Страница 420 из 470
— Поступайте, как знаете, — ответил Каддль.
— Вы неисправимо упрямы, — резко произнес Ник Картер.
— Нет, сударь, — уныло отозвался Каддль, — я беспомощный арестант, который знает некую тайну и не имеет права ее выдать.
— Возможно, что вы теперь и говорите правду, но возможно, что вы и обманываете меня. Я хотел бы знать еще одно: та Зара, которой предназначалось это извещение, ваша сестра?
— Нет! По крайней мере, я не допускаю этой мысли. Скажу только, что на самом деле существует другое лицо, того же имени, к которому это извещение может относиться.
— А кто тот Филипп, которого убрали с дороги?
— На этот вопрос я отказываюсь отвечать!
— Как угодно, — произнес Ник Картер и встал, — быть может, вы хотите спросить еще что-нибудь?
— Хотелось бы, — ответил Каддль, — нельзя ли мне узнать, кто вы такой?
— Я Ник Картер! Слышали, быть может, обо мне?
Глава VI
Тайна каторжника
Каддль был озадачен. Он привстал, но тотчас же снова присел. Два раза он открыл рот, как бы желая что-то сказать, но оба раза раздумывал, предпочитая молчать.
— Мне кажется, вас тяготит нечто такое, от чего вам хотелось бы избавиться, — приветливо сказал Ник Картер.
— Я хотел бы задать вам несколько вопросов, мистер Картер, — нерешительно проговорил Каддль, — но я знаю, что не имею на это права, так как арестантам разрешается говорить только тогда, когда их спрашивают.
— Спрашивайте, сколько угодно. Но этим я отнюдь не хочу сказать, что отвечу на все ваши вопросы.
— Извольте. Что именно побудило вас явиться ко мне? Без серьезного повода вы не стали бы подвергать меня допросу.
— Откровенно говоря, — ответил Ник Картер, — я нашел четки на улице совершенно случайно и не менее случайно обнаружил, что они содержат извещение на телеграфном языке. Таинственность этого дела меня заинтриговала и я задался целью узнать, в чем дело, тем более, что в данном случае совершено, по меньшей мере, два преступления! Знаете ли вы патера Бриена?
— Знаю.
— Ему я показал вот эти четки и он сразу заявил, что их изготовили вы. Впрочем, четки находятся в моих руках не более суток.
— Не будете ли вы любезны сказать мне, где именно вы их нашли?
— Могу, на тротуаре на углу Четвертой улицы и авеню Пенсильвания, в Вашингтоне. Судя по наружному виду, они пролежали там день, а то и того меньше. Еще что хотите знать?
— Ничего больше, мистер Картер. Позвольте лишь поблагодарить вас за вашу любезность.
— Быть может, вы из благодарности теперь ответите мне на те вопросы, на которые вы раньше отказались отвечать?
— К крайнему сожалению, не могу. Не смею, хотя и рискую навлечь на себя ваше недовольство, но в то же время я искренне хотел бы заслужить ваше расположение.
— Не похоже, — заметил Ник Картер.
Каддль, помолчав немного, заговорил:
— Могу вам сказать только одно, мистер Картер! Я два раза уже собирался ехать к вам в Нью-Йорк, чтобы поговорить с вами, правда, еще до того, как я попал в тюрьму. Затем я два раза намеревался вызвать вас сюда в надежде на то, что вы мне поможете!
— Когда именно это было?
— В первый раз вскоре после того, как я был отлучен, а во второй раз несколько дней спустя после моего прибытия в тюрьму!
— Я вас положительно не понимаю, Каддль! — воскликнул Ник Картер, глядя на арестанта. — И больше вы ничего не хотите мне сказать?
— Нет, мистер Картер! При всем желании не могу! Дайте мне хоть подумать! Начальник тюрьмы, конечно, знает ваш адрес, а я спустя некоторое время сообщу вам все, что вам угодно знать!
— Хорошо! Теперь нам больше говорить не о чем, — произнес Ник Картер и нажал кнопку электрического звонка.
Явился начальник тюрьмы. Каддль уже встал и стоял у двери.
— Вы закончили, мистер Картер? — спросил начальник тюрьмы.
— Да.
Был вызван надзиратель, который отвел Каддля в его камеру.
Ник Картер пересказал начальнику тюрьмы всю свою беседу с Каддлем и закончил словами:
— Будьте уверены, каждая нитка, изготовленная Каддлем, представляла собой какое-нибудь извещение, даже та, которую он делает для вашей дочери.
Начальник тюрьмы был глубоко возмущен тем, что Каддль провел его, и он, несомненно, выместил бы свою злобу на арестанте, если бы Ник Картер не успокоил его.
— Не наказывайте его, — сказал он, — конечно, не из-за того, чтобы потакать ему, а для того, чтобы уличить его в его проделках. Я ему дал понять, что ничего не скажу вам об его секретных извещениях, так что, если вы оставите его в покое и не дадите ему понять, что посвящены в его тайну, то он будет спокоен и даже, пожалуй, попробует снова послать кому-нибудь такое своеобразное извещение.
— Вряд ли он попадется в эту ловушку! Слишком он хитер для этого!
— Возможно, — согласился Ник Картер, — но попытаться все-таки можно. Как только он изготовит новую нитку, вы ее тотчас же захватите и пришлите мне, когда узнаете, кому она предназначалась. А я затем лично передам эту нитку адресату.
— Знаете ли, мистер Картер, что я думаю?
— Именно?
— Мне кажется, он замышляет бегство из тюрьмы, и запасается содействием своих друзей и сообщников.
— Не думаю, — возразил Ник Картер, — по-моему, он совершенно не помышляет о бегстве. Напротив, ему, по-видимому, безразлично, сидеть ли полтора года или весь срок. Кроме того, раз он находится в тюрьме, никому в голову не придет обвинить его в соучастии в преступлении, совершаемом его друзьями. Впрочем, он мне сказал еще вот что: два раза уже он собирался дать мне все необходимые сведения, и оба раза он предпочел молчать. В конце концов, он попросил дать ему время на размышление и обещал известить меня через вас, когда придет к определенному решению. Возможно, что он пожелает видеть меня лично, тогда вам нужно будет протелеграфировать мне только одно слово «четки». Если меня не будет в Нью-Йорке, то телеграмма будет передана мне вслед.
— Все будет сделано, мистер Картер.
Начальник тюрьмы был весьма озабочен: ему казалось, что Каддль — член шайки преступников, который держал связь с ними и давал распоряжения для совершения преступлений через свои четки.
— Следующим поездом я уезжаю в Вашингтон, — сказал Ник Картер, берясь за шляпу и перчатки, — повторяю: Каддль ничего не должен знать, иначе мы ничего не добьемся.
Глава VII
Пустая карета
В шесть часов вечера Ник Картер вернулся в Вашингтон. На вокзале его ждал Патси, которого он известил телеграммой о часе своего прибытия.
— Ну, что тебе удалось узнать? — спросил Ник Картер, поздоровавшись со своим помощником.
— А я как раз хотел спросить то же самое у вас, — рассмеялся Патси.
— Что же. Обменяемся впечатлениями за обедом, — предложил Ник Картер, — надо тебе сказать, я умираю с голода. Возьмем карету и поедем в гостиницу Ралей.
Прибыв в ресторан, Ник Картер заказал обед, и рассказал своему помощнику о своем свидании с Каддлем.
— Я нарочно ознакомил тебя сначала с результатом моей поездки, — закончил он свое повествование, — потому что это, несомненно, поможет тебе разобраться в собираемых тобой данных о таинственной Заре. Я не верю, чтобы Каддль сказал мне всю правду! В общем, я этого человека никак не могу понять! Ну, а теперь говори, как твои дела?
— К сожалению, у меня мало нового, — заявил Патси, — в сущности, я знаю не больше того, что знал и раньше. В адресной книге я нашел три лица, носящих имя Зара, у двоих это имя, у третьего фамилия.
— Принадлежат ли они к одной и той же семье?
— Как будто бы нет. Я прочитаю вам то, что узнал.
Он вынул из кармана записку и начал читать:
— Зара Мулиган…
— Как? — прервал его Ник Картер, — значит, Каддль все-таки надул меня, когда говорил, что девицу, которая приходила к нему в тюрьму, зовут не Зарой. Ну, читай дальше.