Страница 28 из 43
В какой-то момент Лилит выскользнула из-за столика и ушла в тот самый укромный закуток, огражденный декоративными деревьями, где прятались Санни и Лестерс. Она стояла, положив ладони на перила, и разглядывала ночной город. Себя Лилит чувствовала куклой – ростовой, красивой, нарядной… Искусственной. Все вокруг думали, что она – девушка Октавия, в том числе его мать, а она всего лишь играла роль. Как есть кукла.
Там ее и нашел Октавий. Он подкрался к ней незаметно, положил руки на талию, заставив вздрогнуть, и притянул к себе, целуя в шею. Будто и не игнорировал последние часы.
– Эй, – вывернулась из его объятий Лилит, – ты что делаешь, Сладкий?
– Не называй меня так, – уже машинально ответил он и снова попробовал обнять девушку. Кажется, Октавий выпил чуть больше, чем следовало, а вот Лилит лишь пригубила шампанское – терпеть его не могла.
– А как мне тебя называть? – спросила она. – Любимым?
– Почему бы и нет? – легкомысленно согласился он и протянул руку к ее черным волосам, тщательно уложенным в очередном салоне. Октавию было важно, чтобы она соответствовала ему.
– Почему бы и нет? – нахмурилась Лилит, легонько ударяя его по запястью. – Проснись, Сладкий. Я ведь просто играю роль твоей подружки. Когда мы наедине, зачем притворяться?
– Перестань, – поморщился он и снова предпринял попытку обнять ее – на этот раз ему это удалось. Высвободиться Лилит не получилось. Да не сильно и хотелось – когда Октавий находился так близко, все мысли улетучивались, оставляя лишь плохо контролируемое желание быть с этим человеком. Забрать его себе и никому не отдавать.
– Знаешь, что мне хотелось сделать весь этот чертов вечер? – тихо спросил Октавий, обнимая Лилит и неспешно целуя ее лицо, игнорируя полураскрытые пухлые губы.
– Что? – только и спросила она, сминая пальцами рубашку на его спине.
– Избавить тебя от платья, – прошептал он, медленно ведя руками по ее телу вниз, изучая его сквозь ткань.
– Оно мне не идет? – запустив в его волосы пальцы, спросила Лилит. Положа руку на сердце, она бы и сама была рада избавиться от платья. Но… не здесь. Не сейчас.
– Тебе больше идет быть без ничего, – сообщил ей Октавий, чуть задирая кверху пышную молочную юбку – слабые протесты девушки не остановили его. И стоило ему поцеловать Лилит в губы, как она перестала отбиваться, забыв обо всем на свете.
Есть только он – Октавий.
Есть его манящие руки и губы, удивительно нежные и в то же время дерзкие.
И аромат дорогого холодного парфюма, к которому она почти привыкла. Изысканный флердоранж, хвоя и немного сладковатой ванили.
Поцелуй становился все жарче, объятия – крепче и вызывающе, а юбка поднималась все выше и выше. Кажется, Октавий не собирался отпускать Лилит просто так, ему было плевать, где они находятся, и плевать, что их могут увидеть. Плевать на все. Только он и Лилит. И огни этого города, каждый из которых, казалось, смотрел на них и сиял во тьме только для них одних.
Они упали на диванчик – тот самый, на котором еще недавно сидели Санни и Лестерс. И почему-то именно эта мысль вдруг отрезвила Лилит.
Так, как она увидела подругу, так и ее саму может кто-то увидеть.
– Все, хватит! – вдруг отстранилась Лилит – все-таки нашла в себе силы. Она уперлась руками в тяжело поднимающуюся грудь Октавия, не давая ему возможности заключить себя в объятия.
– Что такое, Лил? – с недоумением спросил он.
– Мы заключили сделку: я – твоя подружка на публике. Какого черта происходит, а? Что ты делаешь? – спросила Лилит, нервно натягивая платье обратно и отсаживаясь подальше от Октавия.
– Тебе не нравится? – прямо спросил он, пристально на нее глядя.
– Почему мне должно нравиться это? – вырвалось у Лилит, верх над которой снова взяла гордость.
– Думаешь, непонятно, что ты чувствуешь? – криво улыбнулся Октавий. – Говори, что угодно, Лил, но я же знаю, что тебе в кайф. Об этом сигнализирует твое тело и…
– Перестань! Мы играем пару из-за твоей матери, но у меня такое чувство, что… что я – твой обслуживающий персонал! – выпалила Лилит.
– Вот как? – приподнял бровь Октавий, который явно был недоволен тем, что она так оттолкнула его. Для него в их странных отношениях все было куда проще, чем для нее, хотя он и сам не думал, что его будет тянуть к этой забавной девушке.
– Ты платишь мне за то, чтобы я играла роль твоей подружки или была твоей подружкой? – спросила рассерженно Лилит.
– Ты хочешь сказать – спала со мной? – полюбопытствовал он.
– Идиот! – рассерженно выкрикнула она и вскочила на ноги. – Ты думаешь, я твоя кукла, что ли? Можешь пользоваться мной?
– Что ты несешь? – потер руками лицо Октавий. – Зачем ты все так усложняешь? Просто иди ко мне, – похлопал он по дивану рядом с собой, делая последнюю попытку. – И перестань, злиться не из-за чего.
– Не из-за чего? – еще больше вспылила Лилит. – Ты слышишь себя?
– А ты? Несешь какую-то чушь.
– Не чушь. Ты просто придурок.
– Не думаю, что это хорошая идея – повышать на меня голос, – холодно сказал Октавий.
Наверное, они бы поругались, если бы их не нашла Элинор.
– Вот вы где, – сказала она весело. – А я вас обыскалась…
На этом певица замолчала – поняла, что между сыном и его девушкой что-то произошло.
– Все в порядке? – спросила Элинор, настороженно глядя на Октавия.
– Да, – натянуто улыбнулся тот.
– Конечно, – одновременно с ним ответила Лилит. Ее улыбка получилась куда более естественной – актриса как-никак.
– Надеюсь, вы не ссоритесь из-за пустяков? – поинтересовалась Элинор.
– Нет, что ты, – раздраженно ответил Октавий.
– Что-то подсказывает обратное, – усмехнулась его мать и обратилась к Лилит: – Дорогая, не обращай внимания на перепады его настроения. Ричард с детства подвержен им. Я нашла вас, чтобы сказать, что уезжаю – завтра с утра фотосессия, и мне нужно выспаться. Надеюсь, вы хорошо повеселитесь, – добавила Элинор с явным намеком, прекрасно понимая, почему они решили уединиться в столь укромном местечке.
– Пожалуй, мы тоже поедем домой, – решил Октавий. Он встал и, ни слова не говоря, направился на террасу. Обиженная Лилит про себя пожелала ему провалиться, однако внешне оставалось спокойной – даже улыбнулась. Она отлично отыгрывает свои роли. Всегда.
– Лил, не обращай внимания, – повторила Элинор, кладя руку ей на плечо. – Рич – хороший мальчик. Но иногда ужасно себя ведет. Идем.
Она взяла Лилит под руку и повела к хозяевам дома, чтобы попрощаться с ними. С Октавием они встретились уже в холле – он был холоден и отстранен. И в какой-то момент Лилит даже подумала, что он обиделся на нее.
Втроем они спустились на лифте и направились на подземную стоянку, где Элинор ждал автомобиль с водителем, а Лилит и Октавия – его машина.
– Если вы поссорились, надеюсь, что найдете силы помириться, – напоследок сказала Элинор. – И, Ричард, ты можешь просто уступить девушке.
Она потрепала сына по волосам – как маленького – и умчалась, оставив после себя шлейф утонченных духов. Тонкий аромат застывших во льду голубых гортензий, морозного утра и северного сияния.
– Садись за руль, – бросил Октавий Лилит и оказался на пассажирском месте. Она вздохнула и послушно опустилась на водительское кресло.
– А если я пила? – спросила она, пристегивая ремень безопасности.
– Я же видел, что не пила, – отозвался Октавий.
– Как? Ты на меня вообще внимания не обращал!
Он одарил ее тяжелым взглядом.
– Просто отвези меня домой.
– Эй, ты обиделся? – осторожно спросила Лилит, включая зажигание.
– Нет.
– Серьезно?
– Просто веди машину, – сказал Октавий и отвернулся к окну.
Отлично! Подставная девушка, любовница, еще и личный водитель! Но Лилит сдержалась. Пусть ведет себя как скотина. Будет меньше нравиться ей.
Ехали они молча – стоило Лилит включить радио, как Октавий попросил выключить его. Он не ругался, не повышал голос, но был так холоден, что девушке стало не по себе. И Лилит опять подумала, что уже в который раз забыла, кто он и кто она.