Страница 26 из 116
«Бинго-бонго, барабаны», – всплыло в памяти, и Лизу затопило воспоминанием о том, как свело спазмом горло, стоило впервые увидеть Андрея в той дурацкой майке с рунами. И вот сейчас ощущение повторялось.
Поцелуй – это танец. Я веду, а ты чувствуешь меня.
Они не целовались, но Лиза чувствовала его каждой молекулой, и снова противное желание разлилось по венам. Было так легко поднять голову и снова попробовать на вкус его кожу в изгибе шеи...
Так, стоп! А не пошел бы ты, Бесстыжий?!
Она яростно наступила Андрею на ногу, освобождаясь из объятий, и сделала шаг в сторону, но Мужчина разрушенной Мечты крепко ухватил за руку и дернул на себя, снова захватывая в плен и позволяя ощущать гулкие удары своего сердца.
– У тебя есть дурная привычка уходить не прощаясь, – процедил он.
– А у тебя есть просто отвратительная привычка преследовать людей, которые не желают твоего общества. Я все сказала в записке: мне не нужна ваша помощь, а от меня ничего не дождетесь. Что еще? Зачем ты здесь?
Андрей устало огляделся.
– Надоело перекрикивать музыку, давай поговорим в более спокойном месте, – мирным тоном попросил он.
– Не хочу. Оставь меня и уходи.
– Лиза, не твоя вина, что ты – Архипова, дочь Счетовода. Но если ты продолжишь вести себя, как ребенок, то я и правда уйду.
– Давай, проваливай. Пока! – Она вырвала руку, потерла запястье, которое болело после жесткого прикосновения, и пробралась через толпу к дивану. Если Яннис в Лувре сейчас, то самое время поговорить с ним.
– Ну что за упрямое создание, – зло сказал Андрей, оказавшись рядом.
– Мне на работу пора.
– Серьезно? Ты действительно хочешь встретиться с Яннисом?
– Он не может быть хуже тебя, – пожала плечами Лиза, забирая сумку с дивана.
– О-хо-хо, какие мы юморные! – не оценил сравнения Бестужев.
Девчонки заметили его и заинтересованно притихли.
Умерьте пыл! Одиссей, конечно, магнит для женщин, но при этом – подлец и выскочка.
– Добрый день, – поздоровался он, наградив зрительниц неотразимой улыбкой. Те проблеяли приветствия и покосились на Лису, мол, расскажешь потом, кто это у тебя в ухажерах нарисовался.
Еще чего! Во-первых, не ухажер, а во-вторых, почему-то не хотелось рассказывать чужим людям об Андрее. И предательский внутренний голос тоном Голлума проблеял: «Моя пре-е-елесть».
– Не иди за мной, – попросила она, но Бестужев как оглох.
На улице он тоже не отстал, и как-то само собой так получилось, что скоро они прогуливались по Монмартру, как обычные люди.
– Лиза, я понимаю, ты обиделась на меня. Но это не повод вести себя бездумно.
Она остановилась и, раздраженно сложив руки на груди, вернула Андрею насмешку, с вызовом посмотрев ему в глаза.
– А что именно сделает мне господин Амаду? Убьет? Так он ведь не мафиози. Хочет припугнуть через меня папу? Смешно. Отец не из пугливых, как и я.
– Я заметил, – ехидно поддел ее Андрей.
– ...что я ненавижу, так это лицемерие и ложь, а правду, любую, как-нибудь переживу. Даже твои вчерашние грубости приняла и смирилась – потому что это правда. Вот и сейчас не ври. Ты пришел, потому что за меня переживаешь, или лень искать другую идиотку на роль подстилки?
Андрей не сдержал мимолетной улыбки и сунул руки в передние карманы джинсов.
– А нельзя объединить эти две мотивации?
– Нет. Одну выбирай.
– Послушай, профессор Белхард не обижает маленьких девочек. Каким бы ни было твое решение, он не сдаст тебя Яннису, я за это ручаюсь. Но грек не собачка: если ты по своей воле к нему в пасть идешь, то он может не устоять и подпортить тебе личико для профилактики. Он даже свою жену не стесняется бить.
Лиза нахмурилась и ткнула носком босоножки крошечную ямку на тротуарной плитке.
– Ричард не отдаст меня? Почему? В чем смысл?
– Твой отец когда-то спас его сестру от разорения... Профессор хоть и манипулятор, но человек неплохой. И сестру очень любил.
– Вот как? Повезло ей. Я своего брата сто лет не видела.
В карих глазах мелькнуло сочувствие.
Андрей обхватил пальцами ее подбородок и довольно убедительно произнес:
– Лиза, я правда за тебя переживаю…
Сердце пропустило удар, и она сглотнула волнение.
– …и мне нужно знать, вернешься ли ты к заданию.
Очарование момента разом испарилось. Лиза отбросила его руку от своего лица и зашагала вперед. Она чуть не расплавилась, как леденец под солнцем, а он снова о задании говорит! С другой стороны, он ведь ей ничего не должен. Как и она – ему. Так что пускай проваливает.