Страница 9 из 20
— Я мужчина.
Адэр сделал шаг назад и осмотрел костюмера с головы до ног:
— В упор не вижу.
— Если сапоги для полей-огородов и штаны без стрелок вы считаете признаком мужественности, — произнёс Макидор дрожащим голосом, — где же ваша брутальная небритость, и почему от вас пахнет дорогим парфюмом, а не пóтом? Следуйте своим убеждениям до конца, а не стойте посередине.
Адэр опешил:
— Ты в своём уме?
Макидор втянул шею в костлявые плечи:
— Не совсем. Зато я цельная личность.
— Уйди с глаз, — прикрикнул на него Адэр и посмотрел на своё отражение в зеркале.
Цельная личность… Как же ею стать, когда мысли, слова и поступки разбегаются в разные стороны? Где найти тот внутренний костяк, который должен обрастать гармонией и согласованностью мыслей, решений и действий? Тяжело вздохнув, Адэр взял с софы костюм.
Сегодня чувствовалось, что советники ответственно подошли к подготовке своих выступлений. Мужи сыпали цифрами, приводили примеры. Ближе к обеду затихли.
— Зачем мы собрались? — спросила Малика.
— Если бы вы не меняли платья, советник Латаль, — произнёс Орэс, — я бы решил, что третий день вижу один и тот же сон.
Малика провела рукой по лакированной поверхности стола, словно стирая пыль, видимую только ей:
— За два дня в Порубежье умерли одна тысяча семьсот шесть человек. Одна тысяча семьсот шесть человек так и не узнали, что в стране появились люди, которые позаботятся об их родных и любимых. Сколько ещё их умрёт в неведении и с тяжёлой душой?
Кладезь пригладил пальцами прилизанную чёлку:
— Вы нас в чём-то обвиняете, советник Латаль?
— Я хочу, чтобы вы делились с правителем своим опытом, а не ущербными знаниями мелких чиновников, которые вы откопали в архиве.
— Это жизнь нашей страны! — возразил Кладэзь.
— Которую никто из вас, кроме Крикса Силара и Анатана Гравеля, не знает изнутри.
— А вы? — подал голос Юстин Ассиз. — Вы знаете?
— И я не знаю. — Малика поднялась и отошла к окну.
Адэр поймал себя на мысли, что препирательства советников с Маликой доставляют ему удовольствие. Их нападки как сладкая месть за пощёчину. А он, как сказал костюмер, стоит посередине, не вмешиваясь в борьбу сторон. Только борьба неравная, бесчестная. И это придавало удовольствию кислый привкус.
— За десять дней Латаль объехала все селения самого бедного района страны, — произнёс Адэр и краем глаза уловил, как Малика резко обернулась. — Она была на всех приисках Бездольного Узла, разговаривала со всеми начальниками, встречалась со всеми стражами и беседовала с селянами. А вы, советник Ассиз, сколько искупительных поселений посетили за свою жизнь?
Юстин смутился:
— Ни одного, мой правитель.
Адэр посмотрел на тучного человека с грубыми чертами лица:
— А вы, советник Глур, пробовали прожить неделю всей семьей на пять моров? — Направил взгляд на Яриса. — Советник Ларе, вы когда-нибудь были в больнице для бедных?
Пригнув голову, Ярис посмотрел поверх очков:
— Мы знаем, что в стране всё плохо, мой правитель.
— Насколько плохо, советник Ларе? Кто из вас, уважаемые советники, успел хотя бы в общих чертах познакомиться со своей страной? Я вызвал вас из других стран. Вызвал заблаговременно. Чем вы занимались до сегодняшнего дня?
— Разрешите, мой правитель? — сказал Мави Безбур и поднялся. — Я должен был выступить два дня назад. Но я ждал от коллег главного вопроса: какими средствами располагает Совет? Так вот, денег в казне осталось на пятьдесят восемь дней. По приказу правителя прииски перестали сдавать камни в отделения тезарского банка. Первая причина: банк принимает камни по непомерно заниженной цене. Вторая: служащие банка оказались нечисты на руку. Соответственно, притока в казну нет. Нам нужен свой, государственный банк. Для его создания необходим уставной капитал, который формируется из казны. Круг замкнулся.
Лица советников вытянулись. Не ожидали…
Первым пришёл в себя Ярис Ларе:
— Ну и как нам прикажете работать без денег?
Мави пожал плечами:
— Возьмите в каком-нибудь отдалённом селении тяжелобольного ребёнка и донесите его до больницы на руках.
— Зачем?
— Пока вы несёте, обливаясь потом и страшась за жизнь малыша, вас посетят с десяток идей, как позаботиться о здоровье народа сейчас, а не через десять лет, когда будут построены сотни больниц. Если идеи не появятся — значит, вы занимаете чужое место, советник Ларе.
— Интересно, какие идеи посетили вас, — сказал Орэс.
— Старший советник! Я хочу извиниться перед вами за своих коллег и прошу присоединиться к нам, — проговорил Мави и, когда Малика вернулась в кресло, взял со стола бумаги. — Предлагаю провести в Порубежье ювелирную выставку-аукцион, на которой мы сможем продать удержанные драгоценные камни. Прошу проголосовать, не вдаваясь в подробности.
Заседатели подняли руки.
Адэр сжал подлокотники кресла:
— Принято!
Есть первое решение!
— Далее, — сказал Мави, глядя в записи. — В стране работает сто двадцать пять иностранных предприятий, налоги идут мимо нашей казны. Предлагаю провести модернизацию экономики…
— Говорите о финансах, экономику оставьте мне, — произнёс человек с глубокими залысинами на висках.
— Дослушайте до конца, советник Кольхаас, — проговорил Мави миролюбивым тоном. — Предлагаю провести модернизацию экономики путём регистрации международных концернов и компаний, не требуя открытия их представительств в Порубежье. Пусть работают где угодно, а налог с чистой прибыли платят нам.
— Чем вы собираетесь их заманить? — поинтересовался Кольхаас.
— Самая высокая налоговая ставка в мире составляет тридцать процентов, минимальная — пятнадцать. Я подготовил проект закона, который предусматривает семь процентов.
— Не маловато?
— С миру по капле — река в казну.
— Сомневаюсь, что сработает, — отозвался Орэс.
— Если не сработает, я попрощаюсь с креслом советника.
— И с авторитетом, — добавил Кольхаас.
— Не ставьте точку, коллега. Я только начал работать. Когда мои идеи иссякнут, вы узнаете первым, — сказал Мави и с довольным видом сел.
— Спасибо вам за подсказку, — произнёс Вилар. — Трасса Маншер — Партикурам проходит через шесть стран в обход Порубежья. Обе стороны платят впечатляющие дорожные сборы. Я предложу им построить дорогу напрямик. Лично разработаю выигрышный маршрут, который позволит мне заняться второстепенными дорогами.
— Тысячи наших граждан получат работу, — откликнулся советник по социальным вопросам. — Поддерживаю.
— Поддерживаю, — один за другим проговорили мужи.
Адэр достал из папки документ:
— Я составил договор, согласно которому Тезар временно возьмёт на себя представление интересов Порубежья на дипломатическом уровне во всех странах. Прошу ознакомиться.
Орэс округлил глаза:
— Мой правитель…
— Вы же не хотите, чтобы Порубежье оставалось страной на бумаге, советник Лаел? — сказал Адэр и пустил документ по кругу.
— Во сколько нам обойдётся сие удовольствие? — спросил Юстин.
— Как бы парадоксально это ни звучало, Тезар наш должник. И всё благодаря махинациям своего банка. Бойвард и Партикурам тоже наши должники. Из-за их халатности на границах в Порубежье стекается всякий сброд. Советник Бархат, я ни на секунду не сомневаюсь, что Партикурам согласится строить дорогу, чтобы хоть как-то восстановить репутацию. А с Бойвардом начните переговоры о телефонном, телеграфном и почтовом обслуживании Порубежья. Пусть даже временном. — Адэр сложил на столе руки. — И наконец, уму непостижимый факт: Ракшада нам тоже должна. В замке содержится нарушитель границы и работорговец — родной брат хазира Ракшады.
Советники закрутились, зашептались.
Адэр похлопал ладонью по столу, призывая мужей к тишине:
— Только не говорите, что не знали. Пресса вторую неделю гудит. Или вы следите только за тем, как обсуждают простолюдинов за столом моего Совета? — Откинулся на спинку кресла. — Пресса гудит, а хазир молчит. И пусть молчит. Каждый день его молчания увеличивает размер выкупа.