Страница 28 из 147
— Ты как? — Том осторожно обошел искореженный столик и сел рядом с другом, тот покрутил в воздухе свободной рукой, словно говоря “Так себе”. — Стихийный выброс?
— Угу, — пробормотал он из-за платка, — очень странный.
Рядом возник Люпин, протягивая обоим мальчикам по плитке шоколада. Гарри без единого вопроса принял угощение и тут же сунул себе в рот. Том с некоторым недоумением уставился на шоколад.
— Спасибо, не нужно, — деликатно ответил он.
— Нужно, — Люпин улыбнулся, — поможет прийти в себя после визита дементора.
Арчер недоверчиво изогнул бровь, но всё же взял шоколад и нехотя откусил кусочек, к своему удивлению, он тут же почувствовал, как его отпускают остатки липкого страха, а самочувствие заметно улучшается.
— Спасибо.
— Ну, Гарри, как ты? — доброжелательно улыбался Люпин, хотя Том видел беспокойство в карих глазах профессора.
— Уже лучше, спасибо, сэр, — мальчик отнял от лица руку, в которой держал платок и поспешно сунул его в карман, Том успел заметить небольшое алое пятно на светлой ткани и нахмурился. Раньше, после стихийных выбросов, кровь носом у Гарри не шла.
— А выглядишь ты всё так же паршиво, — скептично отметил лучший друг, Поттер устало улыбнулся, но в зелёных глазах царила пустота, словно из него выкачали все чувства разом.
— Просто нужно поспать, — вяло пробормотал слизеринец, — и никаких проблем.
— Так на него повлиял дементор? — понимая, что лучший друг опять затеял свою любимую игру “Со мной всё хорошо, я просто при смерти”, Том решил добиться какого-нибудь ответа от профессора, пытаясь понять, что же на самом деле происходит с Гарри.
— Думаю, что да.
— Они так на всех влияют?
— Нет, подобного я раньше не видел, — со вздохом признался Ремус, — предполагаю, что вместе с чувствами дементор тянул из него магию, что вызвало стихийный выброс, но это... ненормально...
— Сэр, я вообще ненормальный, — уныло заметил Поттер, — не думаю, что вы открыли что-то новое.
— В любом случае, мадам Помфри стоит тебя осмотреть, как только мы доберемся до школы.
— В больничное крыло в первый же день?! О нет, сэр, пожалуйста! Это кошмар! — заныл подросток.
— Гарри, в этом году дементоры будут патрулировать Хогвартс, — жестко сказал Люпин, — и нам нужно понять, почему они так на тебя действуют...
— Пока ты жив, — “ласково” добавил от себя Том, Поттер поморщился, но тут же подскочил.
— Дементоры в Хогвартсе?! Весь год?!
Том закатил глаза. Ну вот, как обычно, больше внимания Гарри уделяет всякой ерунде, а не своему здоровью.
— В Министерстве подозревают, что... беглый преступник может отправиться в Хогвартс, дементоры направлены туда, чтобы выследить его.
Гарри застонал.
— Вот кошмар.
— Чем от них можно защититься? — спросил практичный Том.
— Обычные чары на них не подействуют, их невозможно убить или ранить, только отпугнуть, для этого можно использовать заклинание Патронуса.
Том кивнул и, задумчиво закусив губу, впал в глубокое молчание.
За всеми этими разговорами они не заметили, как поезд снова тронулся в путь. Всю оставшуюся дорогу Гарри спал, как убитый, Ремус заглядывал к мальчикам пару раз, справляясь о здоровье Поттера, и Арчер каждый раз отвечал, что будить его пока не будет. Кроме профессора Том в купе больше никого не пускал, односложно отвечая на все вопросы интересующихся, что это их не касается.
К тому моменту как Хогвартс-Экспресс, наконец, прибыл в Хогсмид, Арчеру так надоели постоянные посетители, что он просто напросто заперся в купе вместе с Гарри и терпеливо ждал, пока все ученики покинут поезд. Только после этого он с некоторым недоверием передал лучшего друга с рук на руки Люпину, который собирался доставить его в лазарет, не привлекая внимания других учеников. Профессор ЗОТИ повел Поттера в сторону стоящей поодаль кареты для учителей, возле которой стоял еще один волшебник, явно дожидаясь своих попутчиков. Пару минут Арчер разглядывал незнакомца, пытаясь сообразить, кто это такой, но на улице было слишком темно, так что слизеринец даже лица его толком разглядеть не смог. В конце концов, Том решил, что это, скорее всего кто-то из персонала школы, сопровождающий учеников вместе с Люпином и, потеряв к нему всякий интерес, поспешил к последней карете, которая дожидалась его у платформы. В карете, помимо Тома, оказалось еще двое студентов: дерганый мальчишка с волшебным фотоаппаратом, который всю дорогу с подозрением таращился то на Тома, то на нашивку с гербом Слизерина на его мантии, и девчонка с длинными светлыми волосами, давно нуждающимися в расческе, которая лишь раз обратила на Арчера затуманенный безмятежный взгляд и без всякого выражения посоветовала ему остерегаться нарглов, после чего отвернулась к окну и больше не произнесла ни слова. Арчеру оставалось только догадываться, кто к чёрту такие эти нарглы. Новый учебный год в Хогвартсе как обычно начинался очень странно.
*
Провозившись со старостами и первокурсниками больше обычного, Снейп добрался до больничного крыла только к полуночи, мысленно проклиная этих тупоумных детей, которые даже кровать себе без постороннего вмешательства выбрать не могут. В итоге декан Слизерина ворвался во владения мадам Помфри в прескверном настроении и за неимением другого козла отпущения тут же накинулся на Люпина, который без дела слонялся по лазарету. Минут пятнадцать он пытался вытрясти из пустоголового оборотня все подробности случившегося с Поттером, пока, наконец,тне удовлетворился полученной информацией. Только после этого он решился пристать к Поппи.
— Магическое истощение, — вздохнула медсестра, — как обычно. Хорошо ещё Ремус сумел направить магию Гарри на конкретный предмет, иначе могли пострадать другие студенты. Только я никогда не слышала, чтобы дементор вызывал такую реакцию. Эти существа влияют на эмоции, а не на магию.
— Только если его магия и чувства не переплетены между собой, — заметил Северус.
— Они всегда переплетены, — отмахнулась от него Поппи, — но существует тончайшая грань, не позволяющая им слиться воедино, потому что в противном случае...
Она так надолго замолчала, что зельевар занервничал.
— В противном случае?..
— Это просто невозможно, — твердо сказала женщина, — нужно искать другое объяснение.
— Так и что ты предлагаешь сейчас? — ворчливо уточнил профессор.
— Ничего, — она вздохнула, — пусть мальчик отдохнёт и придет в себя. Мы в любом случае проведем обследование в этом году, но сначала придется подождать, пока Гарри восстановится.
— Вы будете ждать чертовски долго, учитывая, что вокруг школы бродят дементоры, — язвительно сообщил Северус, — ведь состояние Поттера напрямую зависит от их вмешательства.
— Давай не будем загадывать наперед, — устало сказала медсестра, — директор обещал, что дементоры не двинутся дальше границ школы, и если Гарри сам к ним не приблизится, угрожать ему они не будут.
Снейп решил не комментировать её последние слова. Поттер, который не лезет на рожон, это мёртвый Поттер, а значит одному конкретному декану придется следить за паршивцем, чтобы тот не попытался пойти поближе посмотреть на дементоров.
Оставшись в одиночестве возле кровати Гарри, зельевар ещё какое-то время наблюдал за спящим мальчиком, объясняя себе такую тошнотворную сентиментальность желанием убедиться, что Поттер не при смерти и завтра как миленький явится на занятия. Потом, воровато покосившись по сторонам, самый бессердечный профессор Хогвартса осторожно сдвинул длинную, неровно подстриженную челку со лба мальчика и положил руку ему на лоб, проверяя, не спал ли жар. Кожа под прохладной ладонью зельевара оказалась влажной и горячей, Северус обеспокоенно нахмурился, разглядывая бледное худое лицо спящего подростка.
— Для спасителя волшебного мира ты слишком хлипкий, Поттер, — тихо проворчал профессор, после чего опомнился, поспешно отступил на шаг от кровати, и, приняв независимо-презрительное выражение лица, покинул больничное крыло.