Страница 5 из 15
Капитан и лоцман были опытными индусскими моряками, а экипаж состоял всего из пяти надежных человек. Главным было чтобы не подвели двигатель и штурвал, а все остальное его не особо беспокоило. Все имущество Раджи, находилось на этом корабле, поэтому он всегда думал и заботился о его безопасности. Вот и сейчас, перед отъездом в Аргентину, он отремонтировал его. За несколько недель до выхода в море он перевел его в Тенерифе, выкрасил и починил, не жалея на то денег. В канцелярии губернатора оформил документацию, в том числе для Сары Корсантес и троих новых мальчиков. Уже ничто не могло помешать его планам уехать в Аргентину и завоевать там сердца новой публики. Он намеревался в течение нескольких месяцев провести представления в больших городах, потом пройтись по городкам побережья, забрать беспризорных детей и продать их в Бразилии. Этот опыт у него уже имелся, он знал и тех людей, которые могли бы купить их оптом, в противном же случае он отдал бы свою добычу в руки Мигеля и его брата Мануэля.
В день перед отъездом Мигель вместе с несколькими своими парнями принес к Радже два ящика виски, чтобы отметить завтрашний выход в море и поговорить о планах на будущее. Пока его люди, весь экипаж и члены труппы развлекались всю ночь, трое парней Мигеля незаметно пробрались на причал, где стоял корабль Раджи и в самом незаметном месте двигательного отсека ручным сверлом сделали несколько отверстий снизу. Воткнули в них смазанные кремом палки, чтобы они легко выпали от вибрации во время быстрого хода и работы двигателя. Если бы двигательный отсек наполнился водой, то катастрофа была бы неминуемой. Этого им показалось мало, и они перерезали опору крыла (плавника) штурвала настолько, чтобы во время сильного ветра и шторма он обязательно сломался и корабль остался без штурвала. Для моряков-пиратов это был уже хорошо испытанный способ. Корабль был обречен на гибель, так как проплыть без проблем почти трехмесячный путь до Аргентины было практически невозможным.
Мигель хорошо знал их курс и предположительную скорость их хода. Почти все маленькие корабли, которые выходили с побережья Африки, передвигались по одному и тому же маршруту. Сначала по кротчайшему маршруту надо было пересечь океан и достичь Бразилии, а потом уже взять курс на юг или север. «Морского волшебника» проводили с пристани утром, а к вечеру, следуя его курсу и скорости, сначала вышел Мигель, а через два часа – его второй корабль, загруженный рабами. Корабли Мигеля были более новыми и скорость их была выше. Капитану второго корабля Мигель дал инструкцию, как надо было действовать, если они догонят «Морского волшебника» раньше предусмотренного. По его замыслу, они должны были настичь корабль Раджи в самый критический для него момент. А если им понадобилась бы помощь, то и в этом случае он оказался бы ближе всех к ним.
К исходу следующего дня погода внезапно изменилась. Погода в океане вообще меняется так же быстро, как и настроение у ребенка – от смеха к слезам и наоборот. К вечеру ветер усилился. Небо почернело. Все предвещало бурю. До их выхода в океан прогноз погоды был совсем другим, такой циклон ожидался лишь через две недели. По их подсчетам к этому времени они уже должны были переплыть пол-океана и их могла настичь лишь какая-то часть циклона.
Надвигающееся несчастье первым почувствовал любимец публики Раму. Он жалобно заревел, стал биться о стены клетки, прося выпустить его. Проблему на «Морском волшебнике» обнаружили именно тогда, когда погода на море ухудшилась и кораблю приходилось прорываться уже через большие волны. Машинное отделение, где находился двигательный отсек, так быстро наполнялось водой, да к тому же с такого недоступного места, что его нельзя было замуровать ни снаружи, ни изнутри. Чтобы хоть как-то устранить эту неисправность, надо было снять тяжелый и массивный двигатель. Сделать это во время навигации было невозможно. Катастрофа казалась неминуемой. Единственным шансом улучшить положение было откачать воду помпой. Надо было возвращаться назад, чтобы как-нибудь достичь суши, и то – если успели бы.
Раджа и капитан сразу догадались, в чем была причина случившегося. Они в один голос заявили, что надо было возвращаться на сушу, чтобы как-то избежать этого циклона. Приняв решение, они тут же развернули корабль на восток. На корабле все волновались, Раджа тоже потерял покой: если они даже и достигнут острова, то и там их могли встретить не с распростертыми руками. Но сейчас главным было как-нибудь выбраться из океана. Капитан сказал, что сейчас их спасти может лишь помпа для откачки воды, но ее сила будет недостаточной и через 8–10 часов двигательный отсек полностью заполниться водой, тогда остановится и двигатель. Им же до ближайшего побережья надо было плыть полным ходом как минимум сорок часов. Все члены экипажа и пассажиры, стар и мал, были уже на борту корабля. Чтобы как-то вычерпать воду, они выстроились в ряд цепочкой и передавали друг другу наполненные водой ведра и всевозможные емкости. «Морской волшебник» по радио уже передал сигнал SOS и свои координаты. Оба корабля Мигеля приняли эти сообщения, но давать ответ они не спешили.
Огромная волна столкнулась с кораблем именно тогда, когда его первый сигнал вышел в эфир. Как маленькую лодку корабль бросило вперед. Палубу захлестнула вода. После первого удара волны два человека оказались за бортом. Началась паника. Кому удалось удержаться на судне и избежать смерти, спустились вниз. Огромные волны играли кораблем и как щепку носили среди бушующего океана. Ошеломленных людей бросало из стороны в сторону. Не успев пристегнуться или ухватиться за что-нибудь, люди получили страшные ранения. Кто-то поранил себе голову, кто-то сломал руки, двое лежали без сознания. Никто не мог помочь друг другу. Нельзя было понять: плыли ли они по волнам или летели по воздуху? Вторая огромная волна полностью накрыла корабль, потом подхватила и подняла его высоко, тут же ускользнула, и корабль упал в бездну. Послышался страшный скрежет железа, и пристегнутый штурвал закрутился. Во время падения крыло штурвала оторвалось, «Морской волшебник» и все его пассажиры были теперь во власти Посейдона и лишь от его воли зависели. Все были в шоке. Уже не было даже последней надежды на возвращение. Оцепеневшие, они застыли в ужасе.
Потерявший управление корабль кружился как юла. Волны били его то с одной, то с другой стороны, заваливая полностью на бок, и стоило ему как-то выпрямиться, как тут же следующая волна налетала на него уже сзади и выбрасывала его вперед. Он мчался в бездну между вздыбившимися, возвышающимися как скалы, волнами, оставляя людские души на произвол судьбы. «Морской волшебник» каждую секунду мог пойти ко дну. Все смешалось воедино, творился какой-то ужас, все плакали, кричали, издавали вопиющие звуки и полными отчаяния глазами прощались друг с другом.
И только Сара оставалась спокойной. Ни слез, ни волнения, никаких переживаний. Она закрылась в каюте, привязалась к кровати и доверилась судьбе. Раджа, привязанный, лежал в рубке у штурвала, он ясно видел причину этой трагедии: бог Шива и преданные ему души не простили ему похищения Эни Блейк, но думать об этом было уже поздно. Никаких шансов на спасение не оставалось.
Внезапно ураган стих, но волнение и ливень все еще продолжались, океан все еще бушевал. Корабль качался на волнах, но он уже не делал гигантских скачков и его уже не накрывало волнами. Волнение океана становилось умеренным и стабильным, но так как корабль был неуправляемым, большая вероятность того, что он перевернется, все же оставалось. Двигатель заглох и вот уже около четырех–пяти часов они находились в состоянии между жизнью и смертью.
Ответ с корабля Мигеля был отправлен лишь через два часа, хотя они и сами находились в состоянии не лучшем. На «Морской волшебник» этот сигнал не поступил, так как вскоре и радиостанция вышла из строя. Замысел Мигеля и был рассчитан только на такую экстремальную ситуацию, на что требовался определенный героизм, который могли осуществить лишь «морские волки» его команды. А у него такие ребята действительно были. Корабль Мигеля не мог подойти близко, это было очень рискованно, поэтому надо было выждать еще некоторое время. За два часа они приблизились к кораблю Раджи.