Реквием по Германии

Я кивнул.

- Скажи, вы уже нашли пропавшего дантиста? Доктора Хайма? - Теперь, когда мне уже не надо было беспокоиться о собственной перспективе на выживание, Вероника снова стала моей главной заботой.

- Он мертв. Это, конечно, очень плохо, но мы хотя бы знаем, что с ним случилось. По крайней мере, он не у русских.

- Так что же с ним случилось?

- Сердечный приступ. - Небе издал тот знакомый, сухой смешок, который я помнил еще по Алексу, штаб-квартире берлинской криминальной полиции. Оказывается, в это время он был с девушкой. С одной шлюшкой.

- Ты хочешь сказать, это случилось, когда они...

- Именно так. Тем не менее есть способы умереть и похуже, ты как думаешь?

- После всего, что я сейчас пережил, мне это не слишком трудно понять, Артур.

- Точно. - Улыбка его была почти глупой. Какое-то время я искал слова, которые помогли бы мне невинно осведомиться о судьбе Вероники.

- А что она сделала? Я имею в виду шлюху. Позвонила в полицию? - Я нахмурился. - Нет, полагаю, что нет.

- Почему ты так решил?

Я пожал плечами, подчеркивая очевидность своего вывода.

- Не могу представить, что она рискнула бы поиметь дело с отделом по борьбе с проституцией. Нет, я уверен: она постаралась как-нибудь отделаться от мертвеца. Возможно, заставила своего сутенера это сделать. - Я вопросительно поднял брови. - Ну? Я прав?

- Да, ты прав. - Он говорил так, будто восхищался моей сообразительностью. - Как всегда, прав. - Затем он задумчиво вздохнул: Жаль, что мы больше не в Крипо. Не могу передать, как мне всего этого не хватает.

- Мне тоже.

- Но ты... ты мог бы поступить туда снова. Тебя ведь ни в чем не обвиняют, Берни?

- Работать на коммунистов? Нет, спасибо. - Я сжал губы и постарался выглядеть уныло. - Все равно предпочел бы сейчас быть подальше от Берлина. Русский солдат хотел меня ограбить в поезде. Я только защищался, но боюсь, убил его. Меня видели покидающим место преступления с ног до головы в крови.

- Место преступления, - повторил Небе, перекатывая во рту фразу, как хорошее вино. - Приятно снова поговорить с детективом.

- Удовлетвори мое профессиональное любопытство, Артур. Как ты нашел эту шлюшку?

- О, это не я, это - Кениг. Однако он сказал мне, что именно ты надоумил его, как лучше всего искать бедного Хайма.

- Обычная работа, Артур. Ты сам мог бы ему подсказать.

- Возможно. Ну, а история такова. Подружка Кенига узнала Хайма по фотографии. Он часто ходил в ночной клуб, где она работает.

Она же вспомнила, что Хайму очень нравилась одна из шлюх, ошиващихся там. Гельмуту осталось только убедить девицу рассказать обо всем. В общем, все просто.

- Получить информацию от шлюхи никогда не бывает слишком просто, возразил я. - Это все равно что заставить монахиню выругаться. Единственный способ принудить такую девушку говорить - если конечно, при этом не оставлять синяков - это деньги. - Я ожидал услышать от Небе возражения, но он промолчал. - Безусловно, синяк дешевле... - Я улыбнулся ему, как бы намекая, что меня не мучают угрызения совести, когда приходится ударить шлюху в интересах эффективного расследования. - По-моему, Кениг не из тех, кто попусту тратит деньги, я прав?

К моему разочарованию. Небе просто пожал плечами, а затем посмотрел на часы.

- Лучше спроси у него, когда увидишь.

- Он тоже приглашен на встречу?

- Он будет здесь, - уклончиво ответил Небе и снова сверился со своими часами. - Боюсь, мне придется тебя сейчас покинуть: нужно еще кое-что сделать до десяти. Пожалуй, тебе лучше остаться здесь. Сегодня охрана, как никогда, настороже, зачем рисковать, не так ли? Я прикажу принести тебе кофе. Зажги огонь, если хочешь, в библиотеке довольно холодно.

Я постучал по стакану.

- Не могу сказать, что теперь это замечаю.

Небе пристально посмотрел на меня.

- Что ж, выпей еще бренди, если тебе необходимо.

- Спасибо, - сказал я, беря графин. - Пожалуй, я так и сделаю.

- Но не переборщи. Тебе зададут много вопросов о твоем русском друге. Мне бы не хотелось, чтобы его ценность била поставлена под сомнение только по той причине, что ты слишком много выпил.

Он пошел к двери по скрипящему полу.

- Не беспокойся за меня, - сказал я, обозревая пустые полки. - Я почитаю книгу.

Важный нос Небе неодобрительно сморщился.

- Да, жаль, что библиотека пуста. Очевидно, предыдущие владельцы составили превосходную коллекцию, но когда пришли русские, они использовали книги как топливо для котла. - Он печально покачал головой. - Что поделаешь с этими недочеловеками!

Когда Небе вышел, я последовал его совету - зажег в камине огонь, пытаясь с его помощью сконцентрироваться на последующем плане действий. Пока языки пламени лизали сооруженную мною конструкцию из поленьев и палок, я размышлял о том, с какой очевидной легкостью Небе рассуждал по поводу обстоятельств смерти Хайма. Похоже, в Организации решили, что Вероника сказала им правду.

Однако я так и не узнал, где она могла быть, но у меня сложилось впечатление, что Кенига еще нет в Гринциге, а без оружия я вряд ли мог бы отправиться поискать ее еще где-нибудь. Так как до собрания оставалось всего два часа, то, видимо, лучше всего было дожидаться, когда прибудет Кениг, и надеяться, что все обойдется. Если же он убил или покалечил Веронику, то я лично сведу с ним счеты, когда прибудет Белински со своими людьми.

Я взял кочергу и небрежно пошевелил поленья. Пришел человек Небе, принес кофе, но я не обратил на него внимания и, едва он ушел, вытянулся на диване и закрыл глаза.

Поленья разгорелись, пару раз щелкнули, и мой бок ощутимо согрелся. За моими закрытыми веками ярко-красный цвет перешел в глубокий пурпурный, а потом во что-то еще более спокойное...

- Герр Гюнтер?

Я резко оторвал голову от дивана. От сна в неудобном положении, хотя, казалось, я задремал всего на несколько минут, шея моя одеревенела и стала тугой, как новая кожа. Но, взглянув на часы, я увидел, что проспал больше часа. Я потер шею.

Рядом с диваном сидел человек в сером фланелевом костюме. Он наклонился вперед и протянул мне руку, чтобы поздороваться. Это была широкая сильная рука, и на удивление крепкая для такого низенького человека. Постепенно я узнал его, хотя и никогда не встречал раньше.