Страница 113 из 135
— Вы знаете планы Моргана? — Я все еще пытаюсь понять, что, черт возьми, происходит.
— Он хочет объединить всех Инициированных и уничтожить Старейшин.
— Что? Вы серьезно? — Какой абсурд! Это же невозможно! Это же насколько надо быть самоуверенным? Или Морган столь искусный колдун?
— Не искусный. Обыкновенный. Просто отличный стратег! И да, он самоуверенный. В его арсенале уже куча талантливых людей, Савов поставлял ему хорошие дары, к тому же у него Кукольник и Психолог.
Мне было плевать, что говорила Реджина, так как я услышал страшное имя убийцы Мириам, от которого моментально вспыхнула ярость.
— Савов? Он жив?
— Жив? Еще как! Все это время был под крылом у Моргана. Соблазнял девушек на Начале и перетаскивал на сторону Химер.
— Черт возьми, Реджина! Ты так спокойно это говоришь?! Почему никто не обратится в Сенат? Что за бред тут творится? Почему мы молчим? Почему нельзя хоть что-то сделать?
— А с чем мы пойдем, Оденкирк? У нас только слова! Ни одного доказательства!
— А я? А ваши воспоминания?
— Ты? ТЫ НЕ ПОМНИШЬ, ЧТО БЫЛО ПАРУ ДНЕЙ НАЗАД! А хочешь идти в Сенат! Наши воспоминания тоже пустой звук! Слух слухом погоняет. Если бы ты видел воочию, как Морган меняет знак или оживляет Древних, то это уже было бы что-то! Но у нас ни-че-го!
Только сейчас я понимаю, что мы орем друг на друга, что у Реджины появились даже сиплые нотки.
— Хорошо! А она? Мелани! Она же моя девушка! Она любит меня и все равно помогает Моргану? Или ее Химерские наклонности не позволяют помочь нам и сдать своих Сенату?
— А вот сейчас заткнись, Оденкирк. — Зашипела Реджина на меня, приподнявшись со стула. — Иначе пожалеешь. При том я даже руку не приложу, сам себя возненавидишь за такие слова!
И я замолкаю, напуганный Хелмак. Никогда не видел, чтобы она так защищала какую-то Химеру…
— Мелани, и так, претерпела столько всего и еще будет терпеть! И всё это ради тебя, эгоист проклятый. Пока ты тут даже вспомнить ее не пытаешься, она рискует своей шкурой. Не думала, что скажу это, Оденкирк, но ты мне сейчас не нравишься. Я выбираю влюбленного, но человечного Рэйнольда, а не сегодняшнюю машину для охоты за ведьмами.
С этими словами Реджина злобно тушит окурок и выходит из комнаты. Все молчат. Так проходит буря, оставляя после себя немоту у природы. Все в комнате смотрят то на свои ботинки, то на руки, то рассматривают стены — не хотят встретиться со мной взглядом. Черт! Отлично! Все согласны с Хелмак. Всем нужен ванильно-зефирный нюня и слабак Оденкирк, живущий под каблуком у Химеры.
— Да пошли вы все. — Я молча разворачиваюсь и ухожу. Докатились! Саббат защищает Химер: одну на службе у Моргана с Савовым, другую — кормит, обучает и спать укладывает, пока та крысятничает на стороне. Но в итоге, враг — я, потому что не влюблен до соплей в какую девчонку! Если так, то уж лучше никогда не вспоминать эту Мелани, оставаясь верным себе и своим принципам.
Осторожный стук в дверь. Я отрываюсь от разглядывания фотографии, лежа на кровати. Встаю и открываю дверь. На пороге стоит Ева.
— Еще не спишь?
— Нет. — Я откладываю рамку, на которую потратил не один час, пытаясь вспомнить Мелани. Ева тут же замечает, что у меня было в руках. Она осторожно берет в руки фотографию и смотрит.
— Что-нибудь вспомнил?
— Ничего. — Только довел себя размышлениями до головной боли: от отрицания происходящего до попыток понять действия Саббатовцев. И все что я могу сказать это: — Она не похожа на Химеру.
Ева смотрит на Мелани и кивает.
— Она не виновата. Это все Савов…
— Савов?
— Он ее соблазнил, очаровал и перетащил на свою сторону.
— Ублюдок… — Я отворачиваюсь, пытаясь сдержать поднимающийся ядовитый гнев.
— У тебя вообще нет никаких чувств при мысли о ней?
— Как тебе сказать… Мне снился сон, и там действительно чувствовал любовь и нежность. — Я хмыкаю: удивительно, что способен на такое. Значит, я не безнадежен, как считала Мириам. Все-таки сердце во мне есть. Но я продолжаю: — Просто, когда я смотрю на фото, ничего не чувствую. С тем же успехом могу рассматривать картины в музее.
Валльде молчит и, не отрываясь, смотрит на фото и о чем-то думает.
— Ева?
— Ммм?
— Я действительно так сильно изменился из-за Мелани?
— Да. Ты с ней был счастлив.
— Счастлив? — Какой странный отголосок из прошлого. — Она была, как Мириам?
— Нет. И она не была. Она есть! Мелани милая, забавная, в чем-то робкая и неуверенная, и очень самоотверженная. Она ослушалась запрет Сената и спасла Стефана от костра, дав показания.
— Да? — Неужели Стефану грозил костер. Боже! Действительно произошла куча всего. Я еще от информации о предательстве Кевина не отошел, а тут и потерянная любовь, и переворот в мире Инициированных, и что моя девушка Химера, и воскресший Савов. Неудивительно, что я так изменился, что Реджина высказала столь обидное обвинение.
— Химеры, когда искали Мелани, пытались похитить какого-нибудь Инквизитора, подсадить беса и превратить в своего шпиона и того, кто им найдет девушку. Они уже тогда догадывались, что Мелани где-то в Инквизиции. В итоге, вместо Инициированного попалась Мелани, которая была смертной на тот момент. Заклинатель змей не успел завершить обряд, и мы с тобой в Саббате спасали ее от превращения в демона. Это было ужасно! Ее рвало змеей, ты по приказу Артура прикасался к коже девушки специальной заговоренной тряпкой и ее кожа кровоточила.
Еву даже передернуло от воспоминаний.
— Я, наверное, очень был напуган…
— Все были напуганы. Но ты больше всех. Я тебя таким никогда не видела. Ведь на тот момент ты в нее был уже влюблен, а тут стоял вопрос жизни и смерти Мелани. При том, если бы змея не вышла, тебе бы пришлось убить ее.
Ева аккуратно ставит фотографию на тумбочку на моей кровати, а я на мгновение чувствую удовлетворение, что теперь всё на своем месте.
— Где она? Где Мелли? Почему Реджина обвинила меня в эгоизме, сказав, что она рискует ради нас?
— Она у Химер. А завтра попадет в Карцер.
— В Карцер? За что?
— Как я знаю, у нее есть план какой-то. И для этого ей нужно попасть в Сенат.
— Но почему так сложно? — Но догадка тут же пронзает меня: — Она не может обратиться к Архивариусам?
— Да… Ее держат под наблюдением. И сам знаешь, Химеры не могут так просто вызвать Архивариусов, чтобы их Главные не узнали об этом.
— Почему она не обратилась ко мне?
— Потому что она любит тебя, а ты ее забыл. Хотя твоей вины в этом нет — это тебе Морган стер память о ней. И опять же за ней следят…
Я вздыхаю. Наверное, Мелани и вправду нереальная, что она так завоевала мое сердце и сердца других.
— Обещаю тебе, я вспомню её.
— Ты был в её комнате?
— В комнате?
— Да. Через две двери от твоей. Когда Мелани покинула Саббат, ты развернул тут целую войну с Реджиной по поводу того, чтобы она не трогала ее комнату. В итоге, ты запечатал ее спальню.
— Это от нее ключ?
Я достаю из ящика простой ключ, идентичный от моей спальни. Я еще удивлялся, от какой это комнаты.
— Да. Похоже… Хотя я думаю, что если ты глядя на фотографию не вспомнил Мелани, то комната тебе вряд ли чем поможет.
— Но я же обещал ее вспомнить.
Ева стоит за дверью в ожидании меня. Я же, как космонавты, выходящие в открытый космос, погружаюсь в темноту чужой спальни. Нащупываю выключатель, и свет вспыхивает, показывая мне обычную Саббатовскую обстановку. Мелани видно еще не обжилась тут и ничего не поменяла. Даже темно-оранжевое противное кресло, которое все, кто долго живет в Саббате, первым делом выкидывают из своей комнаты. Я медленно прохожу внутрь. На тумбочке духи и лаки для ногтей. Хм… Может запах напомнит о ней? Я беру флакон и подношу к носу — приятно, цветочный нежный запах. Ставлю на место. Я осторожно касаюсь пальцами предметов: тумбочки, лампы, подушки, покрывало, при этом пытаясь считать информацию. Легкие, почти неощутимые остатки чужой энергии, которая увеличивается со стороны шкафа с одеждой. Открыв его, обнаруживаю девичьи наряды. Милые, не вульгарные юбки, платья, блузки. Я снова веду по платьям рукой, ощущая нежную женскую энергию: она мягко отзывается под пальцами, будто котенок тычется носом, требуя ласки. Очень приятно! Ухмыляюсь. И вправду, необычно. Я бы такую девушку не пропустил. Не люблю агрессивных и дерзких. Ладно, я еще сюда приду. Я небрежно ударяю рукой по платьям, и тут мои пальцы попадают на что-то кружевное, и ток проносится под пальцами. Это что еще такое?