Страница 23 из 74
– Осторожней, девушка, – внутренне он приготовился к возможной пьяной тираде.
– Спасибо, – чуть слышно прошептала спасенная.
– Вам плохо? Может скорую вызвать? – девушка чуть повернулась, и мужчина заметил, что она неестественно бледна, а на щеках горит лихорадочный румянец, да глаза неестественно блестят. Точно не пьяная, не наколовшаяся. Видимо, действительно стало плохо.
– Нет, спасибо, – девушка изобразила на лице подобие улыбки. – Просто температура, ничего страшного.
– С температурой дома надо сидеть, – он продолжал поддерживать ее, мысленно обрадовавшись, что все оказалось намного прозаичнее. Девушка ему понравилась, и было бы грустно, окажись она алкоголичкой или наркоманкой.
– Экзамены, – слабым голосом произнесла она. Все-таки с самочувствием было хуже, чем незнакомка пыталась изобразить. Печальный вздох вызвал на лице улыбку. – Холодно, переутомление, вот и результат.
– Может вас до дома проводить? – неожиданно для самого себя предложил он, пока девушка натягивала перчатки рядом с газетным киоском. Возникло необъяснимое желание узнать, где она живет, словно от этого зависело все его будущее.
– Не стоит, – вновь виноватая улыбка на ее лице. Словно оправдываясь, она пояснила. – Мне на улице лучше. В метро душно, краской пахнет, вот голова и закружилась.
С этим он был согласен. Автовладельцы, отчаявшись откопать свои гаражи и машины, дружно пересели на транспорт общественный, а проводимые ремонтные работы и ароматы растворителя, коим оттирали автографы малолетних хулиганов, заставляли кружиться головы даже у здоровых людей. Что уж говорить про ослабленную учебой и болезнью девушку.
– Спасибо больше, что помогли и проводили, – стоя на остановке в очередной раз поблагодарила его она, и мужчине на мгновение показалось, что он где-то уже видел ее. Но где? Вспомнить не получалось.
– Удачи в учебе, – он достал из кармана визитку и вложил ей в руку. Сегодня она отказалась от помощи, но кто знает, что будет завтра. – Если понадобится помощь – звоните.
– Хорошо, – она ныряет в полупустой салон так некстати подошедшего троллейбуса и машет ему рукой из окна. А он понял, что так и не спросил ее имя. И пусть у нее осталась визитка, не факт, что она позвонит. Поднятая в прощальном жесте рука замера в воздухе.
Закат только начал окрашивать макушки елей в золото, когда ладьи вышли из Ильменя. Оставалось лишь подняться вверх по Волхову, и вот они, стены Новеграда. Но люди были порядком истомлены долгим переходом по неспокойному озеру, и было решено заночевать в устье реки, а утром по холодку подойти к городу. Тем паче, время было позднее. И пусть по летнему времени на севере темнеет поздно, ночевать на пристани под прицелом со стен не хотелось никому. Подумают чего новеградцы, да спустят тетиву лука, и лишь утром выясниться, чья правда была.
За время пути урмане и кривичи приучились доверять друг другу. И ежели первое время каждый народ выставлял свои дозоры, к концу пути сторожу стояли поочередно. И коли одну ночь первыми у костров оставались кривичи, то на следующую наступал черед урман. И только Дана долго сидела ночами, глядя в огонь и размышляя о своей судьбе.
Вечером долго не спали. Торговцы перетряхивали шкуры, проверяли целость бочонков, мешков и тюков, воины чистили одежду, точили мечи. Лишь девушка оказалась в стороне от предторговой суеты. Она лишь ополоснулась выше по течению, чтобы не привлекать излишнего внимания со стороны мужчин, да постирала порядком износившуюся в пути одежду. Теперь, сидя на берегу в чистой одеже, расчесывала гребнем отросшие волосы. Надо было укоротить, да только просить некого – в Полотеске ее стригли княгиня или жрицы Макоши, а нынешнему окружению проще вместе с волосами и голову снять.
Дана невесело усмехнулась. В голове возник образ предводителя урман. Девушка во время всего пути старалась не смотреть в его сторону, но с каждым днем это удавалось ей все меньше и меньше. Одно радовало, скоро их пути разойдутся. Урмане рассчитывали быстро продать свою добычу, купить чего надобно и отправиться домой, пока Варяжское море еще спокойно. Еще немного и она сможет трезво мыслить, спокойно жить. А сможет ли? Отпустит ли ее желтоглазый урманин, позволит ли Перун отсрочить месть? Вопросы, вопросы, вопросы. Одни вопросы и ни одного ответа. Неведомо человеку, что задумали боги. Остается лишь ждать, когда приоткроют они волю свою.
После сытной трапезы люди стали укладываться спать. Разговоры постепенно стихали, вскоре лишь ветер гудел в ветвях, да вода плескалась о борта ладей. Дана махнула рукой своему десятку, показывая, что эту ночь сама побудет в дозоре. Она знала, что уснуть все равно не сможет. Так зачем зря бока пролеживать. А вои весь день наравне с урманами сидели на веслах, и роздых им требовался куда больше, нежели ей, проводившей все дни, лежа рядом под мачтой.