Страница 139 из 167
— Ненавижу! Ненавижу! — упала на колени, царапая землю руками, словно хотела ногтями вырывая глаза безжалостных магов. Тело ее снова жгло, и теперь она не держала этот огонь в себе.
— Люба! Оглянись! — страшный крик пришел издалека, остудив ее.
Любка повернула голову, и мысли о мести вылетели.
Она испугалась…
Огромная стена огня, теряясь где-то в вышине, с немыслимой скоростью двигалась в сторону оживленной трассы. Жар был такой сильный, что по пути обращал в пепел деревья, словно горел сам воздух. И Любка сделала единственное, что умела — остановила время.
Но было уже поздно. Две машины столкнулись, несколько других должны были вот-вот столкнуться. Слава богу, день предшествовал выходному, люди выезжали из города на дачи, дорога была оживленной лишь в одну сторону. Но у многих стрелка спидометра застыла на отметке сто двадцать и сто пятьдесят километров в час.
Просто как убить их всех!
Волосы у нее встали дыбом…
Она заглянула в первую машину и вздохнула с облегчением, удар пришелся сзади, водителя и пассажира спереди спас ремень безопасности, не дав пробить головой лобовое стекло. Машину отбросило и развернуло поперек дороги. Зато во втором джипе пристегнутым оказался только пассажир на боковом сиденье. Удар пришелся спереди и сзади, задние пассажиры висели в воздухе, отброшенные вторым ударом. Подушка безопасности защитила голову водителя, но ноги оказались зажаты деформирующимся передом, и сжатие еще не закончилась. Кости одной ноги не успело сломать, но вот-вот…
Зато в третьей машине, которая тоже выглядела как «Land Cruiser», водитель пострадал больше остальных. Руль сдавил грудную клетку, выдавило два позвонка, и, кажется, на обоих были трещины, обе ноги сломаны. Любка не сомневалась — после второго удара в бок он разлетится на куски. Скорее всего, раздробит позвоночник и рама, застывшая возле виска, проткнет череп. Железный порванный остов уже метил в голову.
Четвертая машина пока лишь едва коснулась его боком, но удар непременно состоится, когда она вернет время.
Слава Богу, видимо недалеко был светофор — впереди первой машины, там, где застыл огонь, расплавив асфальт, на несколько сотен метров дорога была пустая. Зато позади, почти впритык, шло еще порядка десяти машин.
Любка думала недолго, вытаскивая из машин всех подряд, оттаскивая в сторону и оказывая посильную первую помощь. Оживить и остановить все машины она не могла, большая скорость могла убить ее саму. Прогнать вперед получилось только последние четыре машины. Единственное, что она могла, поставить рычаг в нейтральное положение, выкручивая руль и вжимая тормоза, но уверенности, что это хоть сколько-то сработает, у нее не было.
Странно. Тот, которому досталось больше всех, пришел к ней, как призрак из прошлого. И тоже Игорь. Даже глаза такие же зеленые. Жена, ребенок, своя фирма… На мгновение, в то время, когда она дотронулась до позвоночника, рука ее дрогнула — на секунду показалось, что он моргнул. Да нет, нос у этого Игоря сломан, плотнее и шире в плечах.
Любка внезапно поняла, что не справилась. На место встали оба позвонка, но второй треснул. Она провела по спине рукой, стараясь почувствовать масштабы повреждения. Главное, позвоночный столб не задет, лишь слегка сдавило, когда выбило позвонки наружу. Этому парню в гипсе лежать и лежать…
Ее бросило в холод.
Значит, такова его судьба — не гони!
До огня оставалось еще метров сто, а то и больше, так что она как бы ни при чем.
Любка заставила себя подняться и не подходить к нему больше.
А потом она разгадывала тайну огня, заливая водой начавшийся пожар.
На этот раз никто не пришел ей на помощь. Струи хлестали ее по телу, не смывая грязь, которую она чувствовала в себе. Ей хотелось вырвать свое прошлое, как кусок плоти, которая вросла в нее — и она несла ее, как камень, придавивший ее к земле. Каждая вспышка воспоминаний несла боль, Любка корчилась, замирая, только когда боль выходила наружу и горела, разрывая небо, падала камнем вниз, оплавляя землю…
Наконец, воспоминания ее стали тихими, словно вышел гной, а тело мягким и безвольным. Ничего не изменить в своем прошлом она не могла. Но были моменты, о которых она теперь жалела — и представляла, как бы все было, будь она чуточку умнее и рассудительнее. Кроме нее никто не мог знать, скольким она пожертвовала, чтобы исправить то, что случилось сразу после ее рождения. Словно она пыталась что-то доказать, тем, кто наступил на нее — и собирала на себя новую грязь, узаконивая их обвинения.
А некому было доказывать! Враги ее остались там, где она не могла их достать.
Призрак Игоря вернул ее на двадцать лет назад…
Лето прошло незаметно. Любка уже ждала, когда мать снова начнет выгонять, и на этот раз она была готова. Но мать почему-то не торопилась. Она увиделась со всеми, с кем хотела, прошлась по всем местам, которые помнила особенно ярко — и перестала тянуться в прошлое, словно оборвалась нить.