Страница 3 из 48
Я открываю рот, чтобы озвучить это, как в тот же момент Анна наклоняется вперед и бегло смотрит на меня, прежде чем перевести внимание на нашего босса.
— Щедрое предложение, сэр. Мы найдем способ все утрясти. Я буду на шоу. Мне не хочется ставить под угрозу привилегию находиться с Ксавьером на бэкстейдже, когда его отстранение закончится. Быть рядом с ним — все, что для меня имеет значение.
— Анна… — я произношу ее имя как предупреждение.
Она смотрит на меня.
— Я знаю, о чем ты думаешь, но все будет в порядке. Я справлюсь, пока тебя нет. К тому же, это не продлится вечность. Мы будем в разлуке всего несколько дней в месяц. Мы пройдем через это.
— Слушай ее, Икс. Она умна и действует в лучших твоих интересах.
Я знаю.
Анна несет мне только добро. Я доверяю ей и ненавижу мысль о том, что она будет на «Напряжении» без меня, но каков сейчас выбор, кроме как согласиться? Горячность только добавила мне гребаных проблем, нужно учиться вести себя разумно. Так что сделаю вид, что поддерживаю это решение, пока не смогу втолковать ей свои мысли.
— Хорошо. Но после трехмесячного отстранения ты дашь мне шанс выиграть пояс.
Знаю, слишком самонадеянно для человека в моем положении чего-то требовать, но мне действительно хочется стать чемпионом.
— Разумеется. Фанаты меньшего и не станут ждать. Кто бы ни владел поясом…
— Я не хочу «кого-то». Я хочу Рекса на ринге.
Вот та часть сделки, которая должна быть кристально ясной. Есть только один человек, которого я хочу видеть на ринге, когда вернусь, одного его я хочу повергнуть в боль, когда отберу самое ценное для него в этом мире.
Он кивает.
— Шоу будет эпичным. Я удовлетворю твою просьбу, если ты прислушаешься к моим предупреждениям и останешься в стороне до окончания отстранения. У меня будет время подготовить базу для твоего возвращения.
Машина подъезжает к мотелю и паркуется у центрального входа, пока я обдумываю свое положение. Остаться вдалеке от Анны — последнее, чего я хочу. Ни дня не прошло с того, момента, как я встретил ее, чтобы мы были порознь. Но как бы ни было неприятно, я должен позволить этому случиться. Но, клянусь Богом, если Рекс хоть раз, блять, попытается достать ее, никто не сможет оттащить меня от него.
— Понял, — все, что я говорю, прежде чем открыть дверь и выйти. Я протягиваю руку Анне, помогая ей выйти из машины. — Пойдем, красавица.
Анна прижимается ко мне, пока мы возвращаемся в номер отеля. Я целую ее голову, ожидая лифт. Какой бы долбанутой ни была эта ситуация, могло выйти намного хуже.
Глава 2
Анна
Мы скрылись в нашем номере, подальше от любопытных глаз.
Наконец Ксавьер только мой.
Я обнимаю его, чувствуя потребность прикоснуться к его коже.
Когда я смотрела, как копы уводят Ксавьера с ринга в наручниках, весь мой мир рушился на глазах. Стоило только нам наладить отношения, как ад разверзся над нашими головами, и все перевернулось вверх дном.
В моей жизни не было момента хуже, чем когда я стояла на коленях на ринге перед Ксавьером сегодня вечером. Мне было ненавистно видеть, как он теряет контроль, уничтожая все, ради чего трудился. Мое сердце разрывалось от боли. Все не должно было так далеко зайти, но Рекс не хотел отступать, а Ксавьер не из тех, кто сдается.
Чего я не ожидала от Ксавьера, так это признания в любви. Больнее всего было сознавать, что в следующую секунду после того, как он признался мне в своих чувствах, его упекли за решетку.
— Ты не представляешь, как я боялась, что все потеряно, — шепчу я. Ксавьер крепко обнимает меня, и все события сегодняшнего вечера кажутся не больше, чем воспоминанием из далекого прошлого.
Он прижимается щекой к моей макушке.
— Тебе не нужно об этом беспокоиться. Я найду способ вернуться к тебе… всегда.
Я таю от его слов. Если бы кто-то сказал мне, что чудовищно сексуальный мужчина, с которым я познакомилась в самолете, будет говорить мне такие слова (естественно, срывая с меня трусики, но обещая быть в моей жизни вечно), от которых я буду падать в обморок, я бы в это никогда не поверила.
Кажется, произошедшее на ринге изменило его взгляды на жизнь. Он всегда с такой неохотой давал обещания и брал на себя какие-либо обязательства. И даже сказал мне, что он не из тех, кто женится. Похоже, что для нас это шаг в правильном направлении, учитывая все то сумасшествие, что происходило вокруг сегодня.
Ксавьер вырисовывает круги у меня на спине, и я вздыхаю, прижимаясь к нему.
— Устала? — спрашивает он.
До этого момента я не осознавала, насколько вымотана. Вечер был напряженным, и я уверена, что засну на месте, стоит только прикрыть глаза.
Но я не хочу отпускать Ксавьера. После того, как его чуть не закрыли в камере навечно, мне кажется, что у меня в любой момент могут отнять возможность вот так обнимать его, когда я только захочу. Так что на данный момент мне хочется лишь стоять здесь и обнимать его, дышать им, так долго, как это возможно.
Я поднимаю голову и смотрю в его светло-голубые глаза.
— Я готова лечь в постель, но спать пока не хочу.
И Ксавьер улыбается, впервые с того момента, как начался весь этот хаос, и это не просто улыбка. Она заставляет сердце замирать и повергает меня в бездну любовного помешательства.
— Моя тихоня превратилась в проказницу?
Я дарю ему свою лучшую озорную улыбку.
— Боюсь, что да. Похоже, тобой невозможно пересытиться.
Он обхватывает мое лицо большими руками.
— Рад это слышать, потому что я охренеть как помешался на тебе.
Его губы прижимаются к моим, и я немедленно теряюсь в этом поцелуе. Его щетина царапает пальцы, когда я оглаживаю линию его подбородка.
— Ты нужен мне.
Его глаза лукаво блестят.
— Так ли это?
Ксавьер наклоняется и прикусывает мою нижнюю губу.
— Не представляешь, как меня заводит, когда ты просишь об этом. Весь мой самоконтроль, до капли, уходит на то, чтобы сдержаться и не повалить тебя на кровать, а потом подвергнуть каждый сантиметр твоего тела пытке удовольствием.
Только от одной мысли об этом мой пульс учащается.
— И что тебя останавливает?
— Ты слишком сладкая для этого. — Он наклоняется и проводит носом по моей щеке, заставляя мое тело дрожать в предвкушении. — И ты не готова к тому, чтобы позволить мне взять над тобой контроль, пока не готова.
— Откуда ты знаешь? — Я делаю глубокий вдох, моя грудь вздымается. — Ты не должен всегда быть нежен со мной, Ксавьер. Если ты хочешь меня, возьми меня. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.
Его теплое дыхание согревает чувствительную кожу на моей шее, заставляя пальчики поджаться. Удивительно, как этот мужчина может завести меня одними только прикосновениями и обещаниями будущего удовольствия. Ни с кем другим у меня не было таких ощущений.
— Ты уверена в этом, красавица? — Его глаза затуманились от желания.
— Да. — Я проскальзываю рукой под его рубашку, поглаживая натренированные мышцы пресса. — Не сдерживайся.
Похоже, только этого разрешения он и ждал, потому что его прикосновения с нежных мгновенно сменяются на жаждущие.
Пальцы Ксавьера путаются в моих волосах, позволяя крепко удерживать мою голову на месте, и он впивается в меня губами. Языком он скользит по моим губам, спрашивая разрешения войти. Я приоткрываю рот, и его язык проникает внутрь, низкое рычание вырывается из его горла.
Понимание, что он наслаждается этим поцелуем так же, как и я, заставляет мою киску сжиматься.
— Хочу, чтобы ты была голой, — пальцы Ксавьера находят край моей рубашки, его мизинец гладит мою обнаженную кожу, в следующую секунду он уже стягивает рубашку с моей головы, с большей ловкостью, чем должна быть присуща такому крупному мужчине. Подушечки его пальцев ласкают холмики груди, выпирающие из моего бюстгальтера, а затем он дотягивается до моей спины и с легкостью расстегивает его.