Страница 42 из 57
М-да. Конечно, я предполагала о возникновении таких трудностей, но не думала насколько быстро это случится. Теперь надо поискать Пернатого. Предположим, я птица, увидела недовольную мину Артёма, куда бы я спряталась? Тишина. А никуда – с пожитками умчала бы на юг!
Я перерыла весь дом, осмотрела площадку внизу под окном, но птица бесследно исчезла. Очень жаль, что не успела попрощаться с Пернатым. Конечно, рано или поздно он бы покинул меня. Но сейчас я была не готова к вечной разлуке с амбициозной птицей. Потеря друга позвала в мою душу тоску. Складывалось впечатление, что бросил меня не Пернатый, а как минимум Артём.
32
Нити прошлого
Прошло два дня, и наступили солнечные выходные. Я ждала Артёма, но он так и не приехал и даже не позвонил. Вероятно, тонкую натуру пилота обидел мой душевный смех. А, может, что-то стряслось?... Не-е-ет. Телевизор работает без перерыва на обед; как говорится: «Мы следим за развитием событий». Случись что-то страшное, я была бы осведомлена.
Кстати, исчезнувший с радаров боинг, летящий в Боснию и Герцеговину, по-прежнему не найден. Кожу пробирал озноб от всяческих догадок. И куда он подевался?..
Шестое чувство толкало меня на кухню для предпринятия очередной попытки в освоении кулинарии. Выкладывая фотографии новых питомцев на сайт приюта, я наткнулась на рецепт бисквитного пирога – пышного и аппетитного, под названием «Девочки, такого вы ещё не пробовали!». Его незримый запах, сулящий аппетит, просочился сквозь монитор, и ноги сами понесли меня в продуктовый магазинчик внизу. Вскоре я замесила тесто, причём строго по рецепту, и поставила в духовку, с трудом отмытую от запеченной курицы. Насыщенный аромат ванили окутал стены, и я мысленно открывала шампанское в честь первого кулинарного достижения.
Пока чаинки в заварнике медленно спускались вниз, Вика одаривала меня по телефону словами благодарности.
– Что ты с ним сделала? – удивлялась Вика. – Пашка как шёлковый ходит! Попросил прощения, ухаживает, снимает ботинки, а ночью, стоит только раскрыться – кутает одеялом.
– Ничего. Убедила, что он тебя не достоин.
Викин голос пропитался счастьем. В подобной ситуации невольно задумываешься, как мало нужно нам, сильным и капризным женщинам. Всего-то ложку любви и колпачок жалости от холодных мужчин!
Медовые речи Вики прекратились. Нож утонул в пышности бисквита, и я предвкушала райское наслаждение. А между тем со стороны двери раздался небрежный звук, затем в скважине показался ключ, два оборота им, и в комнату вошёл Артём. Вид у него был сонный и уставший. Как же нелегки будни отважных членов экипажа!..
Ожидание, что он начнёт диалог первым, затянулось. Вот бы упал работающий фен в воду, как в фильме «Чего хотят женщины[13]», в момент, когда буду лежать в ванне. Тогда в голове что-то щелкнет, и я прозрею. Буду шнырять по улицам и читать мысли встречных людей, особенно меня интересует, о чём думает Артём, вяло снимая обувь...
– Привет, милая.
От его улыбки доброты бермудский треугольник родинок поднялся ближе к янтарным глазам.
– Как вкусно пахнет! Я такой голодный.
Фух! Неоспоримое радушие Артёма опровергало обиду… Он обнял меня сзади, с чувством целуя в макушку.
– А я тебя не ждала. Ты ведь так и не написал.
Он устроился на стуле подле меня и снял ролекс.
– Не сердись, я сильно опаздывал. Мы летали в Аргентину; пару часов сна и обратно в Москву.
Бедняжка! Сдалось ему это небо, когда речь идёт о самом прекрасном словосочетании: крепкий продолжительный сон?
– Будешь чай?
Он согласился. Наливая кипяток в кружку, я повернулась к столу. Артём с куском отрезанного пирога в руке и набитым ртом вяло пережевывал бисквит. Страдальческим взором он бегал по поверхностям, ища спасения, а спасением для него было только выплюнуть откусанный мякиш пирога. Но, видимо, его чудесное воспитание не позволяло ему так надругаться над пищей и моими трудами. Искусственный румянец на моих щеках смешался с естественной краской. Как выяснилось, удачный день по гороскопу касается всех Овнов, кроме меня. На будущее прежде, чем выставлять на общественный суд кулинарные шедевры, сперва необходимо пробовать самой... Артём еле проглотил злополучный комок. Большие капли пота выступили на лбу, и он двумя руками ухватился за кружку. Ситуация полностью оправдала утверждение: запах не гарантирует вкуса, а для людей бабушка использовала другую поговорку: «с лица воды не пить». Интересно, где юные поварята берут подобные рецепты? Сомневаюсь, что они пробуют свою творческую стряпню...
– Прости, не хотела тебя отравить! К сожалению, готовить я не умею.
Я виновато улыбнулась, напоминая прототип спелого томата из рекламы про сок. Артём отнёсся с пониманием к плохому, в первую очередь для него, известию. Он подошёл ко мне и крепко обнял.
– Ничего страшного. Я видел магазин фастфудов неподалёку. С виду местечко приличное.
С виду мой бисквит тоже выглядел кулинарным шедевром! Любопытно, чем удалось его так испортить? Может, я перепутала сахар с солью или забыла положить корицу? Или немного мозгов, чтобы понять всю ценность проверенного рецепта мамы-повара со школьной столовой…
Артём развеял пелену моих размышлений.
– Я приму душ и посплю, – сказал он, снимая рубашку. – Ты вечером идёшь на танцы?
– Да.
Что за праздный интерес? Только бы он не приехал за мной...
– Я приеду за тобой. Во сколько заканчиваешь?
Мной овладевал страх разоблачения. "А не прикинуться ли глухой? Ему нельзя показываться в танцевальной школе! Там он встретит Алекса, и придётся снова выкручиваться" – думала я, рассеянно откусывая пирог.
– Катя?!
– В начале десятого, – ответила я.
Мои вкусовые рецепторы определили живую соду в бисквите. Скорчив нос, губами я беззвучно шепнула: "Гадость" и выплюнула откусанное в мусор, брезгливо потирая язык рукой. Артём неудоменно застал меня за этим странным занятием.
– Слушай, ты сильно замотался за эти дни, – я смахнула своё творение с тарелки в урну. – Не беспокойся! Я сама доберусь.
На пути в ванну он смерил меня недоверчивым взглядом. А я безмолвно ликовала, что так легко убеждаю. Спустя десять минут он устроился на скрипучем диване, вытягивая вперёд распаренные ноги.
– А ты случаем ничего не скрываешь от меня? – мирно спросил Артём.
Вот засада! Да у него чуйка, как у немецкой овчарки. Надо бы «запутать следы», так сказать…
– Скрытность - это не про меня. Хочу задать один вопрос.
– Задавай.
– Ты специально оставил окно раскрытым, чтобы Пернатый улетел?
Он повернул своё удивленное лицо, полное детской невинности.
– Нет. Я ничего не открывал, поймать его не смог, потому и проветривать не стал.
Опа… Очередной прокол! Значит, это Антонина Григорьевна лишила меня летающего друга. Неужели он упал с окна и разбился? Тогда его размазанное по асфальту тело находилось бы внизу. Но тщательные поиски опровергли трагичную версию. Остаётся два варианта: либо он, как хамелеон, слился с обстановкой квартиры, что снова опровергли поиски; либо Пернатый сумел взмыть в небо, а теперь сидит на какой-нибудь ветке рябины и отмечает обретенную свободу соком забродивших ягод....
– Кать, ты точно ничего не скрываешь? У тебя вид испуганного зайца.
Я промолчала, продолжая копошиться на кухне. Усталость сморила его окончательно. Артём с трудом сдерживался, чтоб не уснуть.
– Так ты скажешь, куда за тобой подъехать?
Он точно не отвяжется! Ещё один отказ расценит, как подозрительную деталь одного большого сомнения, которое так явственно написано на его лице, где глубокие синие круги легли пластами под медовыми глазами…. Я назвала адрес школы. Ладно, не впервой ходить по лезвию ножа. Выкручусь как-нибудь на месте!
Когда я закончила уборку на кухне, мой телефон громко завибрировал. Сердце радостно колотилось в груди. Мне звонит Алекс! Я посмотрела на стюарда. Обнимая корпусом взбитую подушку, Артём тихо сопел носом, словно и не было тех внушительных обвинений в адрес дивана – одной из причин изнурительной бессонницы. Я ответила на звонок.