Покорить Одиссея

Лиза спряталась обратно в салон, закрыла люк и сказала:

– Мы на месте. Тори, оденься, тебя в одном только белье в клуб не пустят.

– Меня туда голой пускали!

– Ясно все с тобой. – Лиза забросила сумку на плечо и выбралась на улицу первой, когда машина затормозила.

У клуба «Матисс» сегодня царило необычайное оживление: сюда съезжались тусоваться молодые, стильные гости французской столицы между показами, и обычных зевак набралось с полсотни, не меньше.

Парни, стоявшие у входа – их не пропускали – засвистели и начали отмачивать сальные шуточки в адрес девчонок. Один шутник отделился от группы и попытался обнять Лизу, но охранник быстро остудил пыл наглеца. Эта обратная, не очень приятная сторона модельного бизнеса, раздражала Архипову еще в те времена, когда ей было четырнадцать. Иногда и к несовершеннолетним не стесняются подкатывать всякие придурки. Оно и понятно, образ бездушной куклы, «манекена» не вызывает у мужиков иных желаний, кроме потребительских.

Менеджер поздоровался, игнорируя полуголую Тори, и проводил к свободным диванам. Лиза заказала минеральной воды с лаймом – стандартный «обед» между показами – и огляделась. Ей удалось убедить себя, что Андрей померещился сегодня, не было его.

– Пойдем потанцуем, детка, – надумалась Тори и потащила Лизу за собой на огромный танцпол, который уже заполнили люди, хотя еще даже не стемнело на улице. Париж любил отрываться, независимо от времени суток.

Громкие биты сразу проникли в кровь, отозвались в сердце ритмичным натяжением, и Лиза задвигалась в такт, чтобы разогнать стресс, стараясь не думать о предстоящей встрече с Яннисом Амаду.

Танцевать Лиза любила и умела, и когда заиграла очередная композиция, настроение уже бурлило, как зелье в ведьмовском котле. Песня была знакомая, «Мысли вслух» Эда Ширана. Ремикс в стиле кизомбы звучал необычно, но сразу захватил.

Танцевать Лизу научил Поль, который обладал врожденным чувством ритма. Она так доверяла другу, что даже «вещи» в итоге не захватила с собой в Париж, оставив в его квартире.

Мягкий голос певца был заразителен, и Лиза начала подпевать на английском:

«Люди влюбляются непостижимым образом.

…Я влюбляюсь в тебя каждый день…»

Тори танцевала не очень хорошо, зато на ней из одежды было только белье и короткая юбка, которую подсуетил администратор, поэтому желающих исполнить с ней эротические па нашлось сразу трое, и девушка выбрала того, кто смазливее.

У нее были очень противоречивые взгляды на жизнь. Она вела себя распущенно, на грани пошлости, но потом могла ни с того ни с сего врезать парню, с которым минуту назад целовалась, и закричать, что она приличная женщина. Тори была старше Лизы на три года, но в общении этого вообще не было заметно.

Вдруг Тори резко остановилась и с интересом посмотрела поверх плеча Лизы.

– Вау, а это кто у нас?

Желудок сделал кульбит, отозвавшись колючей волной в пальцах. На мгновение показалось, что там может стоять Яннис с двумя пистолетами в руках, и даже поворачиваться не хотелось, чтобы утолить любопытство.

– Привет. – Шепот Андрея у самого уха заставил вздрогнуть. На талию легли горячие руки, резко разверачивая ее.

– П-привет, – пробормотала Лиза, и снова захотелось воды с лаймом.

– Руки убрал от нее! – прокричала рядом Тори.

– Это мой… дядя, все в порядке, – отвернувшись к подруге, соврала Лиза.

– Привет, дядя! – загоготала Тори.

– Я видела тебя на показе, – зачем-то сказала Лиза Андрею, который стоял слишком близко и сверлил взглядом бессовестных карих глаз.

– Знаю. Ты выглядела, как... зонтик.

Бесстыжий казался таким же спокойным, как и прежде. Он даже переодеться успел: в футболку и светлые джинсы, с повязанным вокруг талии джемпером. Волосы упали ему на лицо, и он отбросил их до странного знакомым жестом. Андрей притянул Лизу к себе и спросил, обдавая теплом и ароматом морской соли:

– Яннис в Париже, мы с ним едва не столкнулись, когда я выходил из Лувра. Есть идеи, зачем он приехал?

– Я его пригласила.

– Ну еще бы ты не пригласила. – Андрей хмыкнул и медленно задвигался в такт музыке, заставляя Лизу поддаться, прислониться еще теснее...

«Игнорируй его! Ты кремень», – напомнила она себе, и пришлось зажмуриться, чтобы избавиться от наваждения. Но от этого только более ощутимым стал аромат соленого ветра.

Андрей отлично уловил ритм, и каждое его прикосновение отбивалось шумным прибоем по натянутым нервам, усиливая эффект громоподобной музыки.

Его руки. Его губы.

Надо бы оттолкнуть, а Лиза обняла его за талию и захныкала про себя: ну почему он такой притягательный? Это преступление против здравого смысла.