Страница 419 из 470
Начальник тюрьмы понял, что Ник Картер твердо настаивает на своем и потому только спросил, вставая:
— Прислать ли вам его сейчас?
— Пожалуйста, но только с условием, чтобы он не знал, кто я такой.
— Конечно, мистер Картер.
— Он даже не должен подозревать, что его расспрашивает сыщик, пока я ему сам не скажу. Впрочем, сколько ему лет?
— Он еще довольно молод, ему еще и тридцати нет.
— Так. А каков он из себя?
— Знаете, мистер Картер, он представляет собой нечто среднее между Аполлоном и Геркулесом. Надо, конечно, принять в расчет коротко остриженные волосы и арестантскую одежду, но смею вас уверить, когда его доставили сюда, я был просто поражен, так как никогда в жизни еще не видел такого красавца.
— Не можете ли вы сообщить мне что-нибудь о его прошлом?
— Могу. Если не ошибаюсь, он прежде ни разу не привлекался к суду, а осужден он был за то, что на улице напал на священника, который отлучил его от церкви. Но я не знаю, за что именно его отлучили.
— Часто ли к нему приходили на свидание?
— Только два раза.
— Давно ли?
— В первый раз его хотела видеть какая-то молодая девушка и это было вскоре после того, как он попал в тюрьму и больше она не являлась сюда. Месяца три тому назад к нему приходил какой-то мужчина.
— Знаете ли вы что-нибудь об этих лицах?
— Кроме имен — ничего, а оснований предполагать, что это были чужие имена, у меня нет.
— А как их звали?
— Девушка назвалась мисс Мулиган, а мужчина записался в книгу посетителей под именем Ф. Д. Моран. Имени мужчины не знаю, но я случайно видел, как молодая девушка прощалась с Каддлем и он назвал ее именем, столь странным, что я запомнил его. Он назвал ее Зара.
Ник Картер кивнул головой.
Беседа с начальником тюрьмы весьма удовлетворила его. Зара Мулиган была та самая Зара, о которой упоминалось в телеграмме на четках, а буква «Ф» перед фамилией Морана обозначала, конечно, только «Филипп».
Глава V
Беседа с Каддлем
Когда в приемную вошел Каддль, Ник Картер сразу увидел, что начальник тюрьмы нисколько не преувеличивал. Несмотря на безобразный арестантский костюм и бритую голову, Каддля смело можно было назвать писаным красавцем. В его манере не было обычной неловкости арестантов: он шел выпрямившись и держал себя с достоинством, как человек из хорошего общества.
Ник Картер понял, что Каддль несомненно получил хорошее воспитание.
Он слегка поклонился сыщику и молча ждал, пока тот с ним заговорит.
— Садитесь, — приветливо сказал Ник Картер.
— Благодарю, — еле слышно ответил Каддль и сел на предложенный ему стул.
Ник Картер смерил Каддля взглядом с головы до ног, посмотрел ему в глаза, как бы пытаясь прочесть его сокровенные мысли и сказал:
— Я просил вызвать вас, чтобы задать вам несколько вопросов. Надеюсь, вы мне будете отвечать?
— Буду, если это окажется в пределах возможного.
— Полагаю, что это будет так. Прежде всего мне хотелось бы знать: кто такая Зара?
Ник Картер нарочно поставил этот вопрос внезапно; он заранее был уверен, что Каддль ему правды не скажет и хотел, по крайней мере, видеть, какое впечатление этот вопрос произведет на Каддля.
Но ему пришлось сильно разочароваться, Каддль нисколько не поразился и спокойно, не моргнув глазом, ответил:
— У меня есть сестра Зара, но не может быть, чтобы вы имели в виду ее.
— Будем надеяться, что не о ней идет речь, так как та Зара, о которой я говорю, по всей вероятности, ныне находится в затруднительном положении. Фамилия ее отца Мулиган, а называли вы ее Зарой, когда она приходила к вам.
— Имя мисс Мулиган вовсе не Зара, — возразил Каддль.
— Неужели? Странно. Почему же вы ее называли этим именем?
— Разве называл? — как будто с удивлением спросил Каддль, проводя рукой по лбу, — должно быть, это вышло нечаянно. Помню, что мы говорили о моей сестре и в это время я, вероятно, назвал ее имя. Из ваших слов я вижу, что мисс Мулиган находится в затруднительном положении. Не будете ли вы любезны объяснить мне, в чем дело?
— Я говорил это, имея в виду Зару, — с некоторой резкостью в голосе ответил Ник Картер, — полагая, что Зара и мисс Мулиган — одно и тоже лицо.
— Нет, это недоразумение, — спокойно заметил Каддль.
— Где в настоящее время находится ваша сестра?
— К сожалению, не могу вам ответить на этот вопрос, так как не имею ни малейшего понятия, где она теперь живет.
— Странно, что вы не знаете, где проживает ваша родная сестра, — заметил Ник Картер.
— Вам это не будет казаться странным, если я вам скажу, что уже много лет до того, как имел несчастье попасть в тюрьму, не слышал ничего о моей сестре. Вся моя семья и она в том числе, отказалась от меня после того, как я был отлучен от церкви. Вероятно, вам это уже известно.
Вместо ответа Ник Картер спросил:
— Быть может, вы мне скажете, где в настоящее время находится Филипп?
— Филипп? Я знаю несколько человек, носящих это имя, — ответил Каддль.
Ник Картер понял, что ему не поймать Каддля врасплох, так как тот был настороже. По-видимому, он ожидал подобного рода допроса и было весьма возможно, что добровольно он ничего не скажет, пока его не заставят сделать это.
— У вас есть знакомые и друзья в Вашингтоне? — продолжал Ник Картер.
— У меня во всем мире нет ни одного друга, — с грустной улыбкой ответил Каддль, — не считая тех знакомых, которых я приобрел здесь, в тюрьме.
Помолчав немного, Ник Картер вдруг спросил:
— Скажите, а откуда вы знаете азбуку Морзе?
Ник Картер сразу заметил, что на этот раз он попал в самую точку.
Каддль вздрогнул, правда, едва заметно, и чуть-чуть покраснел. Но он быстро взял себя в руки и с прежним спокойствием ответил:
— Когда я еще был мальчиком, я возился с телеграфными аппаратами и потому ознакомился с азбукой Морзе. Нельзя ли узнать, почему вы мне задали этот вопрос?
— Мне нужно было это знать потому, что я видел несколько ниток с шариками, изготовленных вами во время пребывания в тюрьме и разосланных вашим друзьям.
Ник Картер ожидал, что Каддль смутится, но ошибся.
На лице Каддля не появилось ни малейшего признака удивления или страха и он только с досадой нахмурился. На секунду жилы у него на висках вздулись, брови сдвинулись и зрачки его серых глаз обратились в маленькие точки.
Но он тотчас же ответил с обычным спокойствием:
— Вот как? Вы тщательно рассматривали мои работы.
И больше ничего.
Несомненно, Каддль обладал недюжинным характером и превосходно умел владеть собой.
Ник Картер понял, что поймать Каддля врасплох не удастся. Он подумал немного, в какой форме продолжать допрос, а потом вынул из кармана четки, найденные им в Вашингтоне на улице.
— Вот одна из ваших работ, — спокойно произнес он, показывая Каддлю четки и смотря ему в глаза, — не будете ли вы любезны объяснить мне значение этого извещения?
Нисколько не волнуясь, Каддль взглянул на нитку и попросил сыщика передать ее ему.
Затем он стал перебирать шарики и прочитал содержание извещения. После этого он вернул четки.
— Ну, что? — резко спросил Ник Картер.
— А что вам угодно? — спросил Каддль.
— Вы признаете, что это ваша работа?
— Признаю. Иначе говоря, в свое время это была моя работа.
— Что вы этим хотите сказать? — поразился Ник Картер.
— Что я изготовил эту нитку, но подобного извещения никогда не отсылал. Шарики расположены в нынешнем порядке кем-либо, находящимся вне тюрьмы.
— А какого рода извещение было изображено первоначально?
— Я предпочитаю умолчать об этом.
— Этот отказ повлечет за собой неприятные для вас последствия, — сказал Ник Картер, — если вы будете упрямы, то я позабочусь о том, чтобы вас не выпустили, как было предположено, через полтора года, и кроме того я заявлю начальнику тюрьмы о том, каким образом вы передаете извещения вашим знакомым или сообщникам.