Страница 110 из 125
Несмотря на силу духа, темная чародейка была вынуждена отвести взор первой.
Закусив губу и поставив костяную чашу на ручку кресла, гарпия спросила:
— Так что ты решил? Бой или жизнь?
Вимас молча стукнул посохом по звенящему как хрусталь полу. Его ответ был бессловесен, но вполне понятен.
Атака Миранилис была молниеносной. Под ее волей окружающие кости мертвецов размололись на тысячи острых осколков, смертоносным градом метнувшись со всех сторон к Искателю.
Вимас не шелохнувшись отразил атаку, поставив вокруг себя непроницаемый купол. Диани последовала его примеру чуть менее расторопно, отчего несколько осколков все же достигли девушки, хоть и не нанесли ей значимых травм.
Миранилис злобно рыкнула, словно дикий зверь, готовый снова ринуться в атаку. Но прежде чем темная чародейка реализовала очередное проклятие, Ликориан нанес удар сияющим посохом.
Каменная "палка" Искателя, превратилась в длинное копье, сияющий наконечник которого ударил возле ног гарпии, порождая ослепляющие искры и жар.
Миранилис на мгновение оторопела, заслонив рукой глаза. И тогда Ликориан наложил на нее заклятие оков, стесняя движения и постепенно облачая темную чародейку в каменный кокон.
Возможно, битва на этом бы и закончилась, но Агнос не позволил этому сбыться. Бледный маг выкрикнул заклятие, разбивая оковы Миранилис, после чего хлопнул в ладоши, порождая ударную волну. Сконцентрировавшийся на удержании темной чародейки Вимас не смог одновременно контролировать и купол и чары стеснения, поэтому его защита лопнула как мыльный пузырь. Искатель и Диани были отброшены к стене словно щепки.
В последний момент Ликориан успел смягчить падение, приземлившись на колени и быстро поднявшись. Однако контроль над Миранилис был утерян, и она атаковала с новой силой и утроенной яростью.
Воздух в зале стал жестким и сухим под чарами темной чародейки. Кожа Вимаса и Диани начала трескаться, сквозь ранки засочилась кровь, которую Миранилис притягивала и впитывала в себя, восстанавливая силы. Агнос же наложил на окружение проклятие вечной жизни, оживляя трупы вокруг и направляя их в бой.
Искателю пришлось сильно постараться, чтобы снять с себя проклятие иссушения. Он даже отказался от мысленных заклятий, произнося слова Истинного языка четко и вслух. Но это сработало, освободив и Ликориана и Диани от вампиризма Миранилис.
— Займись трупами! — крикнул ученице Искатель. — А я возьму на себя этих двоих.
— "Эти двое" уже один разок надрали тебе задницу! — наигранно весело выкрикнула Миранилис. — У тебя есть еще шанс сдаться. Воспользуйся им!
Ликориан не ответил.
Начертив посохом черту на полу, Искатель поднял перед собой светящуюся стену энергии. Быстро начертив на ней символ, маг обоими руками будто толкнул ее вперед, заставив сияющий щит ринуться в сторону Миранилис и Агноса.
Тем временем Диани, под прикрытием защиты учителя, достала свои темные клинки, ринувшись резать и кромсать ожившие трупы мерсинцев, норовящие своими переломанными конечностями и торчащими костями пронзить Вимаса.
На мгновение обезоруженные Агнос и Миранилис были вынуждены переключить свое внимание на приближающуюся стену света. Совместными усилиями они смогли пробить барьер и рассеять его, но на это ушло достаточно времени, чтобы Хлебушек повторно угомонила ходячих мертвецов, сбивающих и отвлекающих Вимаса от произнесения атакующих чар.
Бой продолжился. Диани и учитель отбивали атаки и блокировали проклятья, а Агнос и Миранилис беспрестанно пытались пробить эту защиту. Но постепенно темные чародеи начали уставать и допускать ошибки. Искатель ждал этого, чтобы применить решающее заклинание.
Когда Миранилис вдруг промахнулась, метнув в Диани призванное копье, Искатель обрушил на зал поистине разрушительное заклятье, вложив в него все свои оставшиеся силы.
В центре комнаты появился фиолетовый шар. Он быстро рос, наполняясь энергией, которую передавал ему Вимас. И в мгновение, когда Миранилис готова была произнести очередное проклятье, пытаясь убить незащищенного Искателя, Ликориан проткнул посохом парящий пузырь, высвобождая накопившуюся в нем силу.
Грянул взрыв. Будто тысячу бочек пороха подожгли одновременно. Свет, пламя, разрывающая все ударная волна. Мир вокруг превратился в котел со смолой: сжигающий плоть, давящий, заставляющий выть от боли.
Заклинание накрыло всех, кроме создателя. Миранилис и Агнос свалились на пол, корчась в агонизирующих судорогах. Платье гарпии и наряд бледного мага тлели прямо на их телах, кожа слезла с лиц, а волосы дымились, словно потухшие фитили свечей.
Искатель покачнулся, чувствуя дикую усталость, но устоял на ногах.
Судорожно сглотнув, он подошел к свернувшейся в клубок Миранилис, что тихонько плакала от боли, не в силах больше сражаться.
— Я не хотел этого, — произнес Искатель, стараясь не поддаваться жалости. — Но ты не оставила мне выбора. Теперь мне придется усыпить тебя и Агноса. Вы отправитесь в Туманное Эхо. Там вас поместят в надежные камеры, до суда. Совет искателей определит вашу дальнейшую судьбу. Но не надейтесь на снисхождение, вы натворили слишком много дел, убили слишком много невинных.
— С… совет?! Тюрьма?! — прошипела Миранилис, перестав тихонько рыдать. — Не… не думаю!
Искатель уловил в воздухе колебание магии. У него был особый "вкус", он был знаком Вимасу.
— Нет! — рыкнул Ликориан, схватив Миранилис за обожженную руку и разжимая ее пальцы, но было уже поздно.
Миранилис злорадно рассмеялась, схватив за плечо потерявшего сознание Агноса. Из ниоткуда повалили клубы бардового дыма. Темная чародейка вдруг провалилась в портал, утащив за собой и подельника.