Страница 421 из 470
— Так вот: Зара Мулиган, Юго-Восточной части, улица В., № 39.
— Дальнейших подробностей не было? Замужем ли, девица, занятие?
— Нет, только имя, фамилия и адрес.
— Ты не заходил к ней?
— Ни к ней, ни к другим.
— Дальше.
— Зара Залинский, музыкант, Северо-Западной части, улица П., № 91.
— Должно быть, поляк. А дальше?
— Зенобия Зара, учительница. У нее два адреса: Юго-Восточной части, улица С, № 72, где она живет, и Северо-Западной части, улица Ф., № 14, где у нее приемный кабинет.
— А в адресной книге просто указано «учительница»? Странно. А чему же она учит?
— Этого не сказано.
— Жаль. Из этого мы могли бы вывести кое-какие заключения. Быть может, она даст уроки резьбы деревянных вещей, вроде шариков для четок.
— Понимаю, — улыбнулся Патси, — к сожалению, этого не сказано.
— Когда мы пообедаем, то пойдем разыскивать этих лиц. Торопиться некуда, так как Каддль, конечно, не мог успеть известить их о моем посещении в тюрьме, ведь я отнял у него всякую возможность общаться таким образом.
— Отлично, — заметил Патси, — но как вы полагаете сделать: имеете ли мы пойдем к этим господам, или каждый из нас отдельно?
— Лучше, если мы будем действовать независимо один от другого. Ты пойди на улицу П. и справься о музыканте Заре Залинском, а я пойду к мисс Заре Мулиган. Затем мы с тобой сойдемся на углу авеню Нью-Джерси и улицы Б. и отправимся вместе к госпоже Зенобии. Один должен ждать другого, а то тебя или меня могут задержать подольше.
Когда официант подал последнее блюдо, Ник Картер спросил:
— Ты читал сегодняшние газеты?
— Нет, времени не было. Ведь я просмотрел всю адресную книгу с начала до конца два раза, чтобы не пропустить кого-нибудь.
— Я тебя и не упрекаю, но все-таки заглянуть в газеты можно было, — заметил Ник Картер и попросил официанта принести газету.
Как только он открыл газету, он произнес:
— Жаль, Патси, что ты не удосужился прочитать эту газету. Там есть нечто такое, что должно тебя заинтересовать.
— Будьте добры, прочтите вслух, — сказал Патси, который в это время снимал кожу с золотистого банана.
— Ты на старости лет разленился, — ответил Ник Картер, шутливо грозя ему пальцем, — ну, так и быть, прочитаю тебе.
Статья гласила следующее:
«Сегодня утром вблизи моста Кабин, около шоссе, найдена наемная карета без четвертого колеса. Карета стояла довольно далеко в стороне, на лугу, так что можно было подумать, что ее туда завез либо седок, либо кучер, с тем, чтобы оставить ее там до починки. По расспросам полицейского выяснилось, что карста стояла на том же месте уже накануне. Осмотрев тщательно карету, полицейский обратил внимание на то, что занавески на окнах были спущены, а двери так заперты, что их нельзя было открыть обычным путем. В это время проезжал полковник Мур, начальник Вашингтонской полиций. Полицейский доложил ему о своей находке и Мур распорядился взломать дверцы кареты. Оказалось, что в карете лежит труп молодого человека, несомненно, убитого. Кинжал еще торчал у него в груди. Бедняга, по-видимому, умер моментально, не успев даже крикнуть. На переднем сидении лежали две сбруи. Вероятно, с лошадей, которые были запряжены в карсту. Недостающее колесо валялось вблизи в кустах. Повреждений на нем не было, и по-видимому, оно было снято с оси только для того, чтобы создать видимость несчастного случая. Лошади исчезли бесследно, как и владелец кареты. Полиция уже обыскала все конюшни и дворы, допросила всех кучеров, но ничего не добилась».
Патси внимательно выслушал всю статью.
— Знаете ли, что мне кажется? — сказал он, когда Ник Картер отложил газету. — Убитого зовут, наверно, Филиппом.
— Так думаю и я, — задумчиво произнес Ник Картер, — но вот подают кофе. После обеда мы сделаем наши три визита, а потом отправимся к полковнику Муру за более подробными сведениями и чтобы осмотреть труп.
— Я готов на все. Закурим сигары и вперед.
Спустя десять минут сыщики разошлись в разные стороны.
Но розыски оказались не так просты, как полагал Ник Картер.
Нику Картеру сообщили, что мисс Зара Мулиган действительно проживала в указанном доме, но выехала несколько месяцев тому назад неизвестно куда.
Ник Картер тотчас же поехал на почтамт и спросил там, не оставляла ли мисс Зара Мулиган какого-либо адреса, по которому ей могли доставляться письма. Никакого адреса не оказалось, так что Ник Картер прямо отправился туда, где он условился встретиться с Патси.
Ему пришлось ждать своего помощника недолго.
— Ну, что ты узнал о Заре Залинском? — спросил он.
— Он поляк, — сообщил Патси, — носит обычную шевелюру музыканта и играет каждый вечер в оркестре одного из пригородных театров. Он как раз собирался уходить, когда я явился. Я заговорил с ним, мы побеседовали немного, а потом поехали вместе на трамвае. Он решительно ничего общего не имеет с нашим делом.
— Что ж, пойдем к Зенобии Зара, — сказал Ник Картер, — и именно на квартиру, а не в официальную приемную, так как теперь ее там, наверно, уже нет. По всей вероятности, мы и тут ничего не добьемся, но мы должны сделать все, что в наших силах, чтобы раскрыть эту тайну.
— Пойдем пешком? — спросил Патси. — Отсюда ведь не далеко.
— Пойдем.
Глава VIII
Поразительные открытия
Сыщики дошли до ветхого, довольно запущенного двухэтажного дома. От улицы он был отделен садиком, окруженным старой, ржавой железной решеткой. Сад зарос высоким бурьяном и травой. Само здание производило какое-то мрачное впечатление, казалось, что в нем никто не живет.
— Мне что-то кажется, что тут нам предстоят новые загадки, — сказал Ник Картер.
— Совершенно верно, — согласился Патси, — даже жутко смотреть на этот дом. Точно он заколдованный.
Ник Картер позвонил, но никто не отозвался. Позвонив еще два раза, Ник Картер потерял терпение, взял отмычку и открыл замок.
Против ожиданий дверь даже не скрипнула.
Сыщики вошли в темную переднюю и заперли за собой дверь.
Осветив переднюю своими электрическими фонарями, они увидели обычную обстановку: вешалку, несколько стульев и настенное зеркало.
Открыв дверь справа, они вошли в гостиную со старомодной мягкой мебелью, фортепьяно, зеркальным шкафом и старым, истоптанным ковром.
На мебели, однако, не было пыли и по свежему воздуху в гостиной можно было подумать, что ее недавно только проветрили. Если бы время было более позднее, то сыщики предположили бы, что обитатели квартиры уже легли спать, но так как было всего девять часов, то этого нельзя было допустить.
Смежная с гостиной комната тоже была обставлена старомодной мебелью.
Неслышными шагами сыщики направились по лестнице на второй этаж и вошли в первую комнату, оказавшуюся спальной.
Когда луч света от фонаря Ника Картера упал на постель, загадка безмолвной тишины в доме сразу была решена.
На постели лежал труп одетой молодой женщины. Рядом с ней, совсем близко у изголовья кровати, стоял стеклянный флакончик, испускавший резкий запах горького миндаля.
— Синильная кислота, — коротко произнес Ник Картер, — ты слышишь, Патси?
— Слышу! Похоже на самоубийство!
— Вероятно, так оно и есть, — согласился Ник Картер, — а покойница не кто иная, как Зенобия Зара!
— Зара и Филипп, оба имени из той телеграммы, — пробормотал Патси, — дело все больше осложняется.
— Возможно, что это самоубийство ничего общего не имеет с телеграммой, — возразил Ник Картер, — хотя я согласен, что можно предположить их взаимную связь. Мало ли что бывает.
Ник Картер подошел к постели и положил руку на лоб покойницы. Затем он сказал:
— Она скончалась уже давно, быть может, уже несколько часов.
Покойницу нельзя было назвать красивой в обычном смысле слова, но лицо ее отличалось своеобразной прелестью.
— Ей лет тридцать, не больше, — тихо произнес Картер, — почему-то ее лицо мне кажется знакомым, хотя я при всем желании не могу припомнить, где и когда ее видел. Но пока нечего задумываться об этом.