Страница 118 из 125
— Врата? — удивился Ликориан. — Но они обратились в пыль, когда я прочел заклятие.
— Этого не может быть, — уверенно отрезал Человек. — Заклятие открывает двери, но после того, как гость проходит, они снова надежно запираются!
— Но я видел, как ворота обратились в пыль. И Диани тоже.
Девушка кивнула. Предчувствуя неладное, чародейка уже обматывала серебристые волосы вокруг шеи. Серые локоны слегка потускнели и потеряли природный цвет от грязи и пыли, но все еще оттеняли золотые глаза Диани, притягивая чужие взгляды.
— Это невозможно! Материал врат выдержит даже воздействие Хаоса, — настаивал Безымянный маг. — Если только…
Лицо Мивара исказила гримаса ужаса. Он сорвался с места, и словно ветер промчался мимо Искателя, скрывшись в одном из коридоров, ведущих к выходу из пирамиды.
Не сговариваясь, Диани и Иникай бросились за ним. Чуть погодя из Зала Совета выбежал и Ликориан. Не было точно понятно, что именно напугало Человека, но вряд ли это был обычный сквозняк, вызванный отсутствием ворот.
Еще не добегая до выхода из храма, Безымянный маг напустил синеватого тумана, призванного выявить гончих Аспарока, если те уже затаились в коридорах Хранилища. Но пока только Иласури и Вимас заставляли облака пара разбегаться по сторонам замысловатыми вихрями.
— О нет! — одними губами прошептал Мивара, падая на колени перед кучей светящейся пыли, бывшей некогда непробиваемыми дверями пирамиды. — Он снова перехитрил меня!
— О чем вы? — спросил Искатель, стараясь мысленно отслеживать любое движение в лабиринтах пещер.
— Это было заклятие! Заклятие мгновенной энтропии.
— Энтропии? — переспросил Вимас, слыша это слово впервые.
— Да, — отвечал Человек, с трудом поднимаясь на ноги, и держа на весу пригоршню бесполезной пыли. — Энтропия — это разложение, превращение в прах всего материального. Он не смог открыть врата сам, а потому наложил на них чары разрушения от времени. Вот только сработать заклятье могло лишь тогда, когда защита храма спадет. Это и произошло в момент, когда вы открыли замки. Всего на мгновение магия Хранилища ослабла для того, чтобы впустить вас. Но этого было достаточно для Аспарока. Он раз и навсегда устранил препятствие, что мешало ему проникнуть внутрь! Что же вы натворили…
— Мы?! — удивленно переспросил Вимас. — Но любой другой мог войти до нас или после!
— Никто не открывал врата в храм уже многие века, — покачал головой Мивара, сквозь пальцы просеивая искрящийся песок. — Даже я попадал внутрь с помощью портала, связывающего мою цитадель и Хранилище! Но вы правы… в этом есть и моя вина. Как я мог не увидеть этого заклятия? Как я не почувствовал его раз за разом приходя сюда, чтобы убедиться в прочности стен? Чары Аспарока сильны! Очень сильны! Но тем лучше я должен был видеть их след…
— Не время думать о прошлом, — подал голос священник из-за спин магов, указывая на пещеру перед пирамидой. — Подумайте о настоящем. Эти гости не будут ждать приглашения, чтобы войти!
Гончие, а их было не менее пяти, даже не скрывались. Они медленно приближались к храму, сняв маскировку. Стекловидные тела, словно зеркала отражали любой блик, а алые угольки глаз смотрели лишь на Мивара, пожирая его взглядом. Из оскаленных пастей валил пар, а на прозрачный пол капала расплавленная слюна, прожигающая даже камень.
— Они знали, когда прийти за мной, — тихо прошептал Человек. — Аспарок уверен, что я не брошу наследие Иласури и буду защищать его, даже ценой своей жизни.
— Знает? — усомнился Вимас. — Вроде вы говорили, что ему неизвестно о выживших Древних.
— Я надеялся на это. Сам он уже давно не появлялся в этом мире, отправляя лишь гончих. Я хотел верить, что он не замечает меня и оставшихся Иласури. Иначе как объяснить то, что мы все еще живы? Стены храма или цитадели могли защитить от него, но невозможно прятаться за ними вечно. Но также я знал, что он видит все: мои дела, мои надежды, мои потуги сохранить наследие Древних. Я постоянно ускользал из его лап, питая себя иллюзией того, что он не подозревает о моей истинной сущности, принимает за человека. Но стоит признаться себе и вам — Аспарок всегда знал о том, что Древние выжили. Он просто играл с нами так же, как милок играет с добычей, перед тем как съесть ее. И сегодня его стол будет полон. Но без боя я не отдам ему этот храм! Настала пора встретиться со всеми теми, кого я потерял во время Великой войны! Быть может тогда я обрету покой…
— Не время умирать, — уверенно заявил Вимас, перехватывая посох и проецируя защитную сферу на всех окружающих. — Мы с Диани сейчас не в лучшей форме. И отдых бы точно не помешал. Но раз уж так получилось… Уверен, что этих тварей можно победить! Мы уже сражались с ними возле Драконьего дворца. Они сильны, но не неуязвимы. И из них так же бежит кровь: тягучая, расплавленная, похожая на жидкое стекло… но кровь!
— Но они лишь авангард. Вскоре здесь будет сам Аспарок!
— Будем решать проблемы по очереди, — улыбнулся Ликориан, чувствуя, как азарт разогревает его кровь. — Нас четверо! Причем трое — Древние. Я о таком не мог и подумать еще день назад!
— Народ, заклинаю вас Незримым, хватит балаболить, — прервал Иникай разговорившегося друга. — Нам сейчас глотки перегрызут, давайте отложим пафосные речи!
— Но он прав, — сухо произнес Мивара, распрямляя плечи и принимая вызов взглядам гончих. — Я столько веков охранял наследие! Не время опускать руки!
Вимас хотел сказать что-то одобрительное, но монстры, словно получив команду, вдруг атаковали яростно и все вместе.