Страница 9 из 69
И вот они, наконец в зале, где все уже было готово к началу. Соперники встретили новую пару доброжелательными, но слегка снисходительными улыбками и пожеланиями легкого паркета. Он прекрасно помнил, что в среде танцоров-сеньоров, на чьи соревнования они, собственно, и пришли, царила гораздо более доброжелательная атмосфера, чем среди других возрастных категорий. Так что сейчас это было воспринято просто как должное… Традиционное приветствие организаторов, парад участников и… первый выход под софиты. По спине предательски поползли холодные струйки пота. С первого же шага по паркету Сергей почувствовал, что в уши как будто напихали ваты, а вместо пыжей еще и воткнули бананы. Вальс они станцевали, путаясь в ногах и в хореографии. И мимо музыки. Выходя с паркета и глядя на окаменевшее лицо Павла, он подумал со злостью: "Черт! Неужели все зря? Все повторяется, как и в прошлый раз!" Подлетела Даша и, зачем то больно шлепнув по ладони, медленно проговорила, глядя ему прямо в глаза:
— Спокойно! Все нормально! Выглядите отлично! Все позиции, все линии просто идеальные. Не начинай сразу, услышь музыку. Ты. Все. Сможешь!
И, повернувшись к Шуре, уже совсем другим тоном, с восхищением, сказала:
— Платье шикарное. Особенно на фоне некоторых. В этом зале смотрится очень ярко.
Какая женщина после таких слов не почувствует себя на седьмом небе от счастья? Вот и Шурочка не стала исключением, засияв как новогодняя гирлянда.
В этот раз начинали с четвертьфинала, так что время отдышаться и успокоиться было. Даша, видимо, как и все женщины, была немного колдуньей, поэтому Сергей действительно успокоился. Выходя на второй танец, он вспомнил Бенедетто Феруджу и Мирко Годзоли, как от их танго пространство вокруг буквально закипало от выплескиваемой энергии, передаваясь зрителям. "Ну и мы сейчас попробуем плеснуть", — он был зол и весел одновременно. Когда закончилась музыка и они остановились, он нашел глазами Пашу и Дашу. Судя по их радостно-обалдевшим лицам, плеснуть получилось. Подходить они не стали, просто синхронно показав большие пальцы.
На венском вальсе и фокстроте Сергей не стал вспоминать никого конкретно, но постарался представить как можно точнее ауру и великолепие Блэкпула, роскошь Фестивального зала Венской ратуши, монументальность зала в Вуппертале и рукоплещущий стоя многотысячный Бетховен-зал Штуттгарта. Картинки "из будущего" помогли настолько точно соединить акценты своей хореографии с музыкой, что Павел с Дарьей хором проскандировали: "Молодцы!". Квикстеп на этом фоне пролетел настолько легко и незаметно, что Шура, выходя с паркета, сказала, как бы прислушиваясь к себе: "Странно, я даже устать не успела!".
Около информационного стенда с результатами, как обычно, воздух звенел от избытка адреналина и бушующих эмоций. Закололо в кончиках пальцев. "Как знакомо! Видимо, это никакими "кувырками" не изменить и не исправить…Х-м-м, я еще и философствовать сейчас способен", — с удивлением подумал он. В следующий тур они попали. "Видимо, судьи простили запоротый вальс".
Полуфинал они станцевали уже совершенно спокойно и уверенно, а в венском вальсе Сергей даже чуть "схулиганил", обкружившись по очень маленькому кругу вокруг какой-то остановившейся пары и сорвав аплодисменты зрителей, оценивших эту невинную шалость. Там партнерша зацепилась каблуком за платье и им пришлось на несколько секунд остановиться, выпутываясь. Когда он увидел, что они попали в финал, то подумал, что надо "ковать железо не отходя от кассы" и забацать еще что-нудь эдакое. Перебрав в уме возможные варианты, решил, что фишка, которую несколько раз показывала пара Битч-Уильямсон, вполне подойдет. Прикол был в том, что Бьёрн с Эшли начинали двигаться за несколько мгновений до музыкального вступления и казалось, что это не они вписываются в музыку, а она сама, наконец зазвучав, подхватывает их движение и несет пару, разукрашивая каждый шаг, каждый поворот, вращение или наклон новыми нотами.
Не все получилось, как хотелось, но в целом — очень даже неплохо, судя по аплодисментам и второму месту, на которое они с непривычки долго и неуклюже забирались во время церемонии награждения. К тому же Пашу и Дашу сразу после финала облепили другие тренеры и судьи, что-то у них настойчиво выспрашивая. Те были похожи одновременно на начищенные медные самовары и на котов, свалившихся в таз со сметаной, готовые просто лопнуть от гордости и удовольствия.
— Да уж, каждую импровизацию надо все-таки тщательно готовить. И репетировать, — выдал Сергей, когда все закончилось и они смогли наконец попасть в жаркие объятия тренеров.
— Я не понял, ты что, недоволен вторым(!) местом? На первом(!) турнире?? — удивление Павла было размером с небольшую вселенную.
— Ну ты и наглец! — поддержала супруга Даша.
— Не-не-не, это я так пошутил. Похоже, неудачно.
— А ты что скажешь? — Паша посмотрел на Шурочку.
Вместо ответа она просто обняла и расцеловала всех по очереди.
После такого удачного старта они уже не шли, а бежали на тренировки. Решили, что уже можно по чуть-чуть усложнять хореографию, постепенно вводя новые элементы и новые связки. Это было не быстро и не просто. Сергей по-прежнему не собирался обнародовать свою способность копировать любые движения и возможности по ведению партнерши. Поэтому Павел и Дарья без конца удивлялись и радовались тому, что они с Шурой так быстро и точно все запоминают.
Тренировки становились все интенсивнее, все напряжённее, они уже не просто уставали, а выматывались, пот уже не капал, а тек ручьем. Вообще ведь спортивные танцы только со стороны кажутся такими легкими и воздушными, на самом же деле по энергозатратам в единицу времени они стоят в одном ряду с хоккеем, футболом и лыжами, уступая немного борьбе или баскетболу. При всём этом они — одни из самых малотравматичных видов физической активности. Но не это было главным. Главным было чувство сопричастности к чуду. Чуду единения тела и музыки, чуду превращения неуклюжего "гадкого утенка" в прекрасного лебедя. Не мгновенного, как в сказке, а постепенного, с преодолением собственной слабости, а иногда и лени или стеснительности. С каждой тренировкой, с каждым танцем все больше получалось чувствовать музыку, все её ритмические нюансы и особенности, все чаще возникало ощущение неконтролируемой радости, а физическая усталость отступала, съёживаясь, как шагреневая кожа. Именно поэтому люди, попадающие в мир спортивных бальных танцев почти всегда становились не просто их горячими сторонниками, но и отдавали танцам львиную долю своего свободного времени и семейного бюджета. Окунувшись в этот прекрасный, завораживающий, удивительный мир, человек навсегда оставлял здесь частичку своей души. Потому что не просто прикасался к прекрасному, но сам становился творцом.
Ещё несколько месяцев пролетело, прошелестев листочками календаря, оставив не только усталость от бесконечных тренировок, но и радость осознания новых возможностей. За это время Сергей, выбирая часы, когда никого из знакомых не было в тренировочном зале, показывал Санечке те вариации, схемы и элементы, которые он "помнил". Их было много, Сергей поначалу опасался, что они будут путаться, но страхи оказались напрасными. "Ручное управление" партнершей сбоев не давало, Шура уже и сама была готова повторять любые его "выкрутасы", как она иногда называла очередные новинки. Если сначала требовалось пять-шесть повторений для отработки каждой новой вариации, то теперь стало достаточно всего двух. Дело в том, что танцоры, выходя на турнир, из тура в тур танцевали одну и ту же программу (схему, вариацию — в ходу были разные термины). Он же хотел в каждом туре танцевать что-нибудь новое, меняя не только хореографию, но и стиль исполнения. Первым конкурсом, на котором Сергей рассчитывал осуществить свои планы, был знаменитый ежегодный майский Блэкпульский Фестиваль.