажирует. Ставит меня в такую ситуацию, в которой я просто не могу отказаться от его предложения. Ведь в самом деле, не соглашусь же я на другое!
Клэр размахнулась и бросила платок. Он плавно заскользил по воздуху и упал рядом со стулом, на котором недавно восседал граф.
— Нет, я просто в это не верю. Не верю, и все тут. Похищение, принуждение, насилие… словно я оказалась в каком-то романе. Зачем ему меня похищать? Ну, скажи, зачем?
— Я не знаю, — ответила Франсин, — но люди иногда совершают поступки, которые не укладываются ни в какие рамки.
— Какая гадость! — громкогласно заявила Клэр.
— Госпожа, — укоризненно отозвалась Франсин.
— Не надо делать мне замечания! Я знаю, что это плохое слово и так говорить не следует, но это не что иное, как гадость, отвратительная гадость, мерзость и еще не знаю, что! Вот так.
Служанка остановилась напротив кресла, раздумывая и теребя себя за мочку уха. Потом спросила:
— Но что в таком случае вы собираетесь делать?
— Единственное, что возможно. Я хочу сбежать отсюда.
— Вы слышали, что говорил граф?
— А как же. Конечно, слышала. И что же?
— Нет иного способа отсюда выбраться, кроме того, что предложил вам граф, госпожа. Сами мы не сумеем его осуществить.
— Это почему же? — Клар приподняла брови.
— Для того, чтобы пересечь озеро, нужна лодка. А, как вы уже успели заметить, ее нет поблизости. Возникает вопрос: где именно мы могли бы ее взять?
— Не дерзи, — угрюмо заявила девушка, — сама знаю, что нигде. И переплыть это гадкое озеро тоже нельзя. Но должен же быть другой выход!
Франсин пожала плечами.
— Ты просто думать не хочешь, — разозлилась Клэр, — только и можешь, что плечами пожимать и выдумывать самые различные ужасы. Нет, чтобы мозгами поработать.
— Я думала об этом, госпожа. Но я не нашла ни одного способа побега. Разумеется, кроме того…
— …который предложил граф, — закончила за нее хозяйка язвительно, — как все это отвратительно! Я понимаю, что это верно, но мне это так не нравится!
Она облокотилась на подлокотник кресла, положив голову на руки и глубоко задумалась. Франсин не решилась делать ей замечания, видя, что госпожа и без того достаточно взвинчена. Она решила не мешать ей думать и пока заняться делом. Отнести поднос с грязной посудой и заодно разузнать все, что только можно.
Клэр проводила ее взглядом до двери, потом вдруг вскочила и вскричала:
— А ну-ка, подожди!
Служанка обернулась.
— Да, госпожа?
— А ведь это мысль! Ты правильно решила. Сходи и узнай, что там и как. Вдруг обнаружишь хоть что-нибудь стоящее. Вдруг выйти можно будет через дверь.
Франсин покачала головой.
— Если бы это было возможно, граф непременно запер бы дверь, госпожа.
— Да, ты права, — помрачнела Клэр, — но все же, почему бы и не попытаться?
— Я попробую.
— Тогда ступай.
Служанка вышла и прикрыла за собой дверь. Клэр снова села в кресло с очень мрачным видом. Она прекрасно понимала, что иного выхода из сложившейся ситуации, кроме как побег на лодке через пруд нет. А также она понимала, что Франсин права. Вряд ли, они сумеют выбраться из замка другим путем. Граф сказал, что ее будут тщательно охранять, и это не пустые слова. И не только потому, что так приказал ему его повелитель. Клэр подозревала, что граф Ренье и сам с удовольствием выполнит это условие, чтобы его предполагаемая невеста не сбежала сама раньше времени, лишив его возможности давления. Девушка догадалась об этом почти сразу же и с этого момента перестала доверять графу совершенно. Даже если бы он поклялся ей, что сию же минуту вызволит ее отсюда и отвезет к отцу, не потребовав никакой награды, Клэр не поверила бы.